Чтение онлайн

Мама обняла меня и поцеловала в макушку.

— Поплачь, солнышко, поплачь. Станет легче.

— Мама, — зарыдала я сильнее, обнимая ее. — Мамочка… Мне так больно. Мне так плохо без него… Почему он так со мной поступает?

Мама слегка покачала меня, успокаивая. А я все размазывала слезы по щекам, глотая воздух ртом.

— Он постоянно делает мне больно! Почему?? Ну, почему тогда я все равно люблю его? Почему я все равно жду его? Лучше бы я его не знала!

Я оттолкнула маму и упала на подушки дивана. Вся боль, что копилась во мне все это время, стала выходить наружу. Примерно также плохо мне было осенью, когда я пыталась его забыть.

— Я его ненавижу! Ненавижу!

Я била руками подушки, выплачивая гнев и злость. А мама молча сидела рядом, позволяя мне это сделать.

***

Терапия прошла успешно. Спустя полчаса мне стало легче. Мама помогла мне доковылять до ванной комнаты на первом этаже, умыться и чуть успокоиться. Мне было неловко, что она стала свидетелем моих эмоций — раньше я никому не позволяла увидеть меня в таком состоянии. Кроме моментов, которые я не могла контролировать.

— Давай закажем огромное ведро мороженого и съедим его вместо ужина?

Конечно, я согласилась. Мз

Так и прошли наши выходные. А сейчас мы с мамой выходили из клиники, где врач посмотрел мою ногу.

— Ну, поехали домой?

Я держалась за мамино плечо, она помогла мне сесть в машину.

— А может, поедем куда-нибудь? Гулять я не могу, но посидеть и насладиться видом — да.

Мама села за руль, пристегнулась и взяла в руки телефон.

— В принципе, можно. Что дома сидеть в такую погоду?

— На набережную… — предложила я. — В Красной поляне.

— Я тоже люблю это место.

До набережной мы ехали молча. Я смотрела в окно и вспоминала свою последнюю поездку сюда. Это было наше первое и единственное свидание с Сашей. Пошел дождь, мы ещё бегали, пели песни и танцевали под ним. Мы были здесь настоящими.

В глубине души я надеялась его встретить здесь, но чудо не произошло. Мы сидели с мамой на скамейке и ели мороженое. Мимо нас шли туристы, просто прохожие. Больше про Сашу мы не говорили, но я ни на минуту не могла перестать думать о нём.

***

Спустя три дня я собирала свою дорожную сумку. Когда летела в Сочи, я даже не думала, что останусь больше, чем на неделю.

Я быстро закинула все вещи, застегнула замок и перекинула длинный ремень через плечо.

Я спокойно спустилась вниз, где меня уже ждала мама.

— Готова?

Я кивнула и взяла со стола бутерброд. Я ещё не завтракала, потому что у меня не было аппетита. Я немного волновалась, как всегда в дни перелетов. Но в целом держала себя в руках.

По дороге в аэропорт мама старалась заполнить тишину, что-то рассказывала, спрашивала. Я не была настроена на долгие разговоры, настроение было не то. Хотелось скорее оказаться в самолете, а ещё лучше — в своей комнате дома.

Мама проводила меня до зоны вылета.

— Позвони, когда приземлишься. И в августе я тебя жду!

Мы ещё немного простояли в обнимку, и я отстранилась. На самом деле я тянула время и точно знала, почему.

Кого я жду? Неужели, я верю, что он придет? Также год назад я стояла и до последнего пыталась увидеть его среди толпы прохожих незнакомцев. Но он не пришел. И сегодня он тоже не пришел.

— Я тебя люблю.

— Я тоже, — поцеловала я маму в щеку и прошла через двери.

Наверно, я выплакала все слезы за эти дни. Сейчас я несла только зияющую дыру в груди. Но с виду — обычная девчонка.

Весь перелет я проспала. Меня не интересовала еда, напитки — из-за переживаний я всю ночь не спала, и поэтому меня вырубило сразу, как только я уселась в кресло поудобнее.

Аэропорт Воронежа я уже знала отлично. Быстро прошла по нужному коридору, мимо зоны выдачи багажа — и вот я уже в зоне встречи.

И тут я увидела его — он стоял с огромным букетом ромашек. А я стояла с огромным чувством вины

Я еле разлепил глаза. Ещё сложнее было приподнять голову, чтобы хотя бы немного разглядеть помещение, в котором я нахожу. С виду — обычная комната, а я лежу на кровати среди подушек. Я с трудом перекатился на спину и осмотрелся — за окном светло как днём, тяжелые шторы не справляются с сочинским солнцем.

Стоп. Я же должен был улететь… У меня сносит крышу, или что-то случилось, и я все ещё в родном городе?

Я попытался сесть, но у меня это не получилось — в висках отдавало такой сильной болью, что тошнота подкатывала к горлу. Такое странное состояние… странное или забытое?

Я бросил взгляд на тумбочку, на которой стояли две банки пива. Все ясно — у меня похмелье. Как я мог забыть это отвратительное чувство, будто голова сейчас взорвется, а в горле — пустыня? Оно же на протяжении нескольких лет было у меня чуть ли не каждый день.

Я собрал последние силы и потянулся за банкой. Быстро открыв ее, я также быстро опустошил. Сейчас меня отпустит, я смогу соображать. Первым делом нужно вспомнить, где я, и как я тут оказался.

Вторая банка пива пошла в ход как раз в тот момент, когда дверь в комнату открылась. На пороге стояла незнакомая для меня девушка в знакомой для меня футболке — в моей футболке.

— О, ты уже встал! — прощебетала она. Узнаю… узнаю эту манеру разговора. А вот саму девушку — нет.

Она подошла ко мне, села рядом и потянулась к моему лицу. Я дернулся, но она будто и не заметила.

— Хочешь, принесу ещё пива?

Я помотал головой, все ещё таращась на нее. Я, конечно, уже догадывался, но хотелось бы прояснить ситуацию.

— А может, ты голоден? Приготовить завтрак?

Я снова помотал головой, а девушка надула свои губы и приблизила ко мне лицо.

— Ну, может, тогда продолжим то, на чем остановились?

Через секунду она уже сидела на мне сверху. Мне даже не нужно было ничего делать. Она подвинула одеяло и накрыла нас двоих с головой. Мне стало душно.

Она наклонилась и поцеловала меня в губы, а руками гладила мой голый торс. Я потянулся вниз и нащупал на себе трусы, но в этот момент она воспользовалась ситуаций и положила мою руку себе на ягодицы.

Свободной рукой я стянул с нас одеяло и стал тяжело дышать. Мне не хватало воздуха, а она, кажется, восприняла мои стоны иначе.