Чтение онлайн

Но тут я почувствовал, что кто-то пытается меня поднять.

— О-ох, — застонал я от боли. Кричать уже сил не было.

— Господи! Как они могли?! Сволочи!

Я не понимал, что происходит, боль в теле не прекращалась ни на секунду. Минуты казались вечностью — и вот я сижу в машине Миши.

— Ты как? Держишься? Может, в больницу? — спросил друг, пристегивая меня.

Я покачал головой. Нет, я хочу домой. Мне меньше всего хотелось сейчас объяснять, что со мной случилось каким-то врачам.

Когда Миша случайно дотронулся левой руки, я все же не удержался и закричал от пронизывающей боли.

— Черт! Да у тебя перелом! Едем в больницу!

Я уже не мог возражать — просто откинулся на спинку сидения и пытался унять боль.

***

Телефон я так и не нашел, зато в кармане все также лежали ключи от дома. Значит, у меня есть шанс попасть домой, не поднимая шума. Обезболивающее, которое мне вкололи, не жалея, все же действовали — я мог двигаться без стонов, но левая рука в гипсе ныла, ребра тоже, а глаз так и не открылся до конца. Ещё бы — когда я увидел свое отражение, мне самому стало страшно. Опухший левый глаз, подбитая губа, огромная шишка над правой бровью, а сама бровь рассечена.

— Мужчину шрамы украшают, — заверила врач, накладывая швы на бровь.

В последнюю очередь я думал о своей внешности. Хотелось бы не остаться калекой.

Меня хотели оставить до утра, но я убедил персонал больницы, что чувствую себя намного лучше, и лучше бы мне вернуться домой. Меня отпустили, когда я подписал какие-то бумаги.

— Что произошло?

Мы уже сидели в машине, когда друг наконец-то задал мучавший его вопрос. Он помог мне, даже не разбираясь. А вдруг я заслужил? А вдруг я сам спровоцировал? Нет. Он всегда на моей стороне.

— Алена прислала мне сообщение. Она написала, что ей очень плохо. Она… переборщила с таблетками.

Миша напрягся. И я понимал, почему. Подобное сообщение я уже получал.

Где-то год назад Миша ехал домой с очередной тусовки. Он был трезв, но то ли покурил травку, то ли что-то принял — никто точно не помнил. И на пешеходном переходе он сбил парня. Пешеход отделался синяками, шишками и вывезли лодыжки. А Мишу лишили прав. Чего стоило моему отцу, чтобы не заводили дело! Но самое страшное произошло после. Мишу начали одолевать ночные кошмары — каждую ночь он ехал за рулем и сбивал насмерть кого-то. Друг перестал спать. И в итоге спустя неделю после той аварии он прислал мне сообщение, что ему очень плохо. Когда я залетел в его комнату, он уже был в отключке, а изо рта шла белая пена.

Скорая увезла его в больницу, там ему сделали промывание желудка. Это был очень страшный период в нашей жизни. Я днями и ночами дежурил у его кровати, боясь, что он снова что-то натворит.

И вот очень похожее сообщение сегодня пришло от Алены. Я отбросил все сомнения, обиды и злость и поехал к ней. Я действительно испугался за нее. Но дверь мне открыла не она.

— В общем, это была ловушка. Игорь ждал меня с какими-то ребятами.

Миша стукнул со всей силы по рулю.

— Мрази! Крысы!! А за что? Что ты им сделал?

— Скорее не сделал, — выдохнул я. — Я не продал наркоту Максу на той вечеринке.

— Но ведь это была подстава! Никто даже не знал, откуда взялся тот парень.

— А откуда ты узнал о подставе? — вдруг сообразил я.

Было видно, что Миша не хочет говорить. Но ему все же пришлось.

— Алена сказала.

То ли я плохо соображал, то ли у меня не вязалась вся эта история. Игорь отправляет меня продать наркоту парню, которого никто не знает, он вдруг появился в нашей компании. Алена предостерегает, что будет облава. Она откуда о ней узнала?

— Я знаю, что вы вроде как вместе, — начал Миша. Я не стал ему возражать, честно говоря, хоть мне и повезло остаться без перелома ребер, мне было сложно говорить. — Мне кажется, я их видел вместе.

— Кого?

— Игоря и Алену. На моей вечеринке. Я просто не сразу понял это, думая, что видел с ней тебя. Но ты же был всю ночь в гостевой на втором этаже. А когда я зашел в комнату под лестницей, то видел их.

Вот это поворот! А ведь теперь я начал понимать связь.

— Алена могла узнать о ментах от самого Игоря, который их и вызвал.

Миша озвучил мои мысли. Но во всей этой истории была одна несостыковка — зачем Алене было говорить Мише о полиции? Так бы меня схватили прямо в том дворе.

— Но ты сейчас ещё больше ох*еешь. Мне же сегодня позвонила Алена и сообщила, где ты.

В голове застучало. Что за бред? Алена спит с Игорем, подставляет меня сегодня, а потом звонит Мише, чтобы тот меня нашел?

— Наверно, она все-таки тебя любит, раз пытается помочь.

— Пытается помочь? Она позвонила моему отцу и все рассказала, — выпалил я.

— Ого! Странно, что ты ещё жив, — с подозрением ответил Миша.

— Мне тоже странно. Я что угодно ждал от отца, а он…

— Что он? — поинтересовался мой друг.

— Он пообещал мне помочь, но мне надо было свалить из дома на неделю. Я поехал к маме в Адлер. Но из-за сообщения Алены вернулся.

Мы оба молчали. Я пытался построить цепочку событий в своей голове. Я то и дело прокручивал всю жи историю, руководствуясь логикой.

— Может, она его и не писала сегодня тебе, — предположил Миша. — Это мог сделать Игорь с ее телефона. А на счет звонка твоему отцу — по факту она тебе даже помогла. Владимир реально может вытащить тебя из этого дерьма, и ты это знаешь.

Знаю. И это меня убивало. Выходит, я ничего не могу сам, кроме создания неприятностей. Снова отец как супергерой спасет своего бестолкового и никчемного сына. Снова он молодец, а я… а я неудачник.

— Ладно, поехали. Завтра будем играть в Шерлока.

— Я чур Шерлок! — засмеялся Миша и завел машину.

***

Я отпер дверь и вошел в дом. Гробовая тишина, на улице начало светать, но дома было ещё темно из-за тяжелых штор. Я медленно поплелся к себе. Подниматься по лестнице было сложнее всего — ноги совсем не слушались, перила были с левой стороны, а моя загипсованная левая рука никак не могла помочь мне подняться. Я полз по стенке.

И вот я уже у двери своей спальни. Ещё небольшое усилие, и можно зайти, грохнуться в кровать и уснуть. Я взялся за ручку двери и пытался ее опустить. Правая рука плохо меня слушалась — наверно, от усталости, все тело продолжала ныть и неметь. Вот и пальцы совсем онемели. В итоге я все же открыл дверь в свою спальню, но совсем не так тихо, как хотел этого.

— Что с тобой? — едва услышал я. — Это гипс?

Нет, не послышалось. Я обернулся и увидел ее. Мне чудится, или это правда она? Я не сразу сообразил, потому что передо мной стояла точная копия Марины, но помоложе. Где ее светлые локоны?