Чтение онлайн

Излишний страх перед главнокомандующим, вследствие непомерной его строгости, вселяет в войске ненависть к нему, излишняя же снисходительность – презрение к нему. Главнокомандующий сам должен быть во всем примером для своих воинов, добродетельным и воздерживаться от всего того, что запрещено воинам. Но должен своей справедливостью заслужить любовь своих воинов. Он обязан знать личные качества и слабости каждого из военачальников, а также кому и что лучше можно поручить.

Как нельзя без кормчего ввести судно из моря в гавань, так нельзя победить и неприятеля без порядка и военного искусства, посредством которых мы, при помощи Божией, можем разбить не только равное нам по числу неприятельское войско, но даже если оно много превосходит числом. Потому что сражения выигрываются не [опрометчивой] смелостью и не многочисленностью, как думают некоторые неопытные, а после помощи Божьей порядком и военным искусством, которому тем более предстоит дела, чем более неопытных в войске. Соблюдающие это остаются невредимыми и действиями своими приносят пользу, не соблюдающие – поражение и гибельные потери…

Итак мы советуем главнокомандующему прежде всего быть благочестивым и справедливым, чтобы через это снискать себе благоволение Божие. Потому что, склоняя Бога на свою сторону, он будет отважнее.

Каждая банда или тагма [42] , будет ли она стоять в лагере или где-либо вместе с другими, или одна сама по себе, должна каждый день рано утром перед занятиями, а также каждый вечер после ужина петь по установленному обычаю молитвы и Троесвятие…

Относительно же крика «с нами Бог», который в старину издавался в бою при атаке, то это кажется нам не только бесполезным, но даже и вредным и дающим повод к расстройству, когда он издается в такое время. Потому что при крике более трусливые из воинов останавливаются в то время, когда сражение в полном разгаре и перестают идти вперед, а более смелые, в запальчивости, выскакивают вперед и нарушают порядок в строю. Лучше накануне дня сражения служить молебны в лагере, а перед выходом из лагеря, священники, Император и прочие начальствующие лица должны возглашать перед всеми: ГОСПОДИ ПОМИЛУЙ! Затем в каждой мере для предзнаменования счастливого исхода, провозглашать троекратно: С НАМИ БОГ! при выходе из лагеря. Когда же войско обороняется в лагере, то до битвы должно хранить полное молчание и не подавать голоса несвоевременно. От этого и войско не волнуется и команды начальников более слышны. Это вытекает прямо из понятия о сражении, а также из необходимости единства и из присутствия неприятеля. Но иногда, когда войско идет в бой, кстати, чтобы кричали, в особенности те, которые наступают сзади, для устрашения неприятеля и для воодушевления своих.

Еще более подробно говорит о качествах, которые должны быть присущи военному, трактат императора Льва VI (время правления 886-912 гг.).

Трактат написан в период тяжелейшего противостояния Византии арабо-мусульманской агрессии. В этих условиях война постепенно приобретала характер священной, ведущейся под знаменем ценностей отечественной религии, выступавшей основанием национально-государственной идентичности народа. Соответственно, религия начинала рассматриваться византийцами уже как своего рода военная идеология, сплачивающая воинов в бескомпромиссной борьбе с врагами.

1. Итак, мы повелеваем стратигу быть воздержанным телесно, умеренным в повседневной жизни, трезвым и неусыпным, простым и неприхотливым в потребностях, выносливым в трудах, рассудительным и благоразумным, презирающим сребролюбие, пользующимся доброй славой, не молодым и не старым, способным держать речь перед большой массой людей, быть, по возможности, отцом, имеющим детей, не быть склонным к торговым делам или к чему-либо подобному, не быть малодушным, равно как не увлекаться мелочными хлопотами, и вообще быть благородным духовно, а если это возможно, то и телесно, и быть великодушным во всем.

2. Воздержанным, чтобы ради удовольствий, губительно воздействующих на естество, он не пренебрегал бы заботой и радением о делах насущных.

3. Умеренным, поскольку ему предстоит взять на себя столь большую власть. Ведь люди, наделенные неумеренными и несдержанными порывами, становятся еще более необузданными в своих устремлениях, если они приобретают возможность действовать по собственному произволу, как они соблаговолят.

4. Трезвым и неусыпным, чтобы он сохранял бодрость в великих делах. Ведь зачастую именно ночами, когда душа полностью умиротворена, разум направляет стратига и приводит его к цели.

5. Простым и неприхотливым в потребностях, ибо роскошь и многочисленная прислуга расточают время архонтов [44] и расслабляют их при осуществлении ими своих обязанностей.

6. Выносливым в трудах, чтобы он, будучи первым среди участвующих в походе, не искал отдохновения, но служил лучшим примером того, как следует достойно переносить все возникающие трудности.

7. Рассудительным и благоразумным, ибо стратигу надлежит быть во всем проницательным, достигая цели благодаря быстроте своего разума: ведь зачастую неожиданно возникшие треволнения вынуждают быстро принимать нужное решение.

8. Презирающим сребролюбие. Ведь бескорыстие является испытанием для стратига всякий раз, когда он предполагает решать дела неподкупно и великодушно и когда он, управляя вверенной ему фемой [45] , ставит достоинство превыше любого подношения. Ибо многие перед лицом врагов обладают и душевным мужеством, и телесной мощью, но когда они обращают свой взор на золото, то мельчают и ослабляются разумом. Ведь сребролюбие – опасное оружие, направленное против стратига, самое действенное для его низвержения и уничтожения.

9. Быть не молодым, но и не старым. Поскольку молодой не внушает доверия и не обладает душевным постоянством по причине молодости, а старец телесно немощен, то ни на одного из них нельзя положиться: ни на первого – из-за опасения, чтобы он не допустил ошибки вследствие неразумной отваги и смелости, ни на старца – из-за опасения, чтобы он вследствие физической немощи не упустил бы то, что необходимо сделать. Наилучшим был бы выбор человека средних лет – и не молодого, и не старого.

10. Ведь такому, поскольку он еще не состарился, будут свойственны сила и крепость, а поскольку он уже не слишком молод – присущи благоразумие и основательность. Те, которые преклонялись перед крепостью тела, лишенной душевного благоразумия, или, наоборот, перед благоразумием души, лишенным телесной крепости, не достигали никакого благоприятного результата. Ибо благоразумие, которому недоставало силы, не приносило никакой пользы, а сила, лишенная благоразумия, не достигала цели.

11. Нам известно, что стратиг, пользующийся любовью своих подчиненных, способен достичь наивысшей славы: такая любовь исключительно важна для командного состава. Если люди кого-то любят, они охотно повинуются его приказаниям, не противодействуют его словам и намерениям, помогают ему в опасности. Любовь ведь в том и заключается, чтобы положить душу за того, кого любишь.

12. Более предпочтителен отец, имеющий детей, чем бездетный, хотя не следует отвергать и того, кто не имеет детей, если в остальном он подходящ. Когда стратиг имеет детей, то если они малолетние, он проявляет больше рвения в усердном решении житейских дел из-за любви к детям и в стремлении к их благополучию. Если же они достигли совершеннолетия, они станут отцу советчиками и соратниками, окажут ему надежную помощь в управлении делами, направленными на всеобщее благо. По этой причине я полагаю, что человек, имеющий детей, более предпочтителен, чем бездетный.

13. Способный держать речь и быть оратором: это качество может принести войску громадную пользу. Выстроив войско к сражению, стратиг побудит своей речью презреть опасности, а зачастую и самую смерть, и проявить стремление к делам добрым и достославным. Даже боевая труба, прозвучавшая в ушах, не столь сильно побуждает душу к битве, как слово, сказанное со знанием дела, устремляет к доблести, делает услышавших его готовыми к борьбе и изгоняет чувство страха.

14. Если же войско постигнет неудача, слово утешения вновь укрепит души. Слово стратига способно оказаться гораздо более действенным для утешения войска в неудачах, чем усилия врачей, исцеляющих раны. Ведь врачи оказывают помощь одним только раненым, причем чаще всего лишь на короткое время, тогда как слово стратига сразу же укрепляет дух как пострадавших, так и утомленных, а в бодрых возбуждает мужество и отвагу.

15. Мы говорим, что он должен пользоваться доброй славой, потому что у большинства необходимость подчинения бесславным вызывает досаду. Ведь никто не согласится по своей воле признать господином и предводителем человека ниже себя по достоинству.

16. Мне представляется совершенно необходимым при выборе стратига иметь в виду, чтобы он, обладая достоинствами, о которых мы сказали ранее, пользовался и доброй славой. Если это не менее значительное достоинство не будет присуще человеку, его не следует держать на этой должности длительное время.