Чтение онлайн

К сожалению, допрашиваемый железнодорожник не знал ничего про сменщика диспетчера, и юноша прокрался к зданию вокзала, чтобы заглянуть в интос начальника. Найти важного коборта, заседающего в отдельном кабинете, большого труда не составило, но его сознание оказалось забито такой шелухой, что бедный леомур даже взмок. Стало понятно, что наскоком из этого предмета для приема пищи и ношения головного убора не удастся извлечь даже таблицу умножения.

Требовалось выбрать позицию для методических археологических раскопок. Разведчик облюбовал местечко на заднем дворике, укрытое от посторонних глаз какими-то вонючими баками. Увы, сосредоточиться на раскопке авгиевых конюшен в голове главного четланина на станции не удалось. Во дворе вокзала подозрительно возросла активность разумных существ. Нежеланных гостей Роджер вычислил еще на подходе: троица лиатов с развитыми телепатическими способностями двигалась точно в направлении его закутка.

Избежать знакомства было сложно, поскольку все возможные пути отступления были надежно перекрыты другими местными леомурами. Похоже, грязнуля, принятый им за базарного проходимца, не врал относительно своих возможностей устроить ему приключений на верхную часть окороков.

Как учил наставник, в критической ситуации необходимо излучать силу, даже если ты не способен шевельнуть языком. Нацепив на себя маску холодного безразличия, Роджер приготовился встретить неизбежное достойно, хотя бы даже только по форме. Качки, вышедшие из-за бачков производили бы впечатление тупых громил, если б не показушная игра виртуальными мышцами в астральном пространстве.

Покачивание душ не позволяло нанести прицельный ментальный удар, а вспыхивающие искорки телепатических переговоров препятствовали любой попытке перехвата контроля. Один из гостей шел впереди и, несомненно, являлся главой делегации. Двое настороженных телохранителей надежно прикрывали с флангов не только физическое тело босса, но и его искорку. Вывернув из-за мусорных бачков, они остановились и осмотрелись. По-видимому, увиденное не вызвало у них никаких серьезных опасений, поскольку главный с ходу перешел к делу:

— Это ты, что ли, Роджер?

— Я, — лениво и вальяжно ответил странник.

— Кто таков? Откуда взялся? Что забыл на вверенной мне территории?

— Опять куча вопросов. Что вы все такие вопрошающие? И это вместо того, чтобы представиться. Ты — Барсук, что ли?

— Какой я тебе Барсук?

— Мне сказали, что этот Барсук — хозяин вокзала.

— Кто ж тебе такое отморозил? Он только смотритель. Хозяин же тут я. Понятно?

— Не очень.

— Интересно… и что же тебе непонятно?

— Я так и не услышал имени…

— Моего? Может, тебе и ребятушек моих представить?

— Это их дело. Пока они со мной не беседуют, меня их имена не интересуют.

— Боюсь, когда они начнут беседовать, тебя уже ничьи имена интересовать не будут.

— Я уже испугался.

— И правильно сделал. Так вот, ты не ответил на мой вопрос. Что ты здесь делаешь?

— Обязательно отвечу. После того, как узнаю, с кем разговариваю.

— А ты упрям. — В голосе босса прозвучало скорее уважение, чем раздражение. — Хорошо. Можешь называть меня Ханом.

— Очень приятно. Меня зовут Роджер, как вы правильно догадались. На данной территории я нахожусь по своим делам, в которых никому отчитываться не собираюсь.

— Боюсь, придется. На этой территории без моего разрешения даже рыться по мусорным бачкам запрещено. — Главный брезгливо поморщил нос и покосился на контейнеры, скрывающие их от остального двора. — А уж, тем более, побираться. Ясно?

— Так ты, Хан, возглавляешь гильдию попрошаек?

Ноздри босса раздулись, телохранители синхронно сделали шаг вперед, но хозяин остановил их одним движением головы:

— Ты, кажется, кое-чего не понимаешь, раз пытаешься оскорбить меня? Я — леомур добрый и мог бы простить тебя, но ты задел очень многих моих друзей…

В продолжение всей беседы юноша изучал облик собеседника, благо, переговоры Хана с сопровождающими прекратились, и сумел обнаружить мотос по легким импульсам движения. Он толком не знал, что это, биения сердца или сокращения мышц, обеспчивающих дыхание, но было ясно, что это нечто очень важное в организме леомура. Последнюю издевку Роджер произнес умышленно, чтобы отвлечь телохранителей от защиты босса, а его самого принудить замереть и напрячься.

Замысел удался полностью, и лиат, воспользовавшись последним опытом, ловко ухватил мелкую искорку центра движения нервными окончаниями в ментальные тиски. Хан споткнулся на полуслове, его глаза судорожно полезли из орбит. Телохранители запоздало попытались заслонить искорку шефа своими и разжать захват, но теперь уже юный противник издевательски покачивал тисками ментальных мышц.

Бойцы растерялись, они не знали уровня соперника, который так легко и молниеносно вырубил хозяина, заметно превосходившего их по классу. Чтобы они не успели опомниться, необходимо было сохранять инициативу за собой.

— Ну что, мальчики? Вы ведь не хотите, чтобы с вашим работодателем случилось что-нибудь непоправимое? — Громилы синхронно закивали головами.

— Я тоже не хочу. Поэтому вы сейчас удалитесь и подождете своего босса около здания вокзала, а мы с ним пока тихо побеседуем без свидетелей. Понятно?

Точно также синхронно качнув головами, леомуры-бодигарды медленно, не поворачиваясь к опасному противнику спиной, покинули место встречи. У лиатов культ ментальной силы настолько почитаем, что победитель, как правило, диктует любые условия, поэтому Роджер без опасений отпустил тиски. Хан, обретя свободу дыхания, кое-как вернул глаза в предназначенные для них орбиты и почтительно поклонился великодушному сопернику. Сильвер сделал вид, что не заметил жеста покорности:

— Извини, если я кого-нибудь обидел. На самом деле, я просто не считаю это слово оскорбительным. Такая работа требует ловкости и артистизма. А управлять ею способны лишь самые талантливые из организаторов.

Грубая лесть всегда работает быстрее тонких восхвалений, и главарь местной мафии даже слегка улыбнулся, хотя улыбка вышла более похожей на усмешку. Впрочем, слово все равно оставалось за приезжим, который нахально гнул свою линию:

— Я здесь случайно, проездом, по делам Центра. На внешность внимания не обращай, это маскировка. Доить твоих четлан или вмешиваться в ваши дела не собираюсь. Правда, от помощи не откажусь. Впрочем, о друзьях я и в столице не забываю. О своем задании ничего сказать не могу, не имею права, не обижайся. На своих бойцов не сердись, с барсом они все равно бы не справились. Только ты услышал об этом и забыл. Я вижу, что сам ты — кореш правильный, тебе я довериться могу, но не твоим ребятишкам. Все ясно?

Отошедший от удушья босс радостно закивал головой. Известие о том, что на его место никто не покушается, существенно повысило ему настроение. Появление же столичного небожителя из легендарной полумифической школы бойцов спецслужб в убогом захолустье представлялось теперь почти как награда. Врал Роджер вдохновенно, надеясь, что после случайной, но удачной, демонстрации силы едва ли кто-нибудь рискнет проверять его бойцовские качества. Он не сомневался, что телохранители уже растрезвонили местным лиатам о произошедшем, всячески преувеличивая его могущество, чтобы хоть как-то обелить себя.