За гранью джихада
Шрифт:
– Пытаешься вспомнить, где ты видел этого старика?
– Вертится что-то нехорошее в голове, – пробурчал Поль и обвел глазами берег, – а вот что именно, никак не вспомню.
– Да, интересный дедок. Колоритный. С другой стороны – мало ли здесь разной швали?
– Не в этом дело, Карим.
– А в чем?
– Смотри, – он кивнул на рыбачью лодку, вытащенную на берег.
– Что в ней не так? Лодка как лодка. Обычный парусный вельбот.
– Все так. Старик живет со своей женой. Верно?
– Поль, не тяни резину! Что за привычка donner un coup d’'ep'ee dans l’eau? [6]
– Просто вельбот находится слишком далеко от воды. Ты же не хочешь сказать, что старик в одиночку его вытащил?
– Без проблем! Смотри на кромку прилива. Во время прилива старик подогнал вельбот к берегу, потом вбил кол на берегу и повесил на него ручную лебедку. Надо будет спустить на воду – дождется отлива и то же самое сделает со стороны моря. Если покопаешься в песке, то, думаю, – найдешь конец троса, который уходит в воду. Где-нибудь там, – я кивнул в сторону моря, – брошен якорь. Вот и все. И кстати, он не такой уж и старик. Ему лет пятьдесят пять, не больше. Просто поседел раньше времени, и лицо морщинистое.
6
бить шпагой по воде (фр. фразеолог.). Аналог русского «переливать из пустого в порожнее».
– И глаза слегка безумные.
– Поль, ты определись! Или они безумные, или цепкие. Как-то картинка не складывается…
– Ладно, Карим, забудь. Может, я и зря прицепился к этому старику, но все равно он мне не нравится. Есть в нем что-то такое… нехорошее. Кстати, ты уже помылся? Тогда вылезай и не загораживай воду, – хмыкнул Нардин, отложил в сторону автомат и начал стягивать рубашку.
Ночь прошла спокойно. Дежурили по очереди. Мало ли что взбредет в голову хозяевам. Может, они совсем тут одичали? Возьмет свой отпиленный «карамультук» и пойдет крошить гостей в мелкий винегрет… Обошлось. Утром мы наскоро позавтракали и поехали дальше. Кстати, хозяйку так и не увидели. Только занавеска опять колыхнулась на окне – и все.
Когда мы отъехали от этого хутора, Поль вдруг выругался и ударил кулаком по рулю.
– Fils de pute! [7] Я его вспомнил!
– Он крал у тебя школьные завтраки? – с невинным выражением поинтересовался Майкл.
– Нет. – Нардин покачал головой. – Но эту тварь я хорошо запомнил. Точнее – не его самого, а ситуацию, в которой мы познакомились. Выжил все-таки, тварина. Перебрался дальше на запад и живет себе, землю топчет. И даже женился, старый хрыч…
7
Сукин сын! (фр.).
Если в нескольких словах, то эта история произошла лет десять назад. Джек Чамберс и Поль Нардин возвращались из форта Линкольн на одной грузовой посудине (кстати, ее месяц назад продали на слом). Так вот – судно остановилось у рыбачьего хутора, который только что вырезали бандиты. По словам Поля, там кишки были развешаны по забору, как белье для просушки. И посередине такого бедлама сидел этот старик, тогда – еще нестарый мужик. Когда убивали его семью, он даже пальцем не пошевелил. Сидел и смотрел, как насилуют, а потом убивают жену. Сидел и смотрел. Хотя оружие в доме было.
– Его капитан отказался брать на борт, – сказал Поль. – Решил – пусть эта тварь сдохнет. А он, как видите, выжил. Везучий старичок…
– Твари всегда живут дольше остальных. Видимо, там, – философски заметил Беннет и ткнул пальцем в небо, – тоже не хватает людей из настоящего материала.
– Между прочим, пока ты и Джек общались с этим стариком, – хмыкнул я, – на землю Нового мира ступил простой парень из Франции. Увы, но без фанфар и торжественных речей.
– Точно так, – усмехнулся Поль. – Я даже знаю этого парня. Его звали Карим Шайя. И как ты правильно заметил, – пока мы с Джеком общались с этим безумцем, наш приятель развлекался на Базе Ордена. Портил кровь Виктору, устраивал драки в барах и соблазнял местных дамочек. Помнишь ту официантку из нашей столовой? Какая была женщина! Фемина! Она сейчас живет в Кадизе. Вышла замуж, родила четверых мальцов. Работает редактором в местной газете.
– Ничего не поделаешь, – вздохнул я, – мне было скучно.
– Ну да, – ударился в воспоминания Нардин, – только один парень, из отдела логистики, до сир пор хромает. Кстати, он тебе привет передавал. Я видел его месяц назад, когда ездил по делам в Порто-Франко. Тот самый, которому ты нож в задницу воткнул.
– Видишь, Поль, как простой нож учит людей вежливости и христианскому смирению?
– Да уж, – протянул Нардин и покосился на термос. – Плесни мне кофе.
– Как тесен мир…
– Не то слово, Карим! В нем просто не протолкнуться!
Судя по всему, после наших воспоминаний Майкла потянуло на философские мысли. Он смотрел в окно и тяжело вздыхал. Как беременная корова.
15 год по летоисчислению Нового мира
Билокси
В Билокси мы прибыли на два дня раньше указанного в письме срока. Сдали деньги на хранение в банк и нашли небольшую гостиницу, расположенную в центре. Перекусили в харчевне и завалились отдыхать. Номер был четырехместным. Парни свалили разгрузки на свободную койку и заснули. Я лежал, прокручивал в мозгу сотни вариантов – и не мог подобрать ни одного подходящего. Дело в том, что я не первый раз выручаю людей, которые попали в плен. Иногда за деньги, а иногда – обмениваясь пулями. С людьми, которые возятся с драгоценными металлами, такое часто случается. Не все трезво оценивают свои возможности и риски, связанные с этой профессией. Криминальная часть Нового мира просто уверена, что если человек – ювелир, то он обязан быть миллионером. Хотя бы подпольным. Нет, господа, эта картина очень далека от истины. Мы обычные ремесленники, не более того…
Дело осложнялось тем, что речь шла о детях. И это были наши дети, черт бы побрал этих грязных свиней, взявших их в плен! Лучше бы они меня в заложники взяли. Я хоть бы повеселился напоследок.
У взрослых, когда они попадают в заложники, схема поведения ясна и понятна. Ее можно предсказать заранее. Конечно, если хорошо знаешь этого человека. Можно предсказать, когда у него «сорвет предохранитель» и когда наступит период апатии. Опустится или будет держаться до конца. Даже возможность шизофренических явлений можно предусмотреть. Все это предсказуемо. Не в полной мере, но процентов на семьдесят.
С детьми иначе. Гораздо сложнее и гораздо опаснее. Один психолог, с которым мне доводилось общаться, утверждал, что ребенок благодаря пластичности своей психики легче переносит такие ситуации. И даже негативные последствия легче преодолевает. Правда, этот парень признавал, что данные факты не проверены и существуют лишь в виде сухой теории.
По своему опыту знаю, что ребенок, попавший в эту ситуацию, может войти в глубокий ступор. Есть риск, что возникнет временная немота. Заторможенность, отсутствие любой мимики. Все это может неожиданно смениться необъяснимой активностью, после которой опять наступит заторможенность. Дьявол…
– Не грызи нервы. – Поль оторвал голову от подушки и посмотрел на меня. – Тут рядом есть бордель. Сходи, расслабься.
– Не поможет.
– Поможет. По себе знаю, – пробурчал Нардин, – а то крутишься на этой койке – заснуть невозможно… Марш в бордель! Дай нам выспаться. Если начнется война – разбудишь.
Я лениво сполз с кровати, взял оружие и вышел из номера. Уже стоя в дверях, услышал бурчание засыпающего Поля:
– Дожил… еще уговаривать надо, чтобы он к бабам сходил…
Билокси в последнее время стремительно разрастался. Он расположен в хорошем месте, и жаловаться на недостаток переселенцев здесь не приходится. Интересно, почему вдоль побережья люди путешествуют с большим интересом, нежели по саванне? Боятся заблудиться?