Чтение онлайн

Отдав пятнадцать баксов за покупку, мы вышли на улицу и мои глаза наткнулись на вывеску «Liquor» на противоположной стороне улицы. Припомнив разговоры отца о том, что водка в это время была по талонам, я решил, что несколько бутылок алкоголя лишним не будет. Для начала, мы отошли в переулок, где ножом очистил новую сумку от дурацкого бисера, а затем превратил ее в артефакт. После чего перегрузил в нее остатки продуктов из пакета и направился к местному алкомаркету. Что характерно, в магазине продуктов алкашку не продавали. Даже пива не было. Продавец за прилавком с интересом глянул на Тимофея и перевел взгляд на меня, пока я рассматривал батареи бутылок за его спиной:

– Парень, если ты захочешь что-то здесь купить, то должен подтвердить, что тебе уже исполнился двадцать один год. У тебя есть АйДи?

«Долбанные американские законы» – мысленно чертыхнулся я – «И выгляжу я сейчас не старше двадцати пяти на придирчивый взгляд. А можно прицепиться и меньше двадцати дать. Ладно, на каждую хитрую жопу…» – и активировал руну убеждения.

– Блин, дома забыл, братан. – я широко улыбнулся – Мне тридцатник уже, отвечаю. Просто сохранился хорошо. Ну забыл я дома права, с кем не бывает? Посмотри на меня внимательно. Видишь эти морщины у глаз, разве такие могут быть у молодых?

С минуту продавец внимательно вглядывался мне в лицо и, наконец, сдался:

– Ладно, но чтобы в следующий раз своё водительское удостоверение не забывал, иначе товар не отпущу. Так что ты хотел?

Там я затарился парой бутылок водки «Smirnoff», парочкой виски «Jack Daniel's» и парой бутылок бурбона «Jim Beam». Все бутылки нестандартного для нас объёма одна целая и семьдесят пять сотых литра. Денег в кошельке не хватило и пришлось лезть в рюкзак. В среднем бутылка вышла по тридцать пять баксов. Дороговато. Продавец высказал удивление, что весь товар поместился в котомку, еще и не заставив раздуться сумку, но говорить ничего не стал. Для маскировки парочку бутылок я оставил звякать в этом измерении. Выйдя из магазина, мы в течении пяти минут поймали такси. Водитель недовольно посмотрел на запрыгнувшего на сидение кота, но промолчал.

– Куда едем? – спросил он.

– Вы не знаете недорогой отель, где можно заселится с животным и поужинать? – высказал я свои пожелания – Ах да, сегодня я очень устал и хотел бы отдохнуть. Праздновать наступление Нового Года не планирую и, желательно, чтобы мне никто не мешал отдыхать.

– Ну, парень. – протянул таксист – Это Лос-Анжелес. Тут до утра гулять будут. Разве что только за город ехать? – добавил он неуверенно.

– Тогда вези за город. – согласился я.

В получасе езды от границы Лос-Анжелеса нашелся придорожный мотель, такой, которые в американских фильмах показывают. Отдельные домики-комнаты состыкованные друг с другом. В них еще постоянно всякий ужас творится. Небольшое кафе там тоже имелось. Заселили нас вообще без проблем. Просто имя у меня спросили, получили оплату и выдали ключ. Оставив сумки и Тимку на охране в номере, я поужинал в кафе стейком с картошкой фри, вернулся в номер, принял душ и завалился в кровать, приказав Арчи вырубить меня, но будить при первом шухере.

Продрых я аж шесть часов, хотя, обычно, мне четырех хватает для того, чтобы выспаться. Наступление Нового Года по местному времени я благополучно проспал. Хотя за окном была темень и часы показывали начало шестого утра, со стороны Лос-Анжелеса до сих пор раздавались звуки артиллерийской канонады: американцы празднуют. Так, если в здесь сейчас начало шестого утра, то в Москве начало седьмого вечера. Можно нанести визит родителям. Как раз уже выспались и опохмелились. Или наоборот. Все-таки я не выдержал и решил рискнуть. В крайнем случае, буду избегать физического контакта со мной-мелким. Потому что к старику сейчас идти бесполезно, как объяснил Тимофей, каждый год с тридцатого декабря по пятое-шестое января он оставлял его дома, а сам уходил в неизвестном направлении. Типа, слет у них был ежегодный среди коллег. Или корпоратив, если по-нашему. Так что пока отправимся к моим.

Встал, туалет, душ. Пока умывался, Тимофей прикончил второй кусок окорока и изъявил желание прогуляться. Закончил он со своими делами, когда я уже был одет и собран. Номер в отеле мы сняли на три дня, на всякий случай. Не забыть вернуться и ключи отдать. Ну, пора. Наш новый дом еще не построили, так что я открыл портал возле нашего старого дома, где мы жили вчетвером, я мама, папа и бабушка, папина мама, в двухкомнатной квартире. Тесновато было, но весело. Знакомый подъезд. Стальных дверей и кодовых замков еще нет. Второй этаж. Знакомая, обитая дерматином дверь. Волнуясь, нажимаю на кнопку звонка. Раздается трель из детства. Сердце бешено колотится и готово выскочить из груди. Арчи, скотина, даже не пытается помочь. За дверью раздаются торопливые шаги, без всякого «кто там» щелкает дверной замок и… На меня с любопытством смотрит тоненькая девочка-подросток лет тринадцати. Несколько секунд играем с ней в гляделки.

– Вам кого? – наконец спрашивает она.

– Эммм. Кха! – откашливаюсь я пересохшим от неожиданности горлом – А Вербицкий Борис Анатольевич тут живет?

– Да, проходите. – девочка пошире распахнула дверь и крикнула вглубь квартиры: – Папа, тут к тебе пришли!

ПАПА?! ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ?!

– Арчи, а теперь без шуток, убрать все эмоции! – приказал я.

По мозгам будто влажной губкой прошлись, оставив чистый разум. Из кухни в коридор вышел батя. Еще молодой. Теперь я ясно слышал, что у них гости: на кухне раздавались звяканья рюмок, вилок, тарелок, веселый разговор.

– Вы что-то хотели, молодой человек? – спросил отец.

– Как вижу, я не совсем вовремя. – ответил я – Пожалуй, я к вам после праздников загляну, прямо на работу. Вы ведь в терапевтическом отделении первой городской работаете? – уточнил на всякий случай.

– Ну да. – согласился папа –А что вы хотели? Что-то срочное?

– Нет-нет. – быстро ответил я – Ничего срочного, извините за беспокойство.

– Дорогой, что там? – из кухни выглянула незнакомая женщина, совсем не мама, с густо накрашенным лицом. Красивым лицом, надо признать.

– Еще раз – извините. – сказал я, развернулся и поспешил вниз по лестнице.

– Как я понимаю, встреча пошла не совсем по плану. – сказал Тимофей, который мудро остался ждать меня на лестничной площадке и всё слышал.

– Правильно понимаешь. – подтвердил я – Возвращаемся в отель.

Зайдя в проем между стоящими во дворе гаражами, мы из подмосковной зимы шагнули прямо в калифорнийскую жару. Скинув рюкзак, сумку, куртку, ботинки и свитер я завалился на кровать в нашем номере, заложив руки за голову.

– Интересные дела тут творятся. – пробормотал я – У отца дочка, уже почти взрослая и другая жена. Ибо обращение «Дорогой\ Дорогая» употребляется только по отношению к близкому человеку, чаще всего – между супругами. Причем, прожившими не один год в браке. Получается, меня в этом мире вообще нет? Раз у отца другая семья.

– Не обязательно. – прервал мои депрессивные мысли Тимофей – А то ты сам не знаешь, что пары иногда расходятся. Даже после рождения ребенка. Могли поженится, тебя родить и развестись. Могли по молодости заделать ребенка и разбежаться, не расписываясь. Твоя мать могла, извиняюсь, залететь, испугаться и куда-нибудь уехать, домой, например, если она не местная, не поставив отца в известность. Я тебе десяток сценариев накидать могу.

– Мама действительно не местная. – припомнил я – Откуда-то с деревни в Украине приехала сюда поступать на педагогический.

– А я о чем говорю! – воскликнул Тимофей – Надо маму искать!

– Как?! – вопросил я – Я ни девичьей фамилии ее не знаю, ни биографии. О своем прошлом она говорила очень неохотно. И все ее разговоры, которые я запомнил, крутились вокруг темы сельского быта. Типа: «Я в твои годы корову с выпаса встречу, подою, накормлю ее, свиней, курей и потом еще уроки учила. А ты тут сидишь на всем готовом и не можешь домашнее задание на два дня вперед сделать». Запрос подавать? Так для этого мне самому, для начала, документы нужны. И, опять же, знать девичью фамилию матери. А я ее не знаю!