За гранью сновидений
Шрифт:
– Что вы делаете?
– Как что? Собираюсь искупаться. Кстати, присоединяйся, – последнее слово произнес с нажимом, зная, как ее бесило это обращение.
Шон или как его там обогнал её и уже шел спереди. На ходу стащил с себя плащ, рубаху, потянулся к завязке на штанах. Лилиана резко отвернулась, щеки запылали от стыда. Остановилась сзади и задумалась. Она может достать сапфир из штанов парня, пока тот будет купаться в озере. Надо только дождаться, когда он сложит все вещи и зайдет в воду. На дворе стояла ночь, рассветать начнет через несколько часов. Надо успеть до рассвета добраться до своих покоев, а то столько шуму будет… В какую ярость придет ее отец, она решила не думать.
Принцесса услышала бульканье за спиной. Огляделась, Шон зашел в воду по шею. Когда он нырнул под воду она в несколько шагов подошла к его вещам, скривилась. От одежды несло как от навоза с примесью скисшего молока и протухших яиц. Засунула руку в карман штанов, но камня внутри не было.
– Не это ищешь? – принцесса повернулась на звук и опешила. Шон держал в руках сапфир и подбрасывал его вверх. От такого обращения с артефактом рода ее захлестнула злость. Камень не терпел воды. Он не будет действовать пока не обсохнет, а это еще часа три. Сжала руки в кулаки. Ну нет, она его точно прибьет. Утопит! Прямо в этом озере.
– А хель с вами. Делайте, что хотите! С меня довольно! Камень вы мне не отдадите и ежу понятно, а терять с вами время я не собираюсь. – Лилиана вскочила на ноги и быстрым шагом пошла в сторону леса.
Она замедлила шаг. А вдруг сработает? Глупо, конечно, на это надеяться, но что, если он пойдет следом. Хотя, о чем она? У оборванца в руках камень, который он с радостью обменяет на золото, и плевать ему на то, что она убежала. А вот она без сапфира домой не попадет.
Проклиная про себя оборванца, она стиснула зубы, сжала кулаки и пошла обратно к озеру, где видела его в последний раз.
Лилиана приближалась к месту, где несколько мгновений назад лежала рваная и грязная одежда незнакомца. Он не спеша натягивал на себя рубаху. К счастью, штаны на парне уже были.
– Так и знал, что ты вернешься, – уверенно произнес Шон.
– Это еще почему?
– Да потому что для тебя эта вещица нечто большее, чем просто какой-то камень, за который можно получить мешочек с золотом. Угадал?
Лилиан замерла на месте. Так и есть. Да вот только что будет, если она признается?
– Слушай, мне и самому уже надоело. Вот, лови, – он кинул сапфир и камень чудом не упал на землю и не раскололся на части. Лилиана посмотрела на него гневным взглядом.
Ну точно дикарь! Что за манеры? Девушка уставилась на Шона и готова была его разорвать на мелкие кусочки.
Блондин пожал плечами.
– Значит, я угадал, – он натянул на себя плащ. – Ну и что ты теперь будешь делать? Снова сбежишь? Кстати, а куда это ты так торопишься?
– Во дворец, – слова вылетели, принцесса поежилась. Ну и дура! Он ее в мгновение ока раскусит! – То есть, – промямлила девушка, – я прислуживаю королю Дамиану и его…
Парень подошел поближе, в темноте лицо не рассмотреть, но девушка догадалась, что оборванец задумался.
– И кем же ты там…
Она выпалила первое, что пришло в голову
– Кухарка. Я придворная кухарка.
Брови парня взлетели вверх.
– И как же придворную кухарку отпустили из королевства? Я слышал, что король Дамиан строг со своими подданными.
Принцесса чуть не поперхнулась от таких слов.
– У храма всё королевство, вы разве не видели?
Блондин вдруг засмеялся.
– Та будет тебе. Я знаю. Просто хотел посмотреть на твоё выражение лица.
Принцесса собрала всю волю в кулак лишь бы ему не нагрубить. Ну все, с нее хватит! Она развернулась и быстрым шагом пошла в сторону дворца. Выбора не осталось. Все равно сапфир не перенесет ее во дворец. Камень холодом обжигал пальцы. Принцесса положила его во внутренний карман. Натянула капюшон на глаза и пошла по известным извилистым тропкам.
Она уже порадовалась, что наконец-то неотесанный гад остался где-то позади, как вдруг услышала позади себя шаги. Обернулась. Ну конечно, Шон идет за ней по пятам.
Рано она обрадовалась.
– Что еще? – злобно процедила принцесса. Опять грубо, но этот гад встал у неё поперек горла. Хотелось поскорее переместиться во дворец. Больше всего она боялась разгневать отца. Отец не опекал так сильно своих дочерей, пока старшая не вышла замуж. С тех пор он постоянно раздумывал о скорейшем браке Лилианы с принцем Гайдаром из Северной Пустоши, и не сводил с нее глаз. И что-то еще изменилось в нём, но только что именно, Лилиана не могла понять. Он казался отстраненным большую часть времени, и пару раз Лилиана заметила, что его карие глаза становятся черными.
От этого напора Лилиана чувствовала себя в золотой клетке. За ней то и дело кто-то следил – если не отец, так охранники и слуги, которые неожиданно постоянно оказывались с ней рядом, даже в королевской оранжерее, куда она приходила перевести дух и отдохнуть от забот. “Так может, всё-таки задержаться здесь еще подольше?” – промелькнула в уме мысль. Всё равно она через несколько недель будет далеко отсюда. Но отца всё-таки лучше не злить. Он и впрямь может запереть её до свадьбы. Принцесса глубоко вздохнула.
– Да ничего особенного, – парень замялся, а Лилиана удивилась. Впервые это наглый невоспитанный наглец выглядел растерянным. – Я дорогу не знаю. Но раз ты идешь во дворец, то нам по пути.
“Что?” – подумала она.
– Вы разве не из этих краёв?
– Нет, я из Северной Пустоши.
– Из Северной Пустоши? Что же вы тогда здесь забыли?
– Следую приказу его Величества короля Равиля, – прозвучало это как-то странно, потому что на имени короля он скривился. Интересно, в чем причина? Ему неприятен король, он его ненавидит, или в чем тогда дело? Но одно то, что он из Северной Пустоши, Лилиану заинтересовало. Она сможет побольше узнать о тех краях, где совсем скоро будет жить. Возможно даже получится что-нибудь выпытать у парня про принца Гайдара. Что ж, дорога будет интересной.
– Ну так вы идёте или как? – принцесса обернулась, парень улыбнулся и быстро догнал её.
Глава 4
Путь через Топольский лес был длиннее, чем через мост у храма, ведущий прямо во дворец, но принцессе хотелось пройти через волшебный лес. В нем обитают редкие звери, которых она так любила. Тем более, что сапфир еще не восстановился.
Ночь постепенно уступала место утру, солнце поднималось все выше и уже освещало дорогу. Лилиана по привычке поглубже натянула капюшон на глаза. В сотый раз пожалела, что не надела на себя что-то более легкое, пот стекал по телу ручьями, белые пряди волос прилипли ко лбу и к шее. А рядом шел наглый гад, от которого до сих пор несло за километр тухлыми яйцами и скисшим молоком, хоть уже не так сильно, как раньше. “Одежду он не догадался выстирать”, – подумала про себя девушка и закатила глаза к небу.