Чтение онлайн

Когда Гауз был здесь, он сказал, что не пройдет шести месяцев, и Соединенные Штаты будут на стороне Антанты. В Лондоне он зондировал Грея относительно мирного посредничества Америки на следующих условиях: Франция эвакуируется, Бельгия также, Франция получает Эльзас-Лотарингию в обмен на некоторые колонии. Грей передал эти условия Камбону, который презрительно рассмеялся над ними. Грей мне об этом ничего не говорил.

Немцы косвенно предлагали, а правительство Соединенных Штатов прямо зондировало относительно следующих условий мира: Бельгия и Франция подлежат эвакуации; Франция получает Эльзас-Лотарингию и отдает некоторые колонии, но не платит никаких возмещений, Англия должна платить. Немцы намекнули, что Соединенные Штаты получат от Дании Гренландию взамен Филиппин, которые Дания затем уступит Германии в обмен на северный Шлезвиг.

Соединенные Штаты не удовольствуются Гренландией. Я думаю, что они согласятся взять датские Вестиндские острова в обмен на Филиппины и смотреть сквозь пальцы на то, что будет с ними делать Дания. Немцам Филиппины нужны для действий против Японии в будущем. Японцы никогда не помирились бы с переходом этих островов в руки немцев.

13 марта. Нижеследующее – слух, но слух достоверный. Обнаружено, что оборона Вердена не была подготовлена. Кастельно отправился туда, в результате чего несколько генералов было выгнано, Петэн поставлен во главе командования, организована настоящая система и вырыты траншеи. Военные власти сейчас вполне уверены в том, что смогут выдержать натиск немцев. Французские потери исчисляются не менее чем в 50 000 человек, а германские от 110 000 до 150 000.

16 марта. Кажется, изобретен новый страшный газ, но посмеем ли мы использовать его против гуннов, и будет ли достаточный запас его? Я сомневаюсь в этом.

Теперь здесь понимают и ценят британские усилия и помощь. Говорят, что сейчас во Франции находится 1 500 000 британских солдат. Наша тяжелая артиллерия вызывает большое восхищение. Она оказала большие услуги под Верденом.

18 марта. Сегодня я завтракал у Анри де-Бретейля. Там был Пишон. Против Жоффра выдвигается много обвинений. У него в главной квартире находятся около 300 офицеров, которые, вместо того, чтобы выполнять свои прямые военные обязанности, пишут меморандумы по таким вопросам как финансы Румынии. Жоффр посылает такие бумаги военному министру для передачи на рассмотрение кабинету! Штабом Жоффра не было сделано настоящих приготовлений к обороне Вердена. Кастельно приехал в Верден 21 января и нашел, что ничего не сделано. Он послал 4000 человек рыть траншеи. 21 февраля немцы перешли в наступление. 24 февраля Кастельно получил от Жоффра все полномочия для действий. Генерал де л’Англь де-Карм хотел отступить, так как считал, что занимаемых позиций не удержать. Кастельно вызвал Петэна ночью 25 февраля и на следующее утро приказал ген. Бальфурье взять обратно форт Дуомон, что было сделано. Петэн был сделан командиром, и положение улучшилось. Обрадованная публика, за исключением крайних социалистов, хочет, чтобы Кастельно сменил Жоффра; если же эта замела не удастся, то хотят Петэна.

20 марта. Некоторые немецкие колониальные учреждения и предприятия обратились к министру колоний с петицией настаивать при заключении мира на том, чтобы немецкая юго-западная Африка была возвращена Германии. На это министр ответил, что правительство не только будет настаивать на возвращении всех колоний, но что оно будет действовать в духе расширения германских колониальных владений. Если бы мы даже были побеждены немцами, туземцы юго-западной Африки удержали бы эту территорию в своих руках и сказали бы немцам: «Приходите и берите, если можете»).

В виду того, что итальянское министерство получило выражение доверия от значительного большинства, я думаю, что дипломатическая конференция состоится здесь, как предположено, 27 марта.

В качестве причины, по которой Италия не объявила войны Германии, мне указывают на пребывание в Германии 750 000 рабочих итальянцев. Я подозреваю более тайные причины.

27 марта. На утреннем заседании конференции (от 10 до 12 ч.) обсуждались военные вопросы. Итальянцы заявили, что им нужны тяжелые орудия, пулеметы и снаряжение. Британские представители сказали, что потребности флота были настолько значительны, а потребности армии настолько неожиданны, что мы в состоянии производить только для своих собственных нужд, и то не удовлетворяя их полностью до января следующего года. У нас есть машины, но нам недостает необходимой квалифицированной рабочей силы. Мы не можем перебросить углекопов на другую работу, так как нам приходится снабжать углем союзников и самих себя, и ряд крупных орудийных заводов в Глазго вынужден был остановиться на несколько дней из-за недостатка угля. Ллойд-Джорж привел статистические данные о сделанном нами, а г. Тома дал отчет о том, что сделано Францией. Он и Бриан предлагали итальянским представителям дать квалифицированных рабочих французским заводам.

Представители Италии протестовали, говоря, что итальянское правительство не властно посылать итальянских рабочих во Францию, и было бы невозможно провести через парламент меру, которая давала бы правительству такую власть. На послеобеденном заседании конференции (3 ч. 30 м. – 5 ч.) обсуждались вопросы о продовольствии, о рационировании, о регулировании торговли и о блокаде.

Заседание конференции, происходившее в шесть часов вечера в кабинете Бриана, в присутствии Асквита, Грея, меня, Китченера, Робертсона, Извольского и Жилинского, было посвящено салоникскому вопросу. Слово было предоставлено Китченеру, и он стал в взволнованном тоне распространяться о бесполезности салоникской экспедиции. Вслед за тем Робертсон прочел записку на французском языке, излагавшую его доводы против экспедиции. Китченер объявил о намерении увести одну британскую дивизию. Робертсон разъяснил, что этот уход является предисловием к уводу в возможно ближайшее время второй и третьей дивизий. Жоффр приводил доводы против этого увода, при чем Китченер время от времени бросал возражения, говоря, что британские войска будут полезнее во Франции, чем в Салониках, что он никогда не считал возможным наступление из Салоник. и что присутствие там таких крупных сил в настоящее время означает напрасную трату войск. Ответственность должна пасть на Францию. Мы не в состоянии предоставить транспортные средства, необходимые для подкрепления и снабжения этих войск.

Аргументы Бриана в пользу оставления нынешнего состава франко-британских войск в Салониках, целиком поддержанные Извольским и Жилинским, заключались в следующем. Первоначально мы пришли в Салоники для того, чтобы предупредить превращение их в австро-германскую подводную базу и чтобы помешать Греции присоединиться к центральным державам. Присутствие англо-французских войск явилось серьезным препятствием для осуществления германских намерений. Это видно из заявления греческого короля, шурина императора, предложившего гарантию в том, что если б мы согласились на уход наших войск из Салоник, то неприятель не стал бы затруднять этого ухода. Присутствие англо-французских войск помешало выполнению германского плана нашествия на Египет, каковое намерение причинило столько беспокойства лорду Китченеру. Эти союзнические войска удерживали вокруг Салоник значительное количество турок, австрийцев и немцев. Присутствие войск заставило болгар опасаться возможной комбинации против них из Румынии и Греции. Если бы была уведена хотя бы одна британская дивизия, то турки, болгары и румыны заключили бы, что англо-французские войска будут уведены совсем, так же, как и с Галлиполи. Румыния потеряла бы всякую надежду на соединение с Грецией. Болгария осмелела бы и заняла бы агрессивное положение по отношению к Румынии, а всякие виды на присоединение Греции к державам Антанты отпали бы. Бели бы британские дивизии одна за другой были уведены, то французам не оставалось бы ничего иного, как тоже уйти, и вся экспедиция была бы провалена. Он думает, что материальный и моральный Эффект от этого был бы в высшей степени неблагоприятен. Он надеется, что Китченер не будет настаивать на своем намерении вывести войска, и предлагает Асквиту и Грею подумать о дипломатических и политических последствиях увода войск в настоящих условиях. Китченер ответил, что много думал об этом, и результатом этих раздумий и явилось его предложение об уводе сперва одной, а затем еще двух дивизий. Видя, что Китченер и Робертсон не сумели логически обосновать свое мнение, Асквит сказал, что, принимая во внимание настойчивые возражения Бриана и представителей России, он не будет настаивать на предложении, выдвинутом британскими военными властями.

30 марта. Конференция была жестом, и в качестве такового она имела успех. Все задают себе вопрос, почему итальянец взял на себя обязанность говорить за остальных делегатов. Некоторые думают, что он поступил так с целью подчеркнуть участие Италии в борьбе, но она не находится в состоянии войны с Германией.

Сопротивление, оказанное французами под Верденом, грандиозно и является горьким разочарованием для немцев; но сможем ли мы, когда настанет время для активной операции, предпринять успешное наступление? Многие военные авторитеты, в том числе, кажется, и наши, считают, что в полной мере настоящее наступление невозможно ни для одной из сторон. Говорят, что так думали и думают командиры полков, что Жоффр думает так же. но не говорит об этом по политическим соображениям.

1 апреля. Из Афин корреспондент пишет: «Нам приходится здесь иметь дело с самым гнусным правительством, руководитель которого Гунарис является ярым германофилом, и тем не менее союзнические правительства, по-видимому, расположены давать деньги для поддержки нынешнего кабинета. Это печально, но, к счастью, потеряно уже столько времени, что есть надежда на то, что эти старые птицы свалятся с насеста, прежде чем будут получены деньги.

2 апреля. Здесь был Репипгтон, приехавший из Вердена и Шантильи. Он уверен, что французы смогут продержаться против немцев, у которых много убитых. Он считает, что это будет самое действительное средство для побед над немцами. Германия падет от недостатка людей, а не от недостатка иных «товаров». Хотя русским, быть-может, и приходится терять двух людей против каждого немца, но людей у России достаточно, чтобы перенести эту диспропорцию в потерях. Репипгтон видел последние партии пленных немцев, и он говорит, что они представляют собою жалкий сброд, показывающий, что немцы близки к исчерпанию своих людей. Он нашел у французских офицеров и солдат полную решимость итти до конца Нашей бедой может явиться недостаток людей для пополнения потерь, если мы не введем всеобщего набора, что, как он опасается, маловероятно. Он бранит салоникскую экспедицию, как трату людей и имущества, но он не считается с моральным и политическим эффектом, который имел бы увод войск на Балканах, в Румынии, Греции, Болгарии, Турции, на Ближнем и Дальнем Востоке, а также в нейтральных государствах.

Лондон 6 апреля, 4 ч. утра. Только что прибыли сюда, выехав из Парижа вчера в час дня.

Бриан и министр финансов были здесь с серьезными намерениями достать деньги.

11 апреля. Сегодня утром я посетил Лэнсдоуна. Он опасается, что потеря форта Кут [59] произведет очень неблагоприятный моральный эффект в Индии, Персии – на Востоке вообще, а между гем мало шансов на его спасение. Он подтвердил мнение Чарли Гардиттджа, что военные, а не гражданские власти ответственны за попытку подойти к Багдаду без достаточных сил. Он говорил о частых переменах мнений Китченера. Он думает, что Бриан и «отец» Жоффр ввергли нас в салоникскую экспедицию.