За норной дверью
Шрифт:
Казалось, вечер никогда не закончится. Ещё один поворот, поклон и снова поворот. Музыка стала тише. Ещё поклон. Мелодия смолкла. Девочка остановилась, посмотрела по сторонам – танцы закончились.
Горизонт спрятал последние лучики солнца. Дубки зарылись корнями и руками-ветками потянулись к небу. Ветер трепал их листья, но не больно, а ласково, он будто знал, что ждёт их там, в новом дне, и заботился, как мог.
– Неужели, с рассветом они уйдут отсюда? – Саша провела рукой по цветам, но музыка не зазвучала. – А потом в их корнях какая-нибудь девочка и кот найдут свой дом.
– Уйдут. По всему лесу разойдутся, иначе и быть не может. Ведь дуб – самое главное дерево, он повсюду нужен. Может, станет кому-то домом, а может, так и будет ходить искать своё место. Так или иначе, нам пора домой, – кот подошёл и потёрся о девчачьи ноги.
– Пора, – грустно вздохнула Саша.
Идти было недалеко, и девочка не торопилась. По пути она, то и дело, замирала и начинала кружиться на месте, мурлыкая себе под нос дубковую мелодию. Кот зевал. Когда до норной двери оставалось с десяток девчачьих шагов, Саша остановилась:
– А может, не будем сегодня спать?
От удивления кот замер с поднятой лапой:
– Когда темно – принято спать…
– Знаю, знаю, – закивала девочка. – Мы тоже будем, только попозже. Хочется ещё немножко посмотреть на звёзды и помечтать. Ну пожалуйста.
Саша запрокинула русую голову:
– Посмотри, какие расчудесные звёзды. И лунииище…
Кот посмотрел на светящиеся точки, потом на девочку с блестящими от радости глазами, и снова на небо. На миг показалось, что и луна сделала жалобные глазки и просит их остаться.
Помедлив, кот сказал:
– Пойду, принесу плед, не сидеть же на траве.
От хлопков маленьких ладошек зазвенело в ушах.
– Чуток – и спать, – обернувшись, уточнил кот.
Конец ознакомительного фрагмента.