Чтение онлайн

Замысел юного воителя зиждился на опробованном со своим бывшим отрядом ударе клином по строю противника. Впереди его шел тараном самый мощный воин с полным щитом и доспехом, сзади его подпирали другие, тех в свою очередь задние. Так, общими усилиями, разрывали строй из одного или двух рядов, который обычно применялся в бою княжеской дружиной. А потом в этот разрыв вступал весь отряд, успешно громя разрозненные группы. Правда, требовалась хорошая выучка и слаженность в совместном прорыве, иначе могли отсечь клин или разбить собственный строй, тогда воинам, прорвавшимся в гущу неприятеля, пришлось бы туго.

Варяжко не раз отрабатывал такую тактику в учениях отряда, а потом применил против толпы бузотеров. Теперь же посчитал возможным и в бою с сильной дружиной, только следовало заняться выучкой гораздо основательнее и тогда шансы на успех могли быть довольно существенными. Вечером рассказал о том собравшимся на совет старейшинам гнезд и сословий, отвечал на их дотошные вопросы — от нужного состава дружины до снаряжения воев. Вроде его ответы устроили умудренных мужей, отпустили благодушно. Через день после совета к Варяжко прибыл гонец от старейшины города, когда же явился к тому, застал еще своего командира, Велимудра.

Росслав объявил о создании собственной дружины численностью в пятьсот воев, назначении старшим Велимудра, под рукой которого юному воителю предстоит учить людей новому бою. В напутствие добавил: — Берите в дружину любого воя, просите для нее все, что нам под силу, но готовьте как можно скорее. В любой день и час посадник может выступить со своей дружиной и вам надо остановить его, не допустить гибели многих.

Следующая неделя ушла на формирование дружины. Велимудр в первый день как-то участвовал в отборе воев, но вскоре понял, что особого толка от него нет, доверил помощнику вести его. Сам же занялся обеспечением будущих дружинников — от оружия и доспехов до подготовки казарм и учебного лагеря. Варяжко настоял на постоянном нахождении воинов в лагере, после сам переселился в казарму, убеждая всех — так нужно для выработки общего духа, сродства в воинское братство. Возникший ропот воев, недовольных тем, что им пришлось оторваться от семьи и домашних дел, унял сам старейшина. Сумел внушить им — нужно терпеть лишения ради народа новгородского, в дружине главная надежда оборониться от сильного ворога.

Варяжко по согласию со своим командиром разделил дружину на сотни, назначил старших над ними. Те в свою очередь разбили на взводы — подивились такому подразделению, и десятки. Сразу ввел условие строгой дисциплины — приказ старшего не обсуждается, а исполняется немедленно. Пришлось с позором изгнать из дружины почти десяток воев с норовом, упорно противившихся подобному порядку, пока до всех не дошло — с прошлой вольницей придется расстаться. И уже более терпеливо сносили ежедневную муштру — от хождения строем до приемов с оружием.

Командиры поднимали людей на заре, после легкого завтрака приступали к учениям, занимались до самого заката, с небольшими перерывами на обед и отдых. После ужина и вечерней поверки воины отключались без сил, едва ложились на нары, и так проходил каждый день трудной службы, пока не втянулись в нее. Через месяц упорных учений, с одним выходным днем в неделю — чтобы воины могли отвести душу в кругу семьи, сказались первые результаты. Дружина уже могла хотя бы на минимуме необходимого слаженно выстраиваться в линию, перестраиваться и маневрировать, защищаться и переходить в атаку. Да и закрепились первые навыки с мечом и копьем, перешли от простых приемов к более искусным.

После начальной подготовки перешли к отработке предложенной тактики удара клином, а также возможной защиты в окружении противника. Лидером таранной атаки безусловно стал богатырь Градислав, его поддерживали тоже далеко не слабые бойцы. В учебных схватках они без особого труда проламывали линию обороны даже в шесть рядов — такую обычно выстраивали княжеская дружина и стоящее за ней ополчение, хотя доходило и до десяти-двенадцати при большом войске. Много сложностей вызвало обучение бойцов умению развивать прорыв и сражаться в плотном окружении. Прошла еще не одна неделя неустанных учений, пока Варяжко не посчитал — дружина имеет реальный шанс противостоять княжескому войску.

Тем временем от проезжих гостей и купцов пришли слухи о созыве князем войска. Правда, поводом он назвал поход на землю вятичей, второй год отказывавшихся платить дань Киеву. Но никто из новгородцев не сомневался — Ярополк идет на них. Об этом говорило оживление в стане посадника — затихший на месяц после памятного божьего суда боярин вновь показал свой норов. Нарочито демонстративно проезжал по городу со своей дружиной, шел нахально на отряды новгородского ополчения, стоящие дозором на важных улицах. Те расступались, помня наказ старейшин не ввязываться в прямое столкновение, а потом сопровождали наместника с его войском.

Когда же пришла весть, что Ярополк выступил в поход, то боярин Здебор решился на откровенный конфликт с Новгородом — приказал задержать группу ополченцев, шедших позади, а потом побить их батогами, как каких-то холопов. В тот же день в городе начались волнения — возмущенный люд готов был идти в безрассудную атаку на княжескую обитель. Старейшинам и другим уважаемым мужам с трудом удалось обуздать страсти толпы, дали зарок, что посадник без возмездия не останется. Следующим утром к княжескому двору стянулось новгородское ополчение, пришли все — и стар и млад, кто мог удержать в руке оружие.

Накануне заполдень старейшина города вызвал в детинец Велимудра и Варяжко, здесь вместе с ним ожидали другие старейшины. Росслав не стал терять напрасно время — едва вызванные уселись на лавку, рассказал им о случившемся нападении княжеской дружины на ополченцев и смуте в городе. Продолжил речь о принятом советом решении: — Завтра созываем воев к княжеским хоромам. Будем требовать от посадника виру за посрамленную честь наших людей. Если же он не пойдет на то и науськает свою войско, тогда вступим в брань. Иного нам не дано — оставить бесчинство безнаказанным народ не позволит.

После недолгого молчания обратился к старшему дружины: — Велимудр, веди своих воев в сечу — ее нам не избежать. Как полагаешь, сможет твоя дружина справиться с княжеской?

На вопросительный взгляд старейшины юноша высказался осторожнее своего командира: — Дружина может дать отпор — люди обучены тому. Но сказать наверняка, как сложится бой — не могу. Княжеская дружина сильна, нашим воинам не сравниться с гриднями, даже отроками, в ратном искусстве. Но мы и готовились именно к такому противоборству, так что надежды на победу у нас немалые.

Один из слушавших речь Варяжко старейшин сказал свое слово: — Ты говорил прежде, что будешь учить воев новому бою. Они усвоили науку, смогут выступить с ней в сече?

— Да, старейший, усвоили. На учениях и схватках между собой воины показали нужную выучку. Только может помешать то, что нет еще опыта в настоящем бою.

— То понятно, — задумчиво произнес старейшина города, — опыт — дело наживное. Ну, что же, завтра мы увидим, чему вы научили воев. Да благословит вас Перун на победу!