Чтение онлайн

— Благодарю.

Все стали расходиться кто куда, а я подошёл к Ютишу.

— Ты всё слышал, Николай?

— Да.

— Тогда тебе должно быть понятно, что мы расстаёмся навсегда.

— Может, ещё когда и свидимся…

— Едва ли. Но я сохраню светлые воспоминания о наших встречах.

— Ты сможешь меня найти на этой планете. В городе Дубовый бор, слышишь, Ютиш?

— Ты веришь в такую возможность?

— А почему бы и нет? Всякое бывает…

— Ты прав. Но… Да, ладно… Удачи тебе, Николай, и будь счастлив!

— Прощай, Ютиш. Главное — верь в себя, в свои силы. Будет возможность учиться — учись. А в остальном положись на волю Всевышнего.

— Прощай…

Ютиш и Ведущий пошли в сторону городка, а ко мне подошёл Марк.

— Николай, каким образом ты оказался здесь?

— О Ютише и Леоноре я рассказал Учителю…

— Понятно. Можешь не объяснять дальше. Он получил ответ на свою информацию-запрос и сообщил её тебе, как заинтересованному лицу.

— Марк, я не должен был присутствовать здесь?

— Нет, запрета никакого не было. Просто любопытство. Видимо, наши пути соприкоснутся ещё не раз, — слегка кивнув мне головой, Марк исчез. На поляне больше никого не было. Я остался один. С места, где я стоял, проглядывалась часть горы, где стоял раньше дом Ютиша. Там тоже ничего и никого не было. Сохранился лишь сад, но со временем он придёт в запустение. Деревья и цветы станут более дикими без ухода за ними. И всё же этот сад будет долго служить напоминанием о странном чудаке Ютише.

Побродив немного по окрестностям городка, я передумал навещать Виктора. Он не верил в Ютиша и не доверял ему, хоть и общался с ним. А мне меньше всего хотелось убеждать кого бы то ни было в нормальности и человечности Ютиша, если его принимали за чудака.

После я ещё не раз возвращался в сад Ютиша, видел, как он приходит в упадок. Позаботился о цветах: провёл к ним арычки, чтобы не пропали из-за недостатка влаги. Дом Виктора я обходил стороной, думаю, у меня были на то причины.

Вернувшись домой, я занялся приготовлением к занятиям. Пролистал кое-какие книги и учебники, восстановив в памяти то, что изучал ранее. Обдумал и создал одежду для посещения занятий.

Как-то под вечер ко мне пришёл Николос. Он сообщил о дне их венчания с Лючией.

— Извини, Николос, я едва ли смогу быть на вашем торжестве.

— Почему ты не хочешь разделить с нами радость воссоединения?

— Если б это зависело только от меня… Николос, в день вашего венчания я должен быть в Синоде. Объявляется начало обучения на новом уровне. Ты же знаешь, что по уставу Синода я не могу пропустить этот день.

— Да, конечно. Жаль… Но ты постарайся не задерживаться в Синоде, может быть, и успеешь. А если нет, то приходи к нам. Мы собираемся дома в тесном кругу для общения.

— Хорошо, я приду. Николос, а… где вы теперь будете жить?

— Лючия вынуждена войти в мой дом. Я не могу оставить свою работу: мой сад, цветник… Мне без этого не жить.

— И Лючия дала согласие?

— Конечно, согласна. Правда, мы могли бы переселиться на Радужную или на планету Хрусталя. Но … решили остаться здесь.

— Что ж, Николос, я рад за вас. Лючия со временем привыкнет и полюбит твой сад. Невозможно не оценить красоту его замысла и не восхищаться им!

— Николай, в тебе говорит поэт. Знаешь, я верил в то, что она останется со мной. Лючия даже согласилась помогать мне с цветами. Думаю, мы хорошо будем ладить… Я пойду… А то Лючия одна дома. Да и я ещё не привык совсем к её присутствию в доме. Ещё живёт страх, что могу потерять её вновь… Мы ждём тебя, Николай!

— Я приду. До встречи!

Дни до начала занятий в Синоде пролетели гораздо быстрее, чем я мог предположить. Заранее я побывал в Синоде. Лига встретила меня радушно.

— Ты так скоро решил вернуться в Синод? Для меня это неожиданность.

— Мне кажется, что я достаточно отдохнул. Почти год…

— Что есть год!? Николай, ты ведь знаешь, время относительно. Я рада твоему стремлению продолжить обучение. Надеюсь, у тебя не будет проблем в учёбе. Не нарушай устав Синода и в первый день занятий… Ты можешь идти.

— Благодарю, — я вышел из комнаты Лиги, прошёлся по коридорам, где ещё было тихо.

Да, я хотел вернуться сюда и учиться дальше…

Первый день занятий в Синоде начинался как обычно: те, кто приходил впервые, чувствовали себя робко и неуверенно, поражённые величием и красотой самого здания Синода и смущённые неизвестностью и таинственностью, витающей в воздухе. Они выделялись среди всех неуверенностью и озабоченностью, и влекущей их поспешностью. Я же чувствовал себя свободно и с интересом наблюдал за другими. А всего-то несколько лет назад я был в числе переступивших впервые порог Синода и так же, как и они, был робок и не уверен в себе…

Начало занятий на каждом уровне распределено так, чтобы Лига и её сопровождающие лица успевали побывать везде. Как и самый первый день, день моего появления здесь с Учителем, группе, но уже седьмого уровня, были объявлены требования Синода к учащимся и проведена перекличка присутствующих. Из названных не было более половины! Я видел по лицу Лиги, что она сильно озабочена таким числом отсутствующих.

После ухода Лиги были оглашены преподаваемые на этом уровне предметы и названы имена Учителей. Всё! Мне большего и не надо было знать. Многие остались для общения, я же спешил к Николосу и Лючие на их праздник, на их венчание.

Конечно же, я опоздал! Обряд венчания уже совершался, когда я вошёл в Храм, украшенный множеством разных цветов.

Николос и Лючия стояли на коленях перед алтарём. Учитель и незнакомая мне женщина держали над их головами венцы. В Храме горели свечи и пел прекрасный хор! Я никогда ещё не слышал такого пения. Мне показалось, что я стал маленьким мальчиком с крыльями за спиной и взмыл ввысь небесную, распахнувшуюся передо мною и объявшую меня теплом и искрящимся светом… Когда прошло ощущение полёта, я посмотрел на сочетающуюся чету. Они вслед за священником шли в круг аналоя.

Я не прислушивался к словам священника, я стоял охваченный со всех сторон музыкой и пением. Заиграл орган! Все стали поздравлять Николоса и Лючию. Подхваченный общим движением, а собравшихся было много, я двигался к молодой чете. Вдруг остановился, поражённый! У меня даже нет цветов… Я так спешил с занятий в Храм, что совсем забыл о цветах. И… в этот миг у меня в руках появились пышные георгины. И как бы со стороны я услышал голос: «Это любимые цветы Лючии». И вот я возле Лючии и Николоса, я только и успел сказать им: «Поздравляю» и отдать цветы, едва различив в общем гуле слова: «О! Мои любимые!» Все хотели поздравить молодую чету, и я оказался отстранённым от них. Пока собравшиеся поздравляли и медленно растекались, кто куда, я всё не мог двинуться с места, заворожённый игрой органа и пением.