За последним порогом
Шрифт:
— Договорный вассалитет, — кивнула Есения, — у меня юридическое образование, господин Кеннер.
— Вас это устраивает?
— Полностью. Для лояльного сотрудника договорный вассалитет гораздо выгоднее обычного найма. К тому же при этом есть шанс перейти в постоянные слуги.
— Ну, шанс не очень большой, но да, он присутствует. Приятно наконец обнаружить понимающего человека. Скажите, уважаемая Есения, вы знаете всех контрагентов предприятия?
— Разумеется, это моя работа.
— Просмотрите вот эти платёжные поручения, и отложите в сторону обычные перечисления контрагентам.
Есения быстро просмотрела все платёжки.
— Наших контрагентов здесь нет, господин.
— А скажите, уважаемая, это нормально — переводить деньги организации, с которой отсутствует договор?
— Разумеется, это ненормально, — ответила Жданова, — но именно сегодня почтенный Радим предупредил меня, что будет ряд договоров, которые понадобится зарегистрировать задним числом, и потребовал зарезервировать двадцать четыре позиции для их регистрации.
— И тут у нас как раз двадцать четыре платёжных поручения. Какое удивительное совпадение! Благодарю вас, уважаемая Есения. У меня к вам ещё один вопрос. Скажите, какие у предприятия имеются обременения? Есть ли долги или обязательства, о которых мне необходимо знать?
— Долгов у нас нет, завод даёт стабильный доход. А что касается прочих обязательств… — Есения надолго задумалась, — могу вспомнить разве что княжеский опцион. Вообще это считается формальностью, мы никогда его всерьёз не учитывали…
— Уважаемая, просветите меня, — слово «княжеский» у меня в голове засветилось красным, — в чём состоит это обязательство?
— Дело в том, что наш основной клиент — дружина князя, и мы обязаны снабжать её в первую очередь, и в установленном объёме. Поэтому в договоре с княжеством есть условие — если мы не в состоянии обеспечить требуемый объём, то княжество устанавливает наблюдение над операциями завода, а при втором подряд срыве поставок завод переходит под управление княжеской канцелярии.
— Всё ясно, благодарю вас, уважаемая Есения. Вот выписка из решения суда о переходе предприятия в мою собственность, зарегистрируйте её должным образом, пожалуйста. На этом пока всё, не буду больше отвлекать вас от работы.
Есения покинула нас, и почти сразу в кабинет заглянул один из ратников:
— Господин, там на складе какие-то люди грузили фургоны. Мы задержали их, как было приказано, ждём вашего решения.
— Они предъявили какие-то бумаги?
— Распоряжение управляющего на вывоз всей готовой продукции.
— Их в наручники и приглядывать. Наручники у вас есть?
— Найдём, господин.
— Поищите помещение, которые можно приспособить для временного содержания арестованных. И пришлите конвой за вот этой парочкой.
— Разрешите выполнять?
— Выполняй.
Ратник исчез. Я задумчиво посмотрел на управляющего, который обильно потел и явно чувствовал себя нехорошо.
— Итак, почтенный Радим, позвольте мне обрисовать ваши перспективы. Первым и наиболее вероятным вариантом является смертная казнь — и не вскидывайтесь так, я имею на это полное право! Вы, будучи вассалом, пойманы с поличным на краже у своего сюзерена. Уложение о дворянстве даёт мне право судить вас и вынести любой приговор.
— И второй вариант, — продолжал я, — увольнение по причине злоупотребления доверием работодателя. Найти работу после этого вам будет непросто, зато будете живы. К сожалению для вас, я пока не вижу оснований для этого варианта. Вам придётся как следует потрудиться, чтобы убедить меня поступить таким образом.
Я посмотрел на счетоводшу.
— Уважаемая Збара, всё перечисленное в той же степени относится и к вам. Правда, в отношении вас я склоняюсь скорее ко второму варианту, но всё же не советую расслабляться. Ещё ничего не решено, так что думайте, как будете меня уговаривать.
— Ну а пока мы дожидаемся конвоя… Зайка, — позвал я, — приведи-ка сюда начальника отдела персонала.
Зайка убежала, а управляющий наконец заговорил:
— Господин Кеннер, что будет со мной?
— Я же вам только что всё описал, что вы не поняли? — удивился я. — Я вас казню. Во-первых, потому что заслужили, а во-вторых, это окажет большой воспитательный эффект на остальных сотрудников.
— Но я не виноват, мне приказали люди князя!
— Если вы готовы написать подробное признание и засвидетельствовать его перед нотариусом, это сильно увеличит ваши шансы. Вы готовы?
Управляющий замялся.
— Ну, думайте. — пожал плечами я, — Кстати, то же самое относится и к вам, уважаемая. Если почтенный выберет жизнь, мне придётся казнить вас. Воспитательный эффект, помните? Советую вам тоже побороться за жизнь.
Начальник отдела персонала тоже оказался женщиной. Тут прямо бабское царство какое-то, разве что управляющий не угадал с полом.
— Ирина Стоцкая. — представилась она с поклоном.
— Меня зовут Кеннер Арди, я новый хозяин завода. Присядьте, пожалуйста.
Тут я обратил внимание, что от неё совершенно не доносится фон эмоций. Эмпат?
— Будьте добры, снимите блокировку эмоций.
— Извините, привычка. — несколько смутилась Стоцкая.
— Полезная привычка, — одобрил я, — вы Владеющая?
— Нет, всего лишь одарённая, второй ранг. Но с сильной склонностью к эмпатии.
— Скажите, почтенная Ирина, как у вас обстоит дело с лояльностью?
— Моя лояльность полностью принадлежит моему работодателю.
Эмоциональный фон соответствовал заявлению. Думаю, со вторым рангом обмануть меня у неё вряд ли получится, разве что склонность к эмпатии у неё не просто сильная, а чудовищная.
— Очень хорошо. В таком случае у меня для вас будет большое задание.
Ирина открыла изрядно потёртую записную книжку.
— Первое. У нас освободились должности управляющего и счетовода. Жду ваших рекомендаций по замещению. Затем подготовьте список сотрудников, в лояльности которых есть сомнения, и рекомендации по их замещению. Подготовьте краткие характеристики на всех сотрудников, занимающих или готовых занять значимые должности, в том числе и на тех, от которых вы рекомендуете избавиться. С ними со всеми я проведу беседы. И наконец, всем сотрудникам, согласно уложению попадающим в категорию «доверенные служащие», необходимо разъяснить их права и обязанности, вытекающие из договорного вассалитета.