Чтение онлайн

Кольтира вернулся к Луноречью уже ночью. Приветственно махнул рукой стоящему на посту часовому, напряженно вглядывающемуся в темнеющую даль близорукими человеческими глазами. Затем кивнул дренейскому шаману Торелию, который официально в Дружину Западного края не входил, но имел тут знакомства с самого Нордскола. Шаман поднял светящийся мягким серебристым светом взгляд от курильницы, где тлели угли и наверняка какие-то интересные травки, и молча кивнул в ответ.

Повернув к дому, Кольтира понял, что ему не придется применять следопытские навыки и проходить неслышно — в окне виднелся тусклый дрожащий огонек свечи. С чего вдруг Лериссе вздумалось ждать его возвращения? Прежде он и Тассариан нередко уходили на всю ночь в поля или просто торчали в огороде — а что еще делать тем, кто не умеет спать?

Дом встретил Кольтиру мрачными тенями в углах, серыми стенами и общим ощущением уныния. Словно дом делала уютным и обитаемым не Лерисса, полная жизни женщина, а один занудный рыцарь смерти, призванный на службу. Кольтира поморщился: что за ерунда лезет в голову!

Из кухни почти неслышно, словно призрак, выплыла Лерисса. Ее длинная белая сорочка — теперь дров хватало, и не было необходимости кутаться, — только усиливала сходство с привидением. Она медленно подняла на Кольтиру взгляд, словно только сейчас заметив его возвращение.

В ее глазах были пустота, отчаяние и безнадежность. Кольтира не сразу смог понять, кого ему напоминает этот взгляд, и только через минуту вспомнил, кто смотрел так же. Нежить, не обретшая воли, но осознавшая себя или просто полуразумная. Из Лериссы действительно вышла бы отличная банши.

«Ты чего?» — хотел спросить он, но сам заметил в ее руке почти пустую бутылку вина.

Нетвердой походкой Лерисса двинулась ему навстречу.

========== Глава 61. Нежизнь и неслужба ==========

— Ну давай, говори! Что молчишь, струсил? — пустота в глазах потенциальной банши сменилась злостью и вызовом.

— Что тебе от меня надо, женщина? — поморщился Кольтира.

Он снял и повесил на крючок плащ, и снова повернулся к ней. Делить кров с малознакомой, чужой для него женщиной было привычно: свое жилье в армии давали только семейным офицерам. И он также прекрасно понимал выражение «отбой». Вот только кто Лерисску у них дневальным назначил?

Он что, должен теперь оправдываться за долгую прогулку и спрашивать разрешения на отлучки? А не пойти ли уважаемой фермерше… на грядке кверху задом постоять?

— Нет, давай, выскажись. Что женщины не должны напиваться. Что у меня все хорошо, и я должна ценить то, что имею. Да что ты вообще знаешь о моей жизни, чтобы меня поучать?! — выкрикнула она ему в лицо. А, вот оно что.

Кольтира понятия не имел, почему Лерисса вечно ожидала от него нотаций и осуждения. То за бедность, привычку носить штаны и незамужний статус, то теперь за вино. Ну вот, сама дала ему очередную тему для издевок. Странная женщина. Неужели не поняла, к чему приводит такая болтливость?

Он осторожно, чтобы не свалить на пол, отодвинул от себя возмущенную Лериссу. Та презрительно фыркнула и отхлебнула еще вина прямо из горла.

— Кто-то уверял, что воспитание не позволяет пить в одиночку, — поддел Кольтира. Лерисса жаждала поскандалить, но эти слова, как ни странно, подействовали на нее умиротворяюще.

Она указала подбородком на дверь в кухню и полезла в шкаф за стаканами. Движения у нее были достаточно точными, значит, выпила она не так уж и много. Лерисса плюхнулась на стул, вылила из бутылки остатки в свой стакан, и тут же достала из-за занавески припрятанную вторую (или она до этого еще выхлестала?) бутыль. Запасливая дама.

— Я теперь редко пью, честно-честно, — вдруг хныкнула она. Тон был жалобным, извиняющимся. — Раньше да, были проблемы, а сейчас… Ты же сам видел, первый раз за целый месяц. Раз в месяц же можно, да?

— Можно, — кивнул Кольтира, чтобы от него отстали.

Он покрутил в ладони стакан и сделал пару глотков — ожидаемо не ощутил никакого вкуса. Он мог заставить спиртное действовать на него, но, во-первых, ему потребуется больше, чем одна бутылка вина, пусть даже и крепкого человеческого. А во-вторых, рыцарю смерти опасно терять над собой контроль там, где много живых и нет рядом никого, кто сумел бы остановить его.

Кольтира прикидывал, то ли поскорее отвязаться под любым предлогом от заливающей вином тоску от расставания с братом Лериссы, то ли проследить, чтобы она ничего не натворила и пошла спать. И вдруг вдумался в смысл ее слов. Раньше были проблемы? Со спиртным. Для людей, чье здоровье не поддерживает магия Солнечного Колодца, это же опасно, да? Знает ли Тассариан? Нужен ли Лериссе целитель? Или если теперь она напивается изредка, то все в порядке?

Кольтира смерил ее оценивающим взглядом. Дрожащее пламя дешевой свечи едва рассеивало полумрак, и в такой обстановке кто угодно будет похож на полумертвого. Но в принципе-то она всегда выглядела здоровой и полной сил. Нет, Лерисса определенно не походила на одного из тех пьянчуг, что во множестве населяли Луноречье и Западный Край.

— У меня никого не осталось, кроме Тассариана. А пока не узнала, что он… жив, я думала, что у меня вообще никого нет. Вообще. Знаешь ли ты, каково это?! — разговорилась Лерисса. Она периодически повышала голос, но не пыталась орать и скандалить.

Кольтира фыркнул. Ему ли не знать. Значит, Лерисса решилась принять в семью рыцаря смерти, чудовище, убийцу, потому, что ей было одиноко? Прежде Кольтира предполагал, что ей просто не хватало денег и рабочих рук. Странно, вообще-то. Лерисса казалась довольно общительной: у нее были подружки и в Луноречье, и на посту стражей, и на Сторожевом холме. Да плюс семейство Сальденов, до которых нужно целые сутки добраться, и еще она периодически кому-то писала в Штормград.

Но приятели — это не семья.

— Я так скучаю по маме, — пожаловалась Лерисса. — Она бы сейчас… Ой! Только Тассариану не говори, что я это сказала!

Кольтира кивнул. Как будто Тассариану и так не было очевидно, что раз их матери больше нет, то Лерисса по ней скучает. Вряд ли он настолько самоуверен, чтобы считать, будто сможет заменить сестре всю семью.

— Он обещал больше не лезть в самое пекло, а теперь опять уехал на войну. Если его убьют, я снова останусь одна. Как он мог согласиться? — всхлипнула вдруг она. — Он же знает, что у меня только он. Только Тассариан, понимаешь?!

Она залпом допила вино и стуком поставила стакан на стол. Рука дрогнула, и стук получился слишком громким. Лерисса поморщилась.

— А у тебя? Есть кто-то? — выпалила она. — Ну…

Есть ли кто-то у него?! Благодаря Тассариану, у Кольтиры никого не было — кроме самого Тассариана, чтоб его троллья бабушка пяткой в ухо…

— Есть. Тассариан, — скривившись, выплюнул Кольтира.

Если бы не Тассариан, Фальтора мог выжить в Третью войну. Если бы не Тассараин, мог выжить сам Кольтира. Дед не потерял бы всех родных и не сунулся бы вместе с Мстителями в самоубийственную кампанию в Нордскол. Если бы не Тассариан, у Кольтиры были бы Клеа, Алина… Сильвана.