Чтение онлайн

Я спросил: «Какие у вас основания?», — служащий аэропорта ответил: «У нас нет никаких оснований. Вот бумага, информация от премьер-министра, в которой говорится: "Этот человек опасен, его нельзя впускать в страну"».

Но я сказал: «Я не собираюсь въезжать в Англию, из этой комнаты Для отдыха нет возможности попасть в Англию. И вы хорошо меня проверили — у меня нет с собой никаких бомб и всякого такого. И если я посплю часов шесть в аэропорту, какую опасность я буду представлять? Вы только подумайте...»

Он сказал: «Не втягивайте меня в неприятности, так как завтра этот вопрос будет обсуждаться в парламенте, и тогда мне придется отвечать за вас».

Так что мне пришлось на шесть часов отправиться в тюрьму. Мне сказали: «Единственное место, где мы можем позволить вам оставаться, — это тюрьма».

А на следующий день этот вопрос обсуждался в парламенте, и я всегда удивляюсь, когда поднимается этот вопрос и дается один и тот же ответ: «Этот человек очень опасен», — но ни у кого в парламенте не хватает ума спросить: «Какая опасность в том, что он просто поспит в аэропорту? Может быть, он и опасен, но какую опасность он представляет, спящим в аэропорту?» Никто в парламенте не задал такой вопрос.

Итак, я сообщил греческому министру, что приеду. Я Должен поехать туда.

На самом деле, я думал остаться там еще на некоторое время, и моя виза позволяла мне оставаться в Греции еще пятнадцать дней, но архиепископ Греции пригрозил правительству, что если меня немедленно не депортируют, они сожгут дом, в котором я остановился, сожгут заживо меня и всех, кто был со мной, подорвут дом динамитом.

И правительство перепугалось, они подумали: «Может возникнуть проблема, лучше немедленно выслать этого человека».

Я спал, когда меня пришли арестовывать. Обычно людей не арестовывают, когда они спят.

И у них не было никаких оснований, так как я пятнадцать дней не выходил из дома. Я сказал: «Вы должны представить какие-то основания, почему вы депортируете меня».

Они сказали: «У нас нет никаких оснований, только приказы сверху». И все эти приказы были основаны на угрозе архиепископа.

Это был тот самый архиепископ, который отлучил Казандзакиса от церкви.

И эти люди живут, как бы отстав от времени. Они не наши современники.

Ведь в тот день, когда меня депортировали с того острова, жители острова, которые не имели никакого представления обо мне, они слышали только слухи... Но когда они узнали об угрозе архиепископа, им всем стало стыдно. И они спросили меня: «Мы бедные люди, чем мы можем помочь?»

Я сказал: «Отправляйтесь все в аэропорт, чтобы показать архиепископу, сколько людей с ним и сколько со мной — хотя я пробыл здесь только пятнадцать дней, а они здесь находятся вот уже две тысячи лет». И в церкви с архиепископом было только шесть старух, а в аэропорту было три тысячи человек, весь остров.

Тем не менее, они не понимают, что они больше не нужны, что их время кончилось. И они говорят о том, что надо любить врага своего и надо любить соседа своего, что Бог есть любовь, — а сами пригрозили человеку, который ничего не сделал, что сожгут его заживо, со всеми его друзьями. А в том большом особняке находилось по меньшей мере двадцать пять человек.

Это показывает, что так или иначе западный ум не рос по направлению к духовности, любви, ненасилию. Весь их подход материалистичен.

Через две тысячи лет после распятия Иисуса этот человек угрожает мне — представитель Иисуса Христа в Греции угрожает мне, — что он сожжет меня заживо. Представляет он Иисуса Христа или тех раввинов, которые распяли Иисуса Христа?

Ум западного священника был препятствием на пути Запада к медитации. Но пришло странное время революции — по крайней мере для нового поколения, так как новое поколение не с этими старыми священниками и этими старыми церквами.

И новое поколение Запада смотрит на Восток. Это великая надежда.

Это Зорба, ищущий Гаутаму Будду.

Вопрос не в том, находишься ты в присутствии учителя или нет, а в том, полон ли ты любовью и доверием к учителю или нет.

Физическая близость ничего не значит. Значение имеет только духовная близость.

Достаточно твоей любви, твоего доверия. Ты можешь быть на луне, и учитель будет рядом с тобой — в действительности учитель будет внутри тебя, — так как по мере углубления твоей любви нечто от учителя, его энергия, начнет переходить в тебя и растворяться в тебе.

Боязнь физического расстояния — это боязнь отсутствия любви и доверия.

Махакашьяпа не является единственным ответом. Каждый должен быть ответом самому себе.

Махакашьяпа оставался рядом с Буддой, и после смерти Будды он умер; он не смог продолжать жить отдельно от него.

Но в этом уникальность Махакашьяпы. Это не единственный ответ.

Я расскажу тебе несколько других историй о Будде, чтобы ты мог понять.

Ананда прожил рядом с Буддой сорок два года. Никто другой не жил рядом с Буддой так долго, никому не было позволено оставаться с ним так долго. Но была одна проблема. Ананда был двоюродным братом Будды и был старше Будды, а по восточной традиции... Перед тем как принять посвящение, Ананда, как старший брат, сказал Гаутаме Будде: «Сиддхарта, — так Будду звали в семье, — выслушай меня: «После посвящения я должен буду исполнять все, что ты скажешь. Я буду твоим учеником, ты будешь моим учителем. Сейчас же я твой старший брат, а ты мой младший брат; ты должен исполнять все, что я говорю. Ты должен запомнить три вещи — не забывай о них, когда я стану учеником». Это прекрасная история.

Будда спросил: «Что это за три вещи?»

Ананда сказал: «Во-первых, я всегда буду жить вместе с тобой, ты никуда не отошлешь меня для распространения твоего учения. Во-вторых, если я захочу, чтобы ты принял кого-то — даже посреди ночи — ты не скажешь "нет", это будет моей личной привилегией. И, в-третьих, я буду спать в той же комнате, где будешь спать ты. Даже во время сна мы должны быть вместе».

Будда дал обещание, и эти условия соблюдались на протяжении сорока двух лет.