Чтение онлайн

— Говорить буду я, — понизив голос, сообщила Рада. — А вы лучше спрячьте лица, чтобы вопросов не возникало.

— Как скажешь, — кивнула Найрин и повернулась к Лиаре, приглушенно прошептав: — А что это за штука на крышах? Вместо соломы?

— Это? — Лиара моргнула. — Черепица. В городах ей крыты все дома.

— Понятно, — проговорила Найрин, продолжая таращить глаза на невиданное становище.

На улицах появились люди. Они были совсем невысокими, по большей части темноволосыми и темноглазыми, и одеты гораздо теплее, чем предполагала погода. На мужчинах были короткие меховые полушубки, женщины носили длинные меховые пальто, а на головах — шапки из плотного войлока. Кубарем катались под ногами дети, вопя и хохоча, швыряя друг в друга комками снега. Найрин заметила и деревенский колодец под высокой крышей с вырезанными в виде конских голов стрехами.

Местные поглядывали на трех путниц с интересом, но почти сразу же отводили глаза. Странно, но на большинстве лиц было выражение деланного равнодушия, будто они претворялись, что им неинтересно. И все-таки смотрели, искоса, исподволь, словно кто-то запрещал им таращиться на путниц в открытую. Найрин только головой покачала под капюшоном. Возможно, Лиара и была права насчет этого места. Сейчас, по крайней мере, самой Найрин было неуютно.

Окошки домов окружали со всех сторон резные наличники, раскрашенные в яркие цвета. Виднелась резьба и вокруг дверных проемов, и под стрехами крыш. Найрин старалась не слишком крутить головой, чтобы не бросаться в глаза, но все равно посматривала на непривычной формы строения. Потом впереди показалось большое здание со слегка нависающими над первыми этажом еще двумя уровнями окон. Возле него стояли какие-то большие, крытые парусиной телеги, которых сейчас распрягали, тихо переругиваясь между собой, два усталых конюха. Вид у них был такой, словно они не сбрую снимали, а таскали на горбу мешки с землей. Найрин только подивилась.

Рада поднялась по высокому крыльцу и дернула на себя дверь. Изнутри послышались звуки человеческих голосов, музыки, отдельные хриплые выкрики и смех. Голоса по большей части были грубыми, мужскими, словно у людей, давным-давно сорвавших себе глотки от непрекращающихся воплей.

— Подождите меня здесь, — негромко сказала им Рада и исчезла за дверью.

Найрин неловко перевесила на своем плече вещмешок, стараясь сгорбиться, чтобы не бросаться в глаза. Здесь она была выше большинства мужчин, особенно ярко это выглядело на фоне маленькой Лиары. Из-за двери здания продолжали доноситься громкие голоса и выкрики, двое конюхов хмуро поглядывали на них с Лиарой, не отрываясь от работы. В воздухе звенело какое-то странное напряжение, от которого у Найрин чесалось между лопаток. Возможно, все было из-за косых взглядов, возможно по иной причине, она не знала.

— Почему никто из них не смотрит прямо на нас, а косится? — едва слышно спросила она, нагнувшись к самому уху Лиары. — У них такой вид, словно они замыслили недоброе.

— Здесь непринято смотреть в лицо, — тихо пояснила та. — И странникам не доверяют, потому что они могут запросто что-нибудь украсть. — Вздохнув, она добавила: — Я говорила, что это не самое уютное место на свете, но мне все равно жаль, что все так.

— Ничего, Лиара, ты ведь в этом не виновата, — пожала плечами Найрин.

Она оглянулась. Несколько мужчин на противоположной стороне улицы поспешно отвернулись, утыкаясь взглядами в землю и спеша по каким-то своим делам. Две женщины перешептывались у угла одного из зданий, и когда Найрин взглянула на них, резко замолчали. Единственным, кто в упор рассматривал их с Лиарой, был хмурый парень с такими же широкими плечами, как у вельда Бьерна, который будто невзначай вывернул из-за угла высокого здания, куда ушла Рада, и теперь стоял, привалившись спиной к стене. Он жевал что-то, чавкая и гоняя это что-то языком из одного угла рта в другой, и когда Найрин посмотрела в его сторону, сплюнул в снег и будто невзначай положил руку на рукоять привязанной к поясу дубинки.

Неосознанно Найрин развернула плечи. В рукавах были запрятаны ножи, ведь она была не только Боевой Целительницей, но еще и Ночным Лезвием. Если этот парень попробует нарваться на драку, она скрутит его в несколько мгновений, даже не прибегая к помощи энергии Источников. Хорошим бойцом он не выглядел, просто грудой мышц, привыкших к тому, что все его боятся.

— Расслабься, Найрин, — тихонько прошептала Лиара, подступая к ней поближе. — Никто из них не подойдет к нам, если мы сами не привлечем к себе внимания. Нам просто нужно дождаться Раду.

В этот момент дверь здания, возле которого они стояли, распахнулась, и по ступеням, хмурясь, сбежала Рада. Под мышкой у нее был запрятан небольшой рулон пергамента.

— Пошли, — буркнула она, кивнув им головой на дорогу.

Найрин не стала спорить, только обернулась через плечо, когда они двинулись на восток. Парень с дубинкой отлепился от стены и теперь смотрел им вслед, продолжая что-то жевать. Больше никто на путниц не смотрел.

— Мы в Андозабаре, — тихо-тихо проговорила Рада, осторожно оглядываясь по сторонам из-под длинных ресниц. — Эта деревенька называется Гион, и она к северо-востоку от столицы. Содержатель гостиницы продал мне карты, так что мы сможем посмотреть, как нам идти дальше, прикинуть, сколько это займет времени.

— Все в порядке? — с тревогой взглянула на нее Лиара. — Ты какая-то хмурая.

— Еще бы мне не быть хмурой! — проворчала Рада. — Он уставился на меня так, словно Псаря увидел перед собой. Я понимаю, эльфы в такую глухомань редко заезжают, но все же. Вот только торговаться совсем не дурак, кем бы я ни была. Так что денег у нас почти не осталось.

— Деньги — это чтобы покупать еду? — спросила Найрин. Она слышала от вельдов, что в мире за пределами Данарских гор люди обменивают товары на маленькие кусочки золота и других металлов, и это называлось — деньги.

— Да, — недовольно кивнула Рада в ответ.

— У меня есть самоцветы, — Найрин не была уверена в том, подойдет ли это в качестве замены деньгам, но все-таки вытащила из кармана несколько камешков, которые специально прихватила с собой, чтобы выменять на что-нибудь необычное для Торн. — Это подойдет?

Рада воззрилась на ее ладонь, и лицо у нее вытянулось, а Лиара рядом тихонько охнула.

— Ты спрашиваешь, подойдет ли рубин с аметистом? Не то слово, зрячая! — хмыкнула она. — Правда, в маленькой деревне их никто у тебя не купит, потому что просто золота столько нет, чтобы расплатиться, но в городе мы сможем обменять их на весьма кругленькую сумму.

— Это много стоит? — Найрин с сомнением взглянула на камни.

У себя дома она смогла бы справить на них комплект одежды, может быть, новые ножны для меча, но вряд ли что-то большее. Камешки добывали в горах все кланы, и они не слишком-то дорого стоили, но использовались для обмена на ярмарках. Эти остались у Найрин еще со времен победы в Великой Войне, когда Лэйк щедро одарила всех Каэрос, вскрыв запасы царицы Ларты.

— Очень много, — серьезно кивнула Рада. — В этих краях драгоценные камни могут позволить себе только очень богатые и знатные люди. Простой народ довольствуется медяками, в редких случаях — серебром и золотом. А чаще всего стекляшками всякими.

— Вот как, — Найрин опустила камушки обратно в карман, все дивясь на этот край. И что же ей тогда покупать для Торн, раз самоцветы так дорого стоят? Много тащить смысла не имеет, на своем ведь горбу нести, но, значит, можно будет не слишком экономить. Торн ничего и не надо было, она ничего не просила, но Найрин просто хотелось сделать ей приятное.

Они вышли за границу становища и еще некоторое время шли по утоптанной в лед дороге на северо-восток. Только дойдя до небольшой рощицы впереди, Рада остановилась под сводами первых деревьев и раскатала прямо на дороге намалеванные на толстом пергаменте карты. Выполнены они были довольно плохо, подписаны непонятными значками, имеющими что-то общее с письменностью анай, но все равно другими. К тому же, карты выглядели так, словно их хранили в хлеву, используя, как подстилку для скотины. Но палец Рады уперся в какую-то точку в самом низу карты и прочертил линию по диагонали до другой точки побольше на северо-востоке.