Чтение онлайн

В 1677 году около трех сотен яицких казаков спустились из Яицкого городка и напали на Гурьевский городок. Захватив его, они разграбили склады и с добычей направились на остров Камынин в устье Яика. Сообщение о погроме тут же было отправлено в Астрахань, однако у воеводы было слишком мало стрельцов, чтобы гоняться за довольно большим отрядом «воров». Пришлось отправлять гонца за помощью в Казань и Нижний Новгород. В результате удалось собрать отряд под командованием стрелецкого головы Никиты Мамонина из 610 стрельцов при двух медных и восьми чугунных пушках. Ему поставили задачу — выяснить намерения яицких казаков.

Пока царские воеводы собирали силы, казаки на Камынином острове строили морские струги. Пробыв месяц в лагере на берегу моря и сделав шесть морских стругов, они вышли на промысел. Но не успели они отойти от острова, как перед ними появились пятнадцать стругов Мамонина. Силы были неравны, но предводитель казаков Василий Касимов решил пробиваться. Стрельцы издалека открыли артиллерийский огонь по казакам, казаки отвечали тем же, используя орудия, захваченные в Гурьеве. С большим трудом и немалыми потерями казаки все же пробились сквозь ряды царских стругов и ушли в море. Чтобы залечить раны и заделать пробоины в стругах, они решили остановиться на Песчаном острове. Залатав кое-как пробоины и раны, они двинулись дальше к туркменским берегам. Однако здесь их ждала новая неудача. Пристав к Караганской пристани, они назвались купцами, но были быстро разоблачены. Слишком подозрительно они выглядели в сравнении с обычными русскими купцами. Туркмены решили устроить засаду. Когда торг был в самом разгаре, они напали на яицких казаков. Этого они не ожидали и, тем не менее, смело вступили в схватку с наседавшими туркменами. С трудом отбившись от них, казаки спешно погрузились на струги и вышли в море. Положение дел было отчаянное. Возвратиться казаки не могли и не только потому, что их караулили царские струги, но и потому, что вернуться без добычи значило опозорить себя. В результате решили идти еще дальше к персидским берегам. В пяти верстах от города Казлагичи казаки остановились на знакомом острове Сары. В свое время здесь уже стоял Разик. Однако прежде чем казаки совершили свой первый набег, местные жители уже известили все побережье о появлении разбойников. К их нападению уже были готовы, когда первый отряд Касимова напал на Казлагичи. Пришлось снова спешно возвращаться на струги и уходить в море.

Пока казаки думали, что делать дальше, слух об их подвигах уже достиг Астрахани. Воевода Петр Михайлович Салтыков немедленно отправил в море стрелецкого голову Ивана Короткого с четырьмя сотнями стрельцов. Ему было предписано отправиться к Гурьеву и выведать у местных властей сведения о «воровских казаках». Уже 1 октября Короткий прибыл в Гурьев, но, естественно, так ничего и не узнал. Здесь знали только о том, что обратно казаки не возвращались, а значит, они продолжали разбой где-то в море. Тогда стрелецкий голова решил осмотреть те места, где могли найти себе пристанище разбойники. На острове Камынин и Песчаном острове стрельцы нашли лишь остатки лагеря, но ни одного человека Дальше на юг стрельцам двигаться не хотелось, поэтому они направили в Астрахань запрос о дальнейших действиях. Однако воевода строго приказал своим подчиненным быть в море до 1 ноября. В результате, когда 2 ноября отряд Короткого прибыл в Астрахань, стало известно, что казаки по-прежнему ходят по персидскому побережью и живут на острове Сары. Поскольку было вполне очевидно, что ждать их возвращения бесполезно, было принято решение зимовать и ждать их весной.

Между тем сами казаки постоянно передвигались. Изредка они грабили встречавшиеся купеческие суда, но большого толка от них не было. Удача окончательно отвернулась от них. Во время сильного волнения у берегов Баку перевернуло два струга и 30 человек попали в плен. Чтобы спасти свои жизни, они были вынуждены принять ислам. Остальные устроили себе на острове Чирей небольшую крепость с тремя пушками и стали готовиться к зимовке. Их положение было крайне сложным. Припасов было немного. Половина из тех, кто вышел в поход, была убита или взята в плен. Вернуться обратно на Яик они не могли. На совете казаки приняли решение ждать весны, а затем пробиваться через Терек на Дон. Однако у царских властей были иные задумки. 31 марта 1678 года, как только на Волге стаял лед, из Астрахани на поиски воров отправился отряд головы Игнатия Сумарокова, состоявший из 900 человек на 21 струге. Ему было предписано осмотреть все острова, где казаки могут зимовать. Поскольку долгое время от Сумарокова не было известий, на его поиски был отправлен Короткий, который должен был узнать о результатах поиска. Однако ни Сумароков, ни Короткий так и не обнаружили казачий отряд и ни с чем вернулись в Астрахань. К сожалению, дальнейшая судьба казаков не известна Возможно, им удалось пробиться на Дон, но более вероятно, что они были перебиты персидскими или царскими служилыми людьми и бесславно закончили свою одиссею.

Неудачи яицких казаков, впрочем, не означали искоренение преступности. Караваны по-прежнему продолжали грабить «лихие люди». Так в 1697 году на Каспии по указу царя полковником Бушевым и атаманом Киреевым был пойман известный разбойник донской казак Костюк со своей артелью. Он поставил себе небольшой городок близ Сулака на реке Прорве. Все пойманные разбойники были доставлены в Астрахань и публично казнены.

Таким образом, XVII век на Волге и Каспии также стал «золотой эпохой» деятельности казаков. Однако в отличие от событий на Черном и Азовском морях, здесь им пришлось столкнуться не столько с мусульманской экспансией, сколько с попытками русских властей прекратить деятельность «воровских казаков». Последовательно развивая торговые отношения с Персией, царское правительство не могло допустить вмешательства в этот процесс со стороны голытьбы с Дона. Запреты, увещевания и даже наказания не могли остановить социальные низы, стремившиеся к «воле», которая трактовалась как право грабить всех без разбору для «справедливого» перераспределения богатств. Пиком такой деятельности стали походы под предводительством Степана Разина, который собрал под свои знамена значительные силы не только казаков и крестьянства. Его Персидский поход был пиком деятельности «воровских казаков» на Каспии. Смелость действий, размах, тактический талант в морских сражениях заставляют воспринимать этого человека как неординарную личность своего времени, несмотря на криминальные наклонности самого атамана и его подчиненных.

К сожалению, грабежи и убийства русских купцов и служилых людей на Волге и Каспии вряд ли можно оправдать даже теми справедливыми устремлениями, которыми руководствовались многие участники его восстания. Разинское восстание, в восприятии значительной части русского общества, долгое время будет рассматриваться как стремление к свободе, а не как проявление разбойного разгула, что, конечно, неверно.

После присоединения Украины к России цари и императоры стремились к ликвидации своеволия запорожцев. Стремление подчинить казачество воле центральных властей вызвало ответную негативную реакцию. Эти вольные люди не привыкли жить по указаниям царя и зачастую ради «воли» были готовы даже на предательство. Когда на Украине появились шведские войска Карла XII, гетман Мазепа вышел из подчинения России и с группой сторонников присоединился к шведам. Признавая власть Мазепы, Карл XII даровал ему знаки власти: бунчук, булаву и прочее. Однако большая часть населения Левобережья не поддержала своего гетмана, а после поражения при Полтаве позиции Мазепы стали еще более шаткими. Спасая себя, он, с группой сторонников, перешел границу с Османской империей и обосновался в Бендерах.

Поскольку измена гетмана воспринималась в Петербурге как измена всего запорожского казачества, Петр I решил разгромить Запорожскую Сечь. Выполняя его приказ, русские войска до основания разрушили все ее укрепления, взяв в качестве трофеев более 100 орудий. Несколько тысяч наиболее непримиримых казаков ушли от преследования и двинулись в Крым на службу хану, с которым еще не так давно воевали. Им была выделена земля по реке Каменке, а затем на крымской стороне Днепра. Таким образом, в результате предательства Мазепы значительная часть запорожцев оказалась в весьма сложном положении, в окружении враждебно настроенного мусульманского населения.

Петр Великий не слишком сожалел об этой измене и с легкостью признал в Константинопольском трактате 1712 года переход запорожцев под власть Порты. Оторванные от своих обычных занятий, запорожцы влачили жалкое существование. Часть занялась обслуживанием перевозов на Днепре и Буге, часть — солеварением и рыбной ловлей. Но при этом им было запрещено торговать в Очакове и портах Крыма, что создавало большие проблемы и ставило в зависимость от перекупщиков. Однако существование в отрыве от единоверцев оказалось самой сложной проблемой. Более того, крымский хан продал 1500 запорожцев на турецкие галеры, обескровив войско и лишив его самых боеспособных воинов.

Крымские власти всерьез опасались усиления запорожцев, поэтому одним из условий их пребывания в крымских и турецких владениях был запрет на возведения каких-либо укреплений и содержание артиллерии. Кроме того, им запрещено было ездить к казакам, оставшимся в России. Для этого вокруг поселений постоянно находились татарские разъезды, зорко следившие за соблюдением этих условий. Виновного в их нарушении ждала быстрая смерть. Тем не менее казаки умудрялись обходить строгие ханские запреты. Так, однажды рыбаки обнаружили в осыпи на днепровском берегу небольшую пушку. Об этом немедленно было сообщено кошевому атаману. Осмотрев место находки, казаки выкопали из песка еще пятьдесят орудий. Чтобы они не достались татарам, кошевой приказал спрятать их в зимовнике, ожидая «лучших времен».

В 1733 году вновь осложнились отношения Польши и Турции с Россией. Поляки запросили у Турции подкреплений из числа запорожцев и крымских татар. Возникла реальная опасность вовлечения Порты в новую войну. Крымский хан, как главный союзник султана, обещал ему выделить сильное подкрепление. Однако участвовать в войне против России казаки отказались. Посовещавшись, казаки отправили к императрице Анне Иоанновне прошение о принятии их обратно в русское подданство. Это прошение было удовлетворено, и к казакам был отправлен офицер для приведения к присяге, а вместе с ним дар — несколько тысяч рублей серебром. В результате, когда к запорожцам явился турецкий посол с янычарами, то он был встречен отнюдь не праздничным салютом, а артиллерийскими залпами и вынужден вернуться обратно ни с чем. Узнав об этом, султан приказал изловить всех казаков, находившихся в пределах его владений, и отправить их на каторжные работы. Запорожцы также не остались в долгу, перебив всех находившихся в своих поселениях турок и татар, после чего перешли границу и соединились с русской армией.