Чтение онлайн

Я скинула с ног одеяло, прислушалась к звукам внутри квартиры и по шуму воды поняла, что Максим сейчас в душе.

Подойдя к своему рюкзаку, в который я накидала минимум вещей, я вынули из него джинсы и голубую кофту. Ту самую, которую для меня связала мама.

К горлу подступил ком, но вместе с ним на губах появилась и улыбка. Прижав кофту к груди, я подняла взгляд на потолок и мысленно поблагодарила маму за подарок, который она успела для меня сделать.

Я аккуратно положила кофту поверх одеяла на постели, разгладила мягкую ткань и попыталась унять слёзы. Сняв пижаму, я надела джинсы, носки, тонкий топ и поверх кофту небесно-голубого цвета, которая пахла мамой. Её теплом, заботой и любовью. Будто она обняла меня, мягко и невесомо.

Я увидела себя в отражении зеркала на шкафу и мне понравилось то, что я увидела. Голубой цвет будто оживил меня. Глаза хоть и были сейчас на мокром месте, но вместе с тем в них читалась некая решительность, которую я на время потеряла.

Заправив постель, я вышла из комнаты. Максим всё ещё был в душе, поэтому я сразу пошла на кухню, чтобы приготовить нам завтрак.

Я обещала Максиму сырники. Даже тесто специально вчера вечером приготовила, чтобы утром с ним не возиться.

Поставив сковороду на плиту, я налила в неё масло и включила газ. Достала из холодильника миску с тестом и начала формировать сырники, не забыв перед этим собрать волосы на макушке.

Пока формировала сырники, окинула взглядом кухню и поняла, что банка с кофе пуста. Варить нечего. Придется пить чай из пакетиков.

Мысленно поставила себе галочку на то, чтобы купить после универа кофе. И сообщить ему о том, что я окончательно вернусь домой. Всё-таки, я пообещала себе и маме, что вернусь в норму, а это значит, что и домой.

Я разложила в сковороде первую партию сырников, приготовила блюда, на которое выложу их, и начала лепить вторую партию. В ванной затихла вода, через несколько секунд Максим вышел из душа я по шагам я поняла, что он направлялся в кухню. Наверное, на запах сырников, который уже начал себя проявлять.

Я постаралась выглядеть чуть веселее, чем я есть. Даже спину выпрямила, чтобы казаться выше и бодрее. Мол, я в норме!

Повернув голову на звук мужского бормотания, в котором угадывалась какая-то старая песня, я тут же забыла о том, что планировала транслировать. Не думая, я бросила кусок теста, который не успел стать в моих руках сырником, в татуированное тело. В голое татуированное тело, голова которого была скрыта полотенцем.

Я видела Максима без футболки. И на его торсе нет ни одной татуировки. У этого же человека из-за татуировок не было чистого участка кожи на торсе.

– Эй! – рявкнул тип в полотенце, а я не, позволяя ему опомниться, схватила деревянную лопаточку и приготовилась драться. Но когда тип убрал с головы полотенце, я сразу узнала в нём Лёшу, младшего брата Максима. Он тоже растерялся ничуть не меньше меня, спешно накрывая причинное место полотенцем. – Ты чё тут? – спросил он испуганно и с опаской глянул на лопаточку, зажатую в моём кулаке.

– Сырники… готовлю, - выронила я, чувствуя бешенное сердцебиение в груди. Для убедительности перевернула лопаточкой сырники, а не его печень, как планировала.

– Ну… молодец, - выронил парень, неуклюже переминаясь с ноги на ногу. – А бросаешься-то ими зачем?

– Жонглировала. Неудачно.

Кажется, я забыла, как моргать. Руки до сих потряхивало после пережитого стресса.

Пока мы с Лёшей шокировано смотрели друг на друга, в прихожей щелкнул замок. Через несколько секунд я услышала приближающиеся шаги и голос Максима, в котором явно читалась улыбка:

– Ты уже проснулась, Маш? А я за ко-фе… Какого хрена, Лёха?! – рявкнул Максим, очевидно, не ожидав встретить вместо моего лица голую задницу брата.

Глава 27.1

– Твою мать! – Лёша торопливо обвернул полотенцем бёдра. Мне пришлось отвернуться, чтобы ненароком ничего нового не увидеть. – Предупреждать надо, что ты с тёлкой.

– Рот закрой, - строго рыкнул на младшего брата Максим и, обойдя меня, поставил упаковку с кофе на стол. Коснулся моего плеча и обеспокоено заглянул в глаза. – Ты как, Маш?

– Надеюсь, мне не будет это сниться в кошмарах, - ответила я тихо.

– Эй! – возмущенно пробасил Лёша где-то позади. – Я нормально выгляжу.

– Спорное утверждение, - фыркнула я и сосредоточилась на плите, чтобы снять первую партию сырников. – Завтракать все будут? Маугли, голодный? – спросила я, глянув на парня в татуировках.

– Голодный, - передразнил он меня.

– Иди за мной, полудурок, - Максим достаточно увесисто толкнул брата в плечо, чтобы развернуть и вывести из кухни. – Ты какого хрена без предупреждения сюда припёрся?

– Я всегда без предупреждения, вообще-то, - бубнил Лёша, уходя дальше. – Это ты должен предупреждать, что начал тёлок в квартиру приводить.

– Ещё раз назовёшь её тёлкой, я тебя тряхну так, что татухи отваляться.

– Как нам страшно! – фальшиво протянул Лёша. – Дай трусы надеть, а-то опять твоя и ножом, походу, метнуть может. А я жрать хочу. Вкусно пахнет.

– Полностью оденься, нудист гребаный, - было забавно слышать, что Максим с младшим братом общался, как отец с сыном. Наверное, взяв на себя опеку над тогда ещё двенадцатилетним Лёшей и девятилетней сестрой, Максим неосознанно из роли брата перешёл в роль отца для них. За спиной послышались шаги, пока я закладывала в сковороду новую порцию сырников. – Маш, прости, что не предупредил. Лёха иногда заезжает без звонка. Видимо, мы с ним разминулись, когда я за кофе ушёл.

– Да, ничего страшного, - улыбнулась я мужчине. – Но ему бы колокольчик, что ли. Как раз шея, как у быка.

– Это, типа, месть за тёлку? – раздался голос Лёши откуда-то из глубин квартиры.

– Смотри-ка, догадливый, - фыркнул Максим и принялся за кофеварку. – Тебе, Маш, сварить кофе?

– Можно. Спасибо.

Мы с Максимом готовили завтрак. Пока я формировала и жарила сырники, Максим сварил всем нам кофе, открыл баночку сметаны и такую же маленькую баночку вишневого джема. Всё аккуратно расставил на столе, положи вилки и позвал брата:

– Провинившийся, иди завтракать.

– Чё, прям можно? – показалась голова Лёши уже в дверном проёме кухни.

– Ну, если ты сырым сырником наелся, то жареные можешь не есть, - сыронизировала я, раскладывая в сковороде последние сырники.

– Ага, конечно. Тут так пахнет, что у меня желудок стонет. Я с вами пожру, - Лёша первым сел за стол. Максим помог мне закончить с сырниками, дождался, когда сяду я, и только потом сел сам.

Лёша уже наминал завтрак за обе щеки, Максим, в принципе, от него не сильно отставал. Я решила ограничиться парой сырников, чтобы мужчины смогли наесться тем, что было.