За урожай
Шрифт:
А н ю т а. Влагу?.. Двадцатое апреля, земля сохнет, пылища, а он — комсомолец— влагу закрывает?! (Иронически.) Рекорд! Так вот почему ты в пыли... Такую пылищу поднял — солнышко закрыл. А когда сеять ваша артель начнет?
В а с я. Опять! Анюта не будем спорить. Ты же знаешь: по этому пункту между нами принципиальные разногласия.
А н ю т а. Принципиальные! Так, пожалуй, каждый лодырь может сказать, что у него со стахановцами принципиальные разногласия... (Ласково). Вася! Ведь обидно: ты комсомолец, мой жених и вдруг...
В а с я. Хочешь, я объясню подробно?
А н ю т а (запальчиво). Не надо. Знаю, чему учит вас «поперешный» полевод и этот ваш Валерьянович. Они хотят сеять в мае, а вы, комсомольцы, уши развесили, зеваете, влагу пылью закрываете. Нет, честное слово, Вася, это не по-комсомольски.
В а с я (сухо). Ну, знаете, товарищ Анюта, мои чувства вам давно известны, но садиться себе на шею я не позволю... принципиально!
А н ю т а. А я? Почему я должна позволять своему будущему... жениху... плестись в хвосте и... купаться в пыли... в такой решающий момент... Ни в коем случае! Это... это, наконец, смешно!
В а с я (вне себя). В таком случае, в таком случае... я ухожу.
А н ю т а (чуть не плача). А я не заплачу. (Вытирая глаза, черпает порывисто воду ведром и, всхлипнув, убегает влево.)
В а с я. Анюта! (Зачерпнув воды ведром бежит вправо и приостанавливается, хватаясь обоими руками за голову). Э-э-х! Опять поссорились... И до чего же мне не везет в любви... в решающий момент! (Махнув рукой, убегает).
Справа выходят, медленно осматривая поле, Поперечный и Бережнов.
П о п е р е ч н ы й (сдвигая шапку на лоб, чешет в затылке). Неужто выгадал Андрей Иванович? (Бережнов молчит. Качая скептически головой, он нагибается и выкапывает с корнем один стебелек.) Чудеса в решете!.. Вчера утром заходил — все померзло, а сейчас! Оживают!
Б е р е ж н о в. Ничего не понимаю... Вчера ночью было десять градусов холода! (Возмущаясь.) Весенние морозы смертельны для всходов — это доказано.
П о п е р е ч н ы й. Никодим Валерьянович, а все-таки, может быть, и нам... того, этого... Начать сев... А то как бы не того...
Б е р е ж н о в (нервничает, бросает стебелек). Ерунда! Заморозки должны повториться по прогнозу. Сев начнем по графику. (Резко.) Ефим Карпыч! Крепче нервы! Тверже характер! Продолжайте закрывать влагу!
П о п е р е ч н ы й. Никодим Валерьянович! Я хоть и не учен, а характер у меня... твердый. Но только как бы она, влага-то... не улетучилась... Пылит! (Показывает на большое облако пыли справа, откуда слышен гул трактора).
Б е р е ж н о в (испуганно). Что это?
П о п е р е ч н ы й (печально). Вася влагу... закрывает.
Б е р е ж н о в (с досадой, отворачиваясь). Ерунда! Всходы все равно повреждены морозом... Они будут расти плохо и погибнут при первой жаре или повторном заморозке... Это явление называется в науке патологическим анабиозом.
Слева быстро идет веселый Переверзев, напевая песню без слов. Он слышит последние слова Бережнова.
П е р е в е р з е в (молча здороваясь). Колдуете, товарищи? Вас бы с нашим дедом Силантием свести, и было бы три сапога... и не пара и не две — одному много, а двоим нехватит. (Поперечному) Советую, Ефим Карпыч, как полевод полеводу, одумайся, пока не все потеряно. Я, конечно, уважаю Никодима Валерьяновича, но... факты, факты и факты! (Показывая на поле, радостно.) Они ожили. Они будут расти еще лучше. А мы им поможем. (Кричит, соединив ладони рупором.) Эй, эй, Авдотья... Дуня! (Голос издалека: что, Андрюша.) С правого края подкормку начинайте. (Поперечному и Бережнову). Подкормочку дадим и... сто пятьдесят пудиков на круг, как минимум, возьмем. Факт! Все ведь вкрест посеяно, по двести килограммов на га, отборными, обогретыми, наполовину закаленными семенами. Перегною по 10 тонн на га дали, гранулята по центнеру, снегу по метру было... Народ поднялся...
Б е р е ж н о в. Ерунда! Ничего не поможет. Было бы вам известно: на зональном совещании научных сотрудников в Омске ранние апрельские сроки отвергнуты. Бесплодный риск! Ни посев вкрест, ни увеличение нормы высева, ни удобрения, ни метровый слой снега, который вы накопили за зиму, — ничего не поможет, если всходы подморожены и ослаблены, запомните это, ослаблены морозом.
П о п е р е ч н ы й (решительно). И через неделю, помяни мое слово, Андрей, они начнут выпадать, изреживаться... Точно! Верхушки побелели (вытаскивает с корнем один стебелек и показывает Переверзеву) да и корешки тронуты... Вы проиграли!
П е р е в е р з е в. А я думаю, наоборот.
Б е р е ж н о в и П о п е р е ч н ы й (в один голос). То есть как?
П е р е в е р з е в (спокойно). Мы выигрываем, а вы... уже проиграли часть урожая.
П о п е р е ч н ы й (раздражаясь). Я двенадцать лет полеводом в колхозе, Андрей Иванович, и не хуже тебя знаю: здесь дождей в мае не бывает. Надо под июньские и июльские дожди всходы к кущению подводить, а пшеницу сеять в мае... На этом поле я сеять начну через неделю и получу хороший урожай... Давай на пари! (Протягивает руку.)
П е р е в е р з е в. Ну и подведешь всходы не под кущение, а под осенние морозы. (Отстраняя руку Поперечного.) Пари я держать не буду!
П о п е р е ч н ы й (насмешливо). Боишься? (Бережнову.) Что я говорил?
П е р е в е р з е в (твердо). Пари я держать не буду. У нас с тобой, Ефим, есть другой способ проверки — мы соревнуемся. И колхозники нашей артели «Заветы Ленина» вызвали, как тебе известно, колхоз «Путь крестьянина» на социалистическое соревнование за выращивание ста пятидесяти пудов зерна с гектара на круг... А вы, между прочим, еще не ответили на этот вызов. Почему?
П о п е р е ч н ы й. Как? Обязательства нами приняты, за исключением одного... точно! Снегозадержание, удобрения, ремонт, очистка семян, обогрев, посев вкрест, закрытие влаги — все подписали... А урожай? Знаешь, Андрей, между нами говоря, тут вы загнули. Что значит сто пятьдесят пудов? Для вас это увеличение сбора зерна на двадцать пудов с гектара, а для нас... на сорок пудов... ну, сам посуди!
Б е р е ж н о в. (Переверзеву) Вы и себя и других загоните в тупик... Вы себе иллюзии создаете!
П е р е в е р з е в. А вы сами себе тупики готовите... В прошлом году сев затянули до июня, навоз не складировали, снег только для сводки задерживали. А перегной? Наша проверочная бригада позавчера убедилась, как вы выполняете свои обязательства. (Подходит Громов.) Вот парторг мне не даст соврать, скажет, как вы перегной используете.
Г р о м о в. Какое там используют... На сухом болоте, около фермы мы с Авдотьей Егоровной обнаружили богатейшие залежи. Его там копили лет пятнадцать — на два двухсотпудовых урожая хватит. Там каждый год такие могучие бурьяны растут, что силоса на обе наши артели можно было вдоволь заложить... Да что говорить. Не дело! А, главное, признать не хотите... Сегодня обещал заехать секретарь райкома товарищ Селезнев, ему скажите... так соревноваться нельзя!