Чтение онлайн

Виктор сидел с застывшим лицом напротив Кулешова и не знал, что сказать.

— Наверное, нет… Добавить нечего, да и стоит ли? — вслух размышлял Набутов.

Следователь внимательно посмотрел на него:

— Виктор Владимирович, это все, конечно, между нами. Но как я понимаю, вы раньше никогда не привлекались, не состояли… Далее по списку вы знаете. — Он замолчал, ожидая ответа.

Набутов кивнул, подтверждая слова следователя:

— Все верно.

Кулешов слегка улыбнулся:

— Тогда вам следует явиться ко мне и написать чистосердечное признание, что раскаиваетесь в произошедшем, что обязуетесь никогда не возвращаться к этому. Что жену никогда и пальцем не тронете.

Набутов встрепенулся от его слов:

— Конечно, такого больше не повторится. Я собираюсь развестись с Анной.

— Даже так? — Кулешов спрятал протокол в папку. — Пишите обо всем, на суде вам это зачтется. И найдите хорошего адвоката. — Посоветовал следователь. — Вскоре я вызову вас на допрос. До свидания. — Кулешов покинул дом Набутовых.

Виктор отправился в свой кабинет. Сидя в кресле, мужчина гипнотизировал взглядом бутылку виски, но пить не решался. И так в последнее время он чаще всего прибегал к этому способу ухода от проблем. Не хватало ещё превратиться в алкоголика. А ему нужно поставить на ноги Марусю, Анне он не дочь не отдаст. Жена никогда не интересовалась делами Маруси, но может побороться за опеку, только бы отсудить у него как можно больше средств на содержание себя и дочери. Знает же, что Виктор сделает все, чтобы дочь ни в чем не нуждалась! Вот где был его ум раньше? Почему не подсказал, что связавшись с Анной, он потеряет все, что у него было? Тяжело вздохнув, Виктор ударил кулаком по столу, ругаясь сквозь зубы. Чего теперь рвать волосы да кусать локти, все уже давно сделано. Он разводится второй раз, неизвестно, что его ожидает впереди… Без компании, без хорошей работы, под следствием и впереди туманная перспектива на будущее.

После ужина, к Ангелине подошла медсестра:

— Спуститесь, пожалуйста, вместе со мной в реанимацию.

— Что-то случилось? — забеспокоилась девушка с расстройства, не попадая ногами в тапочки, стоявшие у кровати.

— Доктор разрешил вам посетить Спиридонова. — Отозвалась медсестра и вышла из палаты.

Ангелина спустила пешком по лестнице, у отделения её встретил лечащий врач Егора:

— Только недолго, — настойчиво говорил мужчина. — Егор Васильевич очень хотел увидеться с вами. Не расстраивайте его.

— Спасибо, не буду. — Поблагодарила его Геля за эту возможность и прошла за доктором в палату.

Егора она увидела на кровати у окна. Он был бледным, грудь перебинтована, лицо в синяках, рядом какие-то пищащие аппараты, дыхание тяжелое. Ангелина села рядом на стул и прикоснулась пальцами к руке мужчины:

— Здравствуй, Егор. Как ты себя чувствуешь?

Губы Спиридонова дрогнули, глаза заблестели:

— Здравствуй, радость… Как видишь, решил отдохнуть немного… — Медленно говорил молодой человек.

Ангелина тихо сказала:

— Ты шутишь, значит, выздоравливаешь. — Девушка поглаживала руку Егора. — Прости, что так все вышло. — Пыталась извиниться девушка. Что тут можно сказать? Как просить прощения? Чувство вины давит на Гелю, не давая ей жить спокойно. Ведь это она должна была пострадать, а не Егор. Он лишь случайная жертва!

— Да ты что! — возразил Егор, поворачивая свою руку ладонью вверх, чтобы сплести пальцы с рукой Гели. — Я рад, что оказался там и помешал этому подонку.

Ангелина поправила одеяло, укрывая Егора:

— Не надо мне было возвращаться, — призналась Соболевская, — всем только хуже стало.

— Не говори так! — нахмурился Егор. — Знаешь, как я обрадовался тебе?

Ангелина криво улыбнулась:

— Знаю, но что это меняет? Ты же сам понимаешь, что все уже не так, как было раньше. — Девушка отвела взгляд от мужчины. — У каждого своя жизнь. У меня муж, у тебя невеста.

— Невеста? — удивленно протянул Егор, крепче сжимая пальцы Гели и пытаясь поймать взгляд девушки. — Какая невеста, о чём ты?

Соболевская ругала себя, зачем она сейчас завела этот разговор. Он совершенно неуместен и не нужен им обоим.

— Катя, — пояснила Геля. — Я встретила её здесь в больнице. И она сказала, что вы собираетесь пожениться.

— Какая чушь! — возмутился Спиридонов. — Не знаю, что там себе придумала Катя, но я никогда не собирался жениться на ней.

— Это неважно, — Геля решила сменить тему.

— Важно! — Егор поманил девушку указательным пальцем левой руки. Геля наклонилась, и мужчина четко проговорил ей: — Я любил и люблю только тебя, Ангел. И лишь тебя видел своей женой. С Котовой меня ничего не связывает, это все фантазии Катерины. Слышишь?

Уловив волнение в голосе Егора, Геля поспешила успокоить его:

— Слышу. Успокойся, пожалуйста, мы сейчас зря говорим об этом.

— Не зря! — Егор вцепился в руку девушки. — Я бы хотел, чтобы мы с тобой поговорили обо всем, решили все вопросы, расставили точки. Геля, разве ты не видишь, что наша история ещё не закончена?

— Егор, — Геля отодвинулась от мужчины, — давай сейчас не будем об этом. Тебе стоит подумать о себе, а не обо мне. Сосредоточься на выздоровлении.

Спиридонов с досадой прошептал:

— Я уже устал думать. С тех пор, как ты вернулась, я ни одной ночи нормально не спал. Мысли о тебе не покидают меня.

— И я тебе говорю об этом! — девушка освободила свою руку. — Сейчас важно твое выздоровление.

— А мне уже лучше! — возразил Егор. — Разве не видно?

— Нет, — качнула головой Геля. Егор выглядел бледным, с темными кругами под глазами, сухими губами, плюс эти бинты ещё на груди… Сердце девушки сжималось от жалости к нему. — Может, ты что-нибудь хочешь?

— Хочу, — загорелись глаза Егора, — чтобы ты всегда была рядом.

— Я не об этом, — Ангелина не знала, как отвлечь Егора от навязчивой идеи вернуть её. — Может, тебе подать что-то нужно? Попить, например?

— Мне ещё нельзя, — грустно улыбнулся Спиридонов. — Видишь, стоит кружка с водой? — молодой человек указал рукой на тумбочку. — Вот таким способом утоляю жажду.

Ангелина потянулась к кружке, отжала бинт и обтёрла губы Егора.

— Так?

— Да, спасибо. — Спиридонов серьёзно смотрел на девушку. Его взгляд, казалось, проникал в душу. Словно во Вселенной они остались только вдвоем. Он и Она. И никого больше вокруг не существует. Только их чувства, живущие глубоко в душах. Только эти безумно родные глаза, любимые когда-то губы, руки, голос…