За все надо платить
Шрифт:
— Добрый вечер! Не так давно я занял пост генерального директора «Дальстроя». Вы не знаете меня, а я всех вас, но, думаю, что со временем мы можем исправить это. Главное, что мы хотим одного и того же — улучшения дел в компании и полагаю, что все настроены на сотрудничество.
В зале раздался одобрительный гул. Кольцов довольно улыбнулся:
— Если мы объединим усилия, то наша компания, — при этих словах закашлялся возмущённый Набутов, — станет лучшей в регионе. Выпьем за это. — Игорь Михайлович обвел лица сотрудников взглядом, отмечая положительную реакцию на свои слова, и выпил вино из бокала.
Ангелина наклонилась к мужу и прошептала:
— Кажется, мы с тобой не ошиблись, выбрав Кольцова из всех кандидатов.
Молодой человек машинально кивнул, сжав руку жены. Диме было неловко в этом зале. Хотелось забрать Гелю домой и провести вечер вдвоём. У них и так мало свободного времени, жена постоянно занята делами компании. Даже дома она изучает какие-то документы, порой ложась далеко за полночь. И Соболевский волновался не за себя, он всё понимал, когда ехал следом за женой во Владивосток. Он беспокоился о Геле, она сильно устала. Постоянное недосыпание отражалось на лице жены, появились тёмные круги под глазами. Плюс нависшая угроза со стороны Набутовых не давала спать спокойно и ему. Хорошо хоть Корнилов находился постоянно рядом с Гелей. Но Димка всё равно волновался.
Ведущий банкета вовлекал сотрудников в конкурсы, в зале был шумно. Кольцов передвигался от одной группы людей к другой, ведя неспешные беседы. Взрывы смеха раздавались со всех сторон.
Добравшись до четы Соболевский, Кольцов опустился на стул рядом с девушкой.
— Как вам здесь, Ангелина Викторовна?
— Нравится, — односложно ответила Соболевская, не желая продолжения разговора.
— А по вам не скажешь, — усмехнулся мужчина. Игорю нравилось поддразнивать Гелю, в её глазах появлялись гневные всполохи. И это так его заводило! Эмоции Соболевской давали ему новый всплеск адреналина. Мужчина предвкушал тот момент, когда Ангелина окажется в его постели. А что этот момент наступит, Кольцов не сомневался. Разве может быть иначе?
— Вы ошибаетесь, Игорь Михайлович. Здесь уютно, кругом сотрудники, которым хорошо и весело. — Ангелина проговорила эту фразу и отвернулась к мужу. Димка обнял жену за плечи, и девушка прижалась щекой к его плечу.
Анна наблюдала за происходящим в зале, а потом негромко спросила мужа:
— Витя, ты что так и будешь сидеть в стороне? Позволишь какому-то выскочке управлять «Дальстроем»?
Набутов огрызнулся:
— А что я должен делать? Главный пакет акций у Гели, она же имеет право голоса во всех проектах и принимает решения. Я же ни на что не имею права, — с горечью сказал мужчина. Смириться с тем, что он больше не является руководителем компании, он не мог. Отдать свое детище какому-то Кольцову? Да ни за что! Ему во чтобы-то ни стало нужно вернуть себе пост генерального директора и выкупить акции у дочери. Пока об этом не стало известно Цветкову!
Ангелину отвлёк звонок мобильного, и девушка вышла в коридор:
— Да, мам?
В голосе Лианы слышалось беспокойство:
— Как ты там, дочка?
— У меня всё хорошо, мама. — Успокаивала Ангелина Лиану.
— У меня появилось нехорошее предчувствие, — поделилась с дочерью своими страхами женщина. Находясь в Хабаровске, Лиана ощущала свою беспомощность. В душе плотно поселился страх, ей казалось, что должно произойти что-то нехорошее.
— Мам, — Ангелина старалась придать голосу уверенность, — ну что может произойти? Сама подумай хорошенько, я же тут с Димкой.
— Ох, дочка, — тяжело вздохнула Лиана. — Ты зря ввязалась в это дело. Анна не оставит твои действия без внимания. Эта женщина не остановится ни перед чем!
Ангелина вздрогнула, вспомнив с какой ненавистью на неё налетела Набутова. И её угрозы вспомнила. Неужели она и, правда, способна сделать что-то плохое?
— Мама, не волнуйся, — Геля направилась прямо по коридору, в сторону небольшой ниши у окна. — Обещаю быть осторожной, зря не рисковать….
Егор выскользнул из зала следом за Ангелиной. Молодой человек хотел побыть с ней наедине, а в зале это сделать невозможно. Соболевский всегда рядом. Да и Кольцов, похоже, решился поухаживать за Ангелиной. Спиридонов нашёл девушку в конце коридора, она разговаривала по телефону.
— Ты собираешься приехать? — удивилась Соболевская. Лиана раньше не изъявляла желания вернуться в город.
— Да, Матвей закончит дела, и мы все вместе приедем, — подтвердила сказанное ранее женщина.
— Я соскучилась, — призналась Геля. Она увидит и маму, и отчима, которого успела полюбить и обожаемого брата.
— Мы тоже, — по голосу Лианы было слышно, что женщина улыбается. — В общем, береги себя, дочка. Целую. — Попрощалась Лиана с дочерью.
— И я тебя, — откликнулась девушка и убрала телефон в чехол.
Разговор с матерью оставил у неё странные впечатления. Лиана никогда попусту не волновалась, не паниковала. И если она волнуется, значит, на то есть причина. Неужели она почувствовала угрозы со стороны Набутовых?
— Вот ты где, Ангел! — обнял Егор девушку, прижимая её спиной к своей груди.
— Егор? — повернула голову Ангелина. — Отпусти меня, что ты делаешь?! — девушка пыталась сбросить руки молодого человека со своей талии.
— И не проси, я, наконец, застал тебя одну. — Спиридонов развернул к себе девушку. — Ты сегодня такая красивая, Геля. — Серьёзно сказал Егор, заставляя Соболевскую отводить глаза.
— Только сегодня? — попыталась пошутить девушка, неуютно чувствовавшая себя в объятиях Егора. Все это напоминало те времена, в которые ей не хотелось возвращаться даже мысленно. Сила рук Егора, аромат его парфюма, улыбка на губах и пристальный взгляд, пробирающий до костей, не могли не подействовать на Гелю. Чёрт, какой же он привлекательный! До сих пор его чары действуют на неё.
— Не только, — серьёзно продолжил Спиридонов. — У меня от твоей красоты всегда дух захватывало. — Молодой человек прижался своей щекой к щеке девушки. — Мне так тебя не хватало, радость.
Сказанные интимным тоном слова, плюс ласковое прозвище заставило девушку вздрогнуть. Внутри будто открыли шлюз, выпускающий чувства наружу. По коже словно пробежало миллионы мурашек, слабость в коленках покачнула девушку.
— Перестань, Егор. — Запротестовала Ангелина. — Не надо меня так называть. — Дыхание Егора щекотало ухо, волосы от него развивались.
— Не могу, — шептал Спиридонов. — Ты просишь о невозможном, радость. Быть от тебя на расстоянии, не прикасаться, не обнимать, не целовать… Это выше моих сил. — Интонация в голосе Егора изменилась. — Видеть, как Соболевский обнимает тебя, наслаждается каждой твоей улыбкой, ласковыми прикосновениями, взглядами, поцелуями… Невыносимо! — сердился молодой человек.
— Он имеет на это право! — возмущённо вскинулась Геля. — Он мой муж.
— Нет! — категорично ответил Егор. — То, что он является твоим мужем, ничего не значит. Слышишь, совершенно ни-че-го! Мы оба это знаем, Ангел. — Губы Егора кривились, произнося эти слова. — Мы любили друг друга! И я не верю, что ты могла забыть об этом, чёрт возьми! — повысил голос Спиридонов, освобождая одну руку и проводя костяшками пальцев по щеке Ангелины. — Помнишь, как нам хорошо было вместе? — искушал Егор бывшую возлюбленную, заставляя её вновь вспоминать моменты прошлого.