Чтение онлайн

К удивлению Элизабет, Юлиус сам занялся всеми приготовлениями. За исключением нескольких небольших поручений, которые он попросил ее выполнить, — таких как надписывать приглашения и отмечать тех, кто их принял, — Кросби сам проследил за всем, в том числе за выбором еды и вин.

Дэвид подошел к Лиз и взял за руку.

— Хорошо, если ты готова, то едем?

За время короткой поездки они болтали о гостях, которых пригласил Юлиус: в списке почетных гостей значились конгрессмен, знаменитый оперный певец, две кинозвезды и несколько известных деятелей, не говоря уже о трех писателях. Чем ближе они подъезжали, тем больше нервничала девушка. Это была как раз такого рода ситуация, в которой она чувствовала свою наибольшую уязвимость, и Элизабет страшилась необходимости вести беседу с людьми, с которыми не была знакома.

Почувствовав ее тревогу, Дэвид искусно сменил тему разговора:

— Лиз, как тебе работается у Кросби? — Он улыбнулся ей. — Так как ты удержалась больше четырех месяцев на этом месте, делаю вывод, что вы сработались?

— Ну, — осторожно отозвалась девушка, — здесь есть свои плюсы и минусы, но это наиболее интересная работа, которой мне приходилось заниматься. — Она помолчала какое-то время. — Вы знаете Кросби очень давно, не так ли, Дэвид?

— О Господи, да! Тысячу лет!

— Что за шрамы у него на спине? Я заметила их однажды, когда он плавал в бассейне.

Дэвид так долго хранил молчание, что Элизабет уже пожалела, что задала этот вопрос.

— Извините, Дэвид, я вовсе не собираюсь совать нос в чужие дела!

— Ну, — наконец медленно протянул адвокат, — ты знаешь, каков Юлиус, когда дело касается его прошлого! Однако всем известно, что он был в плену во Вьетнаме, так что я не выдаю никаких секретов, рассказывая об этом.

— Спасибо, Дэвид, — сказала Лиз. — Бедный Юлиус! У него наверняка изранено не только тело, но и душа!

Дэвид слегка повернулся к ней и тепло улыбнулся:

— Ты прекрасный человек, Элизабет. Ты самая большая удача Юлиуса за многие годы!

Это удивило Лиз: Дэвид обычно едва замечал ее существование, воспринимая как часть мебели, и меньше всего она ожидала, что он возьмет на себя труд анализировать ее отношения с Кросби.

— Я часто думал, — продолжал адвокат, — как же ты, наверное, скучала в те вечера, когда я приезжал к ужину. Тебе вовсе не было так уж интересно сидеть и слушать наши разговоры. Иногда я пытался вовлечь тебя в беседу, но ты знаешь, каким бывает Кросби, когда он увлечен одной из своих любимых тем!

— Но мне совсем не было скучно, — запротестовала девушка. — Я получила удовольствие, слушая вас. Я сама не очень-то разговорчива, а так как моего образования хватает лишь на то, чтобы зарабатывать на жизнь, я очень хочу и люблю учиться. Слушать ваши с Юлиусом дискуссии — это как посещать школу. — Лиз засмеялась. — Хотя не уверена, что понимала все, но я пыталась читать об этом потом.

— Это вероятно, самый лучший способ учиться, — сказал Дэвид, одобрительно кивая. — То, до чего докапываешься сам, обычно остается в памяти.

Они подъехали к отелю, и Элизабет только сейчас почувствовала, как натянуты нервы. Служащий в униформе подбежал к машине, чтобы распахнуть для них дверцы, и гости вошли в холл. Подходя к залу, снятому Кросби, они через раскрытую дверь услышали громкий звук голосов, смех, мягкие аккорды музыки и звон бокалов.

Девушка вдруг в панике остановилась и посмотрела на Дэвида, тот ответил ей вопросительным взглядом, затем с успокаивающей улыбкой крепко взял ее под руку и прижал к себе.

— Тебе не о чем беспокоиться, Элизабет, — сказал он. — Ты выглядишь прекрасно, ничуть не хуже любой женщины в этом обществе. Просто будь сама собой! — Дэвид улыбнулся. — Кросби может оказаться иногда бесчувственным, но, поверь мне, он никогда не позволит себе или друзьям поставить тебя в неловкое положение! Я знаком с большинством приглашенных и уверяю тебя, что, несмотря на свою известность, они самые обыкновенные люди. Поняла?

Лиз кивнула и сжала его руку.

— Спасибо, Дэвид. Все будет в порядке. — Казалось, что внутри находятся сотни людей и все они знакомы друг с другом, хотя по списку девушка знала, что гостей всего лишь чуть больше двадцати: дело было в том, что все оживленно разговаривали, смеялись и обменивались шутками. Отель располагался над гаванью, и из окон зала, выбранного Кросби, открывался прекрасный вид. Возле широкого окна стоял длинный стол, покрытый белоснежной льняной скатертью, и сервированный тонким фарфором, изысканным хрусталем, поблескивающим серебром. Звуки мягкой музыки проникали через раскрытые двери из соседнего танцевального зала, и все это вместе производило впечатление богатого частного дома, а не гостиницы. Облицованный резным мрамором камин придавал помещению особенный уют.

Элизабет разглядывала толпу, разыскивая Юлиуса, но в эту минуту к Дэвиду, протягивая руку, подошел мужчина и загородил собой остальных. Он был молод и привлекателен, одет в вечерний костюм, что-то в облике показалось девушке знакомым.

— Элизабет, — сказал Дэвид, поздоровавшись с ним, — разреши представить тебе Тони Фэйрчайлда, тоже писателя. Я уверен, что ты о нем слышала.

Конечно, Лиз немедленно вспомнила это имя и лицо, которое так часто видела на обложках книг, его лихо закрученные детективные истории были чрезвычайно популярны.

Взволнованная, она протянула руку.

— Добрый вечер, мистер Фэйрчайлд! Мне так нравятся ваши книги!

— Просто Тони, пожалуйста, — сказал писатель и рассмеялся. — Боюсь, я не принадлежу к писателям класса Кросби. — Его глаза оглядывали Лиз с явным восхищением. — Итак, это вы та знаменитая секретарша, — продолжал он. — Я слышал, насколько вы незаменимый помощник, но никогда не думал, что у старины Юлиуса такой прекрасный вкус и в других отношениях! — Его взгляд задержался на глубоком вырезе платья, и Лиз залилась краской.

Незаменимый помощник? Девушка даже не представляла, что кто-то из друзей Юлиуса подозревает о ее существовании. Когда тот работал, то воздвигал такие прочные барьеры между собой и внешним миром, что Элизабет не могла понять, как сведения о ее существовании могли просочиться сквозь стены дома Кросби!

Кто-то окликнул Тони по имени и, прежде чем уйти, он бросил на Лиз многозначительный взгляд.

— Встретимся позже!

Когда он отошел, среди собравшихся девушка наконец увидела своего босса. Он стоял в глубине зала, опершись локтем на каминную полку и держа стакан. Рядом с ним были две женщины, которые смеялись, — видимо, над его рассказом. Юлиус выглядел особенно привлекательным — в темном смокинге, белоснежной рубашке с бабочкой, Лиз никогда не видела Кросби таким оживленным: его серые глаза сияли, щеки порозовели, он энергично жестикулировал, иллюстрируя свой рассказ.

В одной из женщин, стоявших радом с ним, девушка узнала знаменитую актрису, другая была известной манекенщицей, которую Элиз часто видела на рекламных обложках журналов. Обе великолепно выглядели, на них были дорогие платья и драгоценности, обе смотрели на Кросби с нескрываемым обожанием.

Закончив рассказ и все еще смеясь, Юлиус поднял голову и, прежде чем Элизабет успела отвернуться, их взгляды встретились. Смех вдруг замер на его губах, замер и он, ошеломленно глядя на нее через головы обеих женщин. Девушка быстро отвела глаза, но успела заметить, что он медленно направляется к ним.