Чтение онлайн

— То есть как это, вы разве не вместе? — не понял Лазарь.

— Неужели вы развелись? — ужаснулась Марфа.

— Я развелась?.. Право, не знаю. Скажу только одно: этот старый хрыч мне так надоел, что дальше некуда! Он меня просто допек! Ворчал и ворчал с утра до ночи… Стоило пройти под моим окном какому-нибудь молодому человеку, как он швырял в него чем ни попадя — лампу так лампу, супницу так супницу. Если бы я еще видела от него что-нибудь, кроме ревности, так нет же! По вечерам, когда я ласкалась к нему и говорила: «Иди ко мне, мой поросеночек, иди, мой маленький Паппус», он начинал мне объяснять библейские тексты и под предлогом того, что он доктор богословия, отвечал мне только стихами из Моисея или Иеремии… Иногда для разнообразия он мне рассказывал о том, что в тот день обсуждалось в сенате, потому что он, видите ли, был к тому же сенатором! Представляете, как мне было весело?

— В самом деле, — пробормотала Марфа, — веселого мало.

— Это было просто ужасно, дорогая!

— Объяснись, в конце концов! — не выдержал Лазарь. — Раз вы не могли ужиться, значит, вы развелись?

— Да нет, мы не разводились, просто я его бросила… В одно прекрасное утро взяла и сбежала.

— Почему же ты не пришла к нам сразу?

— Ну вот еще!.. Когда я убежала, я направилась к озеру… Вы были в Магдале?

— Нет, — ответила Марфа. — Но я слышала, что это премиленький городок.

— Очаровательный! Там столько римских офицеров, и все такие красавцы!.. О господи, если бы ты знала, какие офицерики есть в Магдале!

Лазарь недовольно поморщился:

— Мария, неужели тебе нравятся солдафоны?

— Послушай, Лазарь, с тобою мне нечего играть в прятки. Да, я люблю военных. Они такие душки!..

— Военных? И во множественном числе! Гм-гм… Значит, ты завела любовника-офицера?

— Да… сначала одного. Он был такой милый-милый… О, как я любила этого разбойника!

— То есть как это сначала одного? Значит, ты завела и второго?

— Ну что мне от тебя скрывать, Лазарь! Ты ведь знаешь, тебе я не могу врать…

— Черт возьми, я вижу, ты не терялась!

— А потом я познакомилась с третьим… Понимаешь, стоит мне увидеть мундир, как я сразу теряю голову… Ты себе не представляешь, сколько в Магдале хорошеньких офицеров!

— Да пропади они пропадом! Я сам не ханжа, но твое поведение, Мария… не знаю, как его и назвать. Надеюсь, хоть на третьем ты остановилась? Не переспала же ты со всем гарнизоном?

— Со всем, конечно, нет. Видимо, Паппус навсегда отвратил меня от стариков.

— От стариков? Значит, все молодые?..

— О, все молодые меня так любили! У меня сохранились их портреты, я тебе как-нибудь покажу свой альбом, и ты сам увидишь, какие это красавцы!

Марфа смущенно молчала. Лазарь, как он сам выразился, не страдал излишком целомудрия, и в конце концов Мария была его любимой сестрой. Поскольку изменить то, что совершилось, он уже не мог, Лазарь решил простить бесстыдницу сестру, но он и не подозревал, что самое забавное было еще впереди.

Пожурив ее для проформы, Лазарь сказал:

— Ладно, Мария, если ты счастлива, я за тебя только рад. Но где же тот красавец офицер, которого ты избрала? Представь его нам. Можешь не сомневаться, мы его примем, как полагается.

— Видишь ли, Лазарь, этот красавец офицер вовсе не офицер.

— Это еще что за новости?

— Видишь ли, я бросила свой гарнизон, как бросила Паппуса.

— О, черт! Кто же он, наконец?

— Он такой милый…

— Об этом я и сам догадываюсь! Но кто он? Как его зовут?

— И имя у него милое. Его зовут Иисус…

— Иисус? Погоди, погоди, я это имя слышал… Мне говорили про какого-то Иисуса, который учинил скандал во время последнего праздника шалашей в Иерусалиме… Это случайно не он?

— Он самый.

— Иисус из Назарета, плотник, забросивший свою пилу и топор?

— Да, это он.

— Ай-яй-яй! Знаешь, Мария, вот уж этого я от тебя не ожидал! У этого типа такая репутация, что дальше некуда. Говорят, он скопище всех грехов… Кроме того, он бродяжничает с целой шайкой таких же проходимцев…

— Конечно, сказать можно все что хочешь… Бедняжка Иисус, все на него клевещут! А ты, сразу видно, что ты слышал о нем только от его заклятых врагов. А он такой чудный, такой обходительный! Если бы ты послушал, как он говорит… прямо за сердце берет! Ну да, он все время ходит по городам и весям и редко проводит две или три ночи подряд в одном доме, но что в этом дурного? Он просто любит путешествовать, вот и все!

— Послушай, в конечном счете это твое личное дело. Я тебе сказал то, что слышал. Может быть, Иисус совсем не такой, как о нем говорят… К тому же я знаю твой вкус: ты не стала бы связываться с каким-нибудь неотесанным нищим мужиком. Должно быть, твой Иисус хорош собою и щедр, как подгулявший купчик, не так ли?

— Да нет, Лазарь, я бы не сказала… Если говорить о деньгах, бедняжка Иисус не слишком богат. Топором и пилой состояния не сколотишь, а от его пророчеств прибыль невелика… К тому же я не из тех женщин, которые привязываются к мужчинам из-за денег. Слава богу, я выше этого. Иисус беден, но это не мешает мне любить его всей душой.

— Но все-таки, если у него нет состояния и если профессия конферансье-любителя не приносит ему ни гроша, чем же он живет?

— Я ему помогаю имением своим. Лазарь отшатнулся.

— Значит, ты его содержишь? — вскричал он. — Бедняжка Мария, и как тебя угораздило влюбиться в этого проходимца? Он же тебя оберет до нитки!

— Лазарь, ты слишком строг к моему Иисусу. Разве он виноват, что бродячим ораторам почти ничего не платят? Да и я не одна покрываю его расходы. Нас много, избранных дам, которые ему преданы и которые ему воспомоществуют имением своим…

— Значит, ты у него не одна? Чем дальше, тем лучше! Значит, у этого парня много дам? Ну и ну, знаешь ли, это не совсем в наших обычаях… Он, видно, воображает, что живет во времена Соломона, твой прекрасный Иисус! И вы его не ревнуете друг к другу?

Магдалина гордо выпрямилась.

— Это все прочие ревнуют его ко мне! — сказала она. — Я его возлюбленная, его фаворитка!

Лазарь печально улыбнулся. Несколько мгновений он с любовью и жалостью смотрел на сестру.

— Бедная ты моя, бедная, — проговорил он.

— Ничего ты не понимаешь, Лазарь! — возразила Магдалина. — Быть фавориткой Иисуса, его возлюбленной, — это тебе не фунт изюму! Иисус не просто мужчина, как все. Прежде всего, он не человек…

— Что значит «не просто мужчина, как все»? Уж не хочешь ли ты сказать, что он…