Чтение онлайн

Адель засмеялась.

— И мои новые приятели из кубрика тоже удобно разложены по своим койкам. Может, кому-то и не совсем по душе горизонтальное положение, но другого они принять не могут, потому что этому мешают крепкие верёвки.

— Как вам это удалось? — удивилась Адель.

— Если бы сеньор Хосе по собственной охоте не лишил себя возможности сопротивляться, то я бы не решился сегодня ночью затеять побег, но такой случай мог бы не повториться, так что пришлось рискнуть. Я расскажу обо всём подробнее, сеньорита, но позже, когда мы покинем наших гостеприимных хозяев. А сейчас идите к шлюпке и подождите меня там.

Он исчез, а вернулся с мешком.

— Здесь еда, сеньорита, — пояснил он. — Кто знает, когда нам удастся добыть себе другую пищу?

Он принялся спускать шлюпку на воду, что было нелёгкой задачей для одного человека, но умелый моряк справился со своим делом. Он бросил мешок в шлюпку и хотел было помочь девушке спуститься, но передумал.

— Сеньорита…

— Не называйте меня сеньоритой, — попросила Адель. — Меня зовут Адель. Я не испанка, а сеньоритой меня называли только на этом корабле.

— Это не корабль, а люгер, — засмеялся моряк. — Неплохое судёнышко, но до корабля ему так же далеко, как простому моряку до короля. А мысль у меня такая, Адель. Почему мы должны покидать люгер и подвергать свою жизнь опасности долгого путешествия по суше, если мы можем с удобством добраться до безопасного места на "Бесшабашном"? Управлять им нетрудно, а в случае бури мы укроемся в бухте у берега. Да и уйти на шлюпке от погони, если нашим узникам удастся освободиться раньше положенного, будет трудно, ведь расстояние до берега велико, а на этом островке укрыться невозможно.

— Что вы предлагаете, Джон? — не поняла Адель.

— Раз уж к нам отнеслись так невежливо, то и мы вправе не слишком церемониться с владельцами этого люгера. Так пускай не мы, а они отправляются к берегу на шлюпке, а мы останемся здесь. Закон поступил бы с торговцами людьми сурово, но я лишь дам им возможность (пока они будут пробираться к своим товарищам) обдумать, не полезнее ли заняться другим промыслом. Надеюсь, вы не испытываете ненужной жалости к своим бывшим хозяевам?

Адель представила, сколько жертв перевёз "Бесшабашный" к месту продажи, и ответила очень твёрдо.

— Нет. Поступайте, как считаете нужным, Джон. Я целиком полагаюсь на вас.

Моряк ушёл и вернулся, сгибаясь под тяжестью одного из матросов.

— Я решил доставлять их сюда в том порядке, как их добывал. С Пепе мы стояли на вахте, и, пока он дремал, полагаясь на хорошую погоду и крепость якорной цепи, я связал его быстро и крепко.

Джон аккуратно уложил его в шлюпку. После этого он принёс другого матроса.

— Диего повезло меньше, — сообщил он. — Я вызвал его на палубу, прося не шуметь, а ему было невдомёк, что я проделаю с ним такую штуку.

Третий матрос, мощный и рослый, проявлял какие-то признаки жизни, но из-за платка во рту не мог высказать свои мысли.

— А что касается Феличе, то надо ещё рассудить, кому повезло больше, ему или мне, что он проснулся, уже частично обездвиженный.

И этот здоровяк был благополучно спущен в шлюпку.

— Теперь очередь дошла до командования, — сообщил Джон, немного отдохнув.

Первого он перенёс и уложил в шлюпку сеньора Хосе. Тот ещё не протрезвел и не понимал, что происходит. Зато крепко связанному дону Педро лишь кляп во рту помешал высказать всё, что накипело у него на душе, глаза же его говорили о такой страшной участи, которая ждала похитителей его судна, что лучше было не смотреть в его лицо. От утончённой галантности, о которой он проявлял такую заботу, не осталось и следа.

— Я сразу заметил кое-какие странности на этом судне, — принялся растолковывать Джон Адели и лежащему у его ног капитану. — Но особенно меня удивило отношение к девушке. Вроде, с ней обращались как с леди, а в то же время не позволяли сделать и шагу без разрешения. А уж оставить женщину на палубе, когда по ней бродит деревянная фигура, да ещё отшвырнуть её с дороги мог самый низкий человек. Мне помог, сам, наверное, того не ведая, Клабаутерманн, вынудивший вас, капитан, пристать к берегу для мелкого ремонта. Там-то мне и удалось узнать от леди, какой коммерческой деятельностью здесь занимаются. Носовая фигура уже уменьшила экипаж, а после того, как Морской монах утащил свою жертву на дно, я понял, что смогу потягаться в уме и хитрости с оставшимися на борту. Сеньор Хосе тоже оказался моим союзником, сам того не сознавая. Жаль, что вы не так поддаётесь страхам, как ваш помощник, капитан, иначе вам не пришлось бы сейчас переживать своё унижение и злиться впустую. Вы бы протрезвели нескоро и уж вдали от своего судна. Чтобы не быть убийцей, я расслаблю узел, капитан, и вы после некоторых усилий сможете высвободить руки, но догнать нас будет уже не в вашей власти. В мешке, который я собрал для нас с леди, находится еда. Я оставляю его вам, хоть вы, по моему разумению, этого не заслуживаете.

Джон спустил дона Педро в шлюпку, ослабил, как и обещал, узел, а за тем забрал обратно одно из вёсел, приготовленных заранее.

— Надо уберечься от случайностей, — объяснил он свой поступок девушке. — С двумя вёслами нас можно догнать, если наступит внезапный штиль, а с одним они только и смогут, что кое-как добраться до берега.

После этого он оттолкнул шлюпку от борта люгера и ловко вернулся на палубу.

— Сейчас мы должны отойти подальше отсюда, а затем решить, куда плыть, — сказал он.

Он поднял якорь, поставил нижние паруса и направил судно на запад.

— Я пока приготовлю завтрак, — предложила Адель.

— Вот это будет как раз кстати, — обрадовался Джон. — Пища для моряка — самое первое удовольствие.

Девушка подумала, что Джон и Авдей прекрасно поняли бы друг друга. Похоже, моряк тоже был великим любителем поесть.

Адель многому научилась в своих странствиях и приготовить обед

для неё труда не представляло, однако она никогда не готовила на корабельном камбузе, так что ей пришлось задать немало вопросов бывалому моряку, пока она не освоилась с новыми условиями готовки. Хорошо, что ветер был ровным и не было качки, иначе ей не удалось бы справиться со скачущими по плите кастрюлями, в которых она разогревала остатки ужина и варила кофе.

За завтраком, который Джон предложил принести на палубу, чтобы не отвлекаться от обозревания моря, Адель рассказала свою историю и цель, ради которой она пустилась в плавание.

Джон в задумчивости потёр щетину на щеке.

— Я так понимаю, что тебе не удастся найти капитана, который согласился бы проделать такой путь, — проговорил он и сейчас же спохватился. — Это ничего, что я обращаюсь к тебе на "ты", Адель? Мне так легче.

— И мне тоже, — поспешила ответить девушка.

— Тогда и ты не будь со мной как школьница с наставником преклонных лет. Мы, моряки, не любим лишних церемоний, особенно когда выступаем товарищами в трудном деле. Вот я и говорю, что другого судна, кроме этого люгера, тебе для твоего плавания не найти, да и шкипера, кроме меня, не сыскать. Я бы тоже не согласился тебе помочь, если бы ты стремилась на этот остров ради прихоти. Но уж если речь идёт о спасении хорошего человека, то придётся пойти даже на риск. Главную трудность представляют Чёртовы скалы.