Чтение онлайн

– Ой, а что ж вы не сказали, я бы побольше еды принесла… - Тут же суетится Ольга, подскакивая с места.

– Да нет, нет, что вы… Рамазан, на пару слов.

Мы с Березневым выходим, оставляя Ольгу собирать контейнеры, и тот с интересом смотрит на меня.

– Это та самая?

– Что?

Я непонимающе хлопаю глазами, пока Берещнев не понижает голос, и интересуется снова:

– Ну, женщина, что была в тот вечер, когда я приезжал к тебе…

Чего?! Он что, решил, будто мы с Ольгой…

– Не пойми неправильно мое любопытство, просто ты, как и я, все время на работе, и вообще с женщинами почти не общаешься. Вот и решил, а кто еще, если эта восхитительная особа с ароматом еды на полотдела?

Он смеется, а я про себя думаю – ну действительно, кто ж еще, если не она. Не дочка ж шефа. И как складно все – прибежала покормить любимого на работу…

– Да, вы правы, - «признаюсь», и Александр Михайлович довольно улыбается.

– Поздравляю, поздравляю. Со свадьбой не тяни – такие хорошие женщины на вес золота…

У меня сводит челюсть, и на ум приходит Софа с ее абсолютной нехозяйственностью, но взглядом, который прожигает до печенок. Каждому свое, верно… Мне вот еду из кафе, но женщину, в которой жизни больше, чем в моей и вашей вместе взятых. И что с этим делать, совершенно не ясно.

– Ладно, бывай, пойду еще поработаю я, - говорит Березнев, и снова чуть хитро улыбается, - меня ведь дома не ждет такое чудо.

Ме так и хочется сказать что-то типа «А давай меняться?», но я выкидываю бред из головы, и возвращаюсь в кабинет. Еще раз заверяю Ольгу, что все будет в порядке – и сажусь за рабочий стол, сытый и унылый с снова гудящим мобильником.

«Надеюсь, у тебя все хорошо. Я скучаю, майор»

Я набираю в ответ «Я тоже» и долго жду, не зная, отправлять или не стоит. В конце концов, это же одно сообщение с простой правдой, что же тут такого? Только вот за пару кабинетов сидит Березнев, благодаря которому простая правда становится до черта сложной, а еще мои собственные правила с утра, которые нельзя игнорировать.

В конце концов я стираю ответ, и откладываю телефон в дальний ящик, снова принимаясь за работу. Мы встретимся, но не раньше, чем дня через три. И это будет правильно.

Глава 27

Глава 27

Софа

Весь день проходит под вопросом, который завис прямо над моей головой.

Почему он мне не пишет?

Кажется будто к первой паре с моей самооценкой оказалось покончено. А к обеду я нашла тысячу оправданий его молчанию, и даже немного воспряла духом, вспомнив, кем он работает и насколько у такого мужчины мало времени.

– Тяжелая работа с напряженным графиком – не отмазка для того, чтоб игнорировать сообщение, - рушит все мои надежды Ася, которой я привожу сперва свои переживания, а следом аргументы, - так что начинай придумывать что-нибудь другое.

– Да у него поесть-то времени нет! – защищаюсь я от вечно правой подруги, злясь на то, что она отказывается поддерживать мой хрупкий выдуманный мирок, - я по отцу знаю, какая это работа…

– Серьезно? Времени поесть нет? А как на счет сходить в туалет? Почистить утром зубы? Стоять в пробке, пока куда-то едешь? – Ася прищуривается, пока все мои доводы расплющиваются о ее непрошибаемую уверенность, - Соф, правда, прекращай. В наш век, когда телефон почти слился с правой рукой человека, оправдывать отсутствие минимальной связи – это тупо самообман. Ты будешь свой кексик?

Я с тоской отодвигаю десерт в сторону подруги, и вздыхаю, снова глядя на прочитанные, и не отвеченные сообщения. Почему все так? Что произошло такого, что наше общение вдруг свелось к моему скулежу над телефоном?!

– Значит, не надо придумывать и смириться с мыслью, что он не отвечает просто потому, что не хочет?

– В отношениях обычно ничего не бывает «просто», - снова рвет мои мысли Ася, браво расправляясь со второй порцией кекса, - я бы на твоем месте перестала написывать, и подождала. Вполне возможно, что вы просто по-разному смотрите на необходимость переписки. Строго говоря, между вами и нет так называемых отношений…

Я зло допиваю сок, и Ася замолкает, явно понимая, что дальше говорить не следует. Да, мы всего лишь любовники, а не встречающаяся парочка, но неужели из этого следует, что нам нельзя общаться каждый день?! Он итак хочет реже видеться, а теперь лишает нас еще и этого!

Я опускаю голову, стараясь сдерживать обидные слезы. Бесит, что только мне все это надо! Хотя когда мы вместе, кажется, будто и он тоже заинтересован…

– Соф, - трогает меня за локоть Ася, и я поднимаю глаза, натыкаясь на ее сочувствующий взгляд, - прости, но ты сама себя сейчас мучаешь, а все происходящее нельзя назвать… Нормальным. Может, стоит завязать с этим Робом?

Глубоко вздыхаю – хотя хочется взвыть и что-нибудь треснуть – и произношу самым спокойным в данной ситуации голосом:

– Нет. Нет, нет, нет. Ты не понимаешь, Ась… Я чувствую, что он тот самый. Понимаешь?

Не понимает. По глазам вижу – не верит подруга в это, хоть и искренне пытается меня понять. Я машу рукой, предлагая закрыть тему, и все оставшееся время в институте постоянно поглядываю на телефон.

В одном Ася неизменно права. Если бы Роб хотел – он бы ответил за все время, что прошло с сообщений. И обманывать саму себя смысла нет, хоть и очень, очень хочется.

Дома я все еще питаю слабые надежды, но, когда часы показывают половину восьмого – пишу последнее сообщение, и разогреваю ужин. К десяти приезжает отец – уставший и в хорошем расположении духа, что редкость в последнее время.

– Ела? – спрашивает он, ставя в микроволновку заказанную еду.

– Ага. Но чай с тобой выпью.

Я хочу поговорить с полковником, пока тот в расположении вести диалог, и вырвать для себя побольше свободы. Поэтому, мысленно репетируя каждое слово, я усаживаюсь за стол, обнимая пальцами горячую пузатую кружку.

– Что нового? – начинаю издалека, пока отец пытается подцепить лапшу собу.

– Да ничего особенного. Работы навалом, но так всегда. Да чтоб тебя, склизкая зараза!

Отец психует, когда не получается съесть ужин нормально, а я посмеиваюсь над его попытками намотать лапшу на вилку.

– Пап, это же легко.

– И ничего смешного, между прочим. Эта привозная еда… Было бы неплохо, научись ты готовить самостоятельно. Поели бы хоть нормально. Знаешь, сколько я не ел домашнего?