Заболеть на всю жизнь тобой...
Шрифт:
Нет, только не это! Клим не мог такого сделать. Нет, Дана, пожалуйста, не думай так.
12
ГЛАВА 12
Меня что-то манит. Я тянусь к этому дому, как магнит. Темнота и тишина наводит ужас, но я ступаю на чуть влажную траву и слишком громко хлопаю дверцей автомобиля.
Только сейчас понимаю, что на мне нет обуви. Пятками я ощущаю мелкий гравий. Господи, что я здесь делаю среди ночи, одна? Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что мне нужно забраться в машину и уехать, но ноги не слушаются меня. Я двигаюсь слишком медленно, как будто на них килограммовые гири, и рвано дышу.
Захожу в открытую дверь и медленно поднимаюсь по лестнице. Свет луны и шорох моих шагов посылают по телу толпы мурашек.
— Клим? Ты здесь? — Выкрикиваю я, но не слышу своего голоса.
— Клим, Ответь …
Вокруг зловещая тишина. Дергаю за покосившуюся дверь и вхожу в комнату. Страх пропитывает каждую клетку моего организма. Вздрагиваю, замечая темную фигуру у окна и делаю шаг вперёд, сжимая крепко ладони.
— Клим?
Женский смех давит на перепонки, и я в шоке зажимаю рот. Мне так холодно… Обнимаю руками плечи и отступаю назад. Женщина в темном одеянии манит меня за собой. Она ничего не говорит, просто кивает на открытое окно и затем просто в него выходит. Я истошно кричу, кричу и не могу остановиться. Подпрыгиваю на кровати и стираю пот со лба.
— Что ты так вопишь, Дана, время видела?
Я моргаю несколько раз, затем перевожу свой взгляд на сестру и медленно прихожу в сознание.
— Мне кошмар приснился, прости, что разбудила.
Сестра подходит к моей кровати и забирается под одеяло ко мне.
— Помнишь, когда я была чуть поменьше тебя, мне часто снились кошмары?
— Конечно, помню, мне приходилось частенько успокаивать тебя.
— Вот и я говорю тебе, что это всего лишь сон, давай спи, сегодня же выходной, и у нас планы.
— Какие такие планы?
Смотрю, как она загадочно улыбается и хитро прищуривает глаза.
— Нам нужно наведаться в салон красоты, вечером у меня свидание.
— С кем это, не пойму?
— Его зовут Жора.
— О нет, пожалуйста, сколько их ещё у тебя?
— Я просто не могу определиться, кто мне больше подходит, — произносит она, и я прыскаю от смеха.
Поспать нам так и не удалось. Проболтав с Дианой до утра, с кровати я встаю совершенно разбитая. Что- то гложет меня изнутри. Клим так ни разу и не написал. Я как ненормальная каждый час вглядывалась в экран, и ждала смс. Накрутила себя до такой степени, что уже сомневалась во всем. Вдруг это его очередная шутка? Что если он себя не за того выдаёт? Егора мог избить тоже он, хотя этот парень очень крепок. Что если они всей толпой на него напали? Господи, как не сойти с ума?
Я опять не доверяю ему … Сколько раз на одни и те же грабли …
Мы бросали вызов друг другу столько времени, что я потеряла суть, где правда и где ложь. Моя ненависть переросла во влюбленность. Его, скорее всего, лишь в страсть. Как ещё мне объяснить цепочку этих маленьких подозрений, когда они скапливаются вместе, образуя комок. Ещё и этот сон. Говорят, что, если приснится кошмар, нужно непременно его рассказать кому либо, но меня никто не поймёт. Мне не кому даже поделиться. Сестра покрутит мне у виска, а Ева начнёт осуждать, или толкнёт меня на очередную глупость.
— Я хочу не бояться тебя, — шепчу я, стоя перед зеркалом и вглядываясь в свои потухшие глаза, — не переживу твоих очередных вспышек ярости и твоей агрессии. Скажи, что я все придумала сама себе, Клим? Я срываюсь с места и беру в руки телефон. Отыскав в контактах его номер, трясущимися руками начинаю печать. «-Привет, как дела?» Жму на серый крестик и стираю набранное сообщение. Делаю глубокий вдох …
«— Привет, я скучаю.» Отправка.
Черт, уже не отменить… Нужно было посмотреть, есть ли у него WhatsApp. В этом приложение можно удалить действие. Забрать свои слова обратно, как будто и не было ничего. Глупая, глупая, Дана. Это первый раз, когда я пишу парню первая.
С ним все в первый раз. Пол часа я хожу взад- вперёд, меряя шагами комнату, но мой телефон молчит. Надеваю на себя шорты и белую майку, забираю волосы в хвост. Вздрагиваю от сигнала телефона и бегу к кровати.
Клим, он мне звонит. Жду пару секунд, прежде, чем взять трубку.
— Привет, — хрипит на том конце провода, поздно увидел твою смс, был в душе, только вышел.
В голове моментально мелькают картинки, как Клим в одном полотенце, обернутом между его бёдер, разговаривает со мной. Шумно сглатываю и стараюсь унять свои гормоны.
— Ты тут?
— Да, я хотела спросить, все ли у нас вечером в силе?
— А я уже обрадовался, что ты реально соскучилась?
Черт, черт, черт. Мои щёки пылают, слава богу, что он не видит меня.
— Я уже представил, как твои щёки краснеют, — смеётся на том конце провода он.
— Ничего подобного, и да, я действительно скучаю. — Кажется я прикусила язык.
— Я тоже хочу безумно тебя поцеловать.
Мое сердце пускается в скач. Ещё не хватало, прямо сейчас, грохнуться в обморок от наплыва чувств.
— Тогда до вечера, я приеду к семи.
— Хорошо, скромняга, все никак не могу привыкнуть к новой тебе. Целую, до встречи.
Он скидывает вызов, а я оседаю на кровать.
— И я не могу привыкнуть, ты даже не представляешь как.
Я спускаюсь с лестницы, и замечаю, что на кухне уже никого нет.
— Дана, ты? Зайди в кабинет, — доносится голос отца.
Я сворачиваю за угол и распахиваю дверь. Отец, как всегда, обложившись документами, делает пометки.
— Пап, ну сегодня же выходной, сколько раз тебе говорила, что отдыхать тоже нужно.
— Тише милая, у меня серьёзный разговор. Он поднимает голову и внимательно смотрит на меня.
— У тебя последний год учебы, впереди защита диплома, и ты знаешь, чего я хочу?
— Да, папуль что бы я работала у тебя в фирме, — говорю я, плюхаясь в кожаное кресло.
— Нет, то есть да, но не здесь. У меня возникли проблемы с филиалом в Чикаго, и я хочу отправить тебя туда.
— Куда?
Я в шоке выпучиваю глаза.
— У меня же учёба?
— Я все решу, сдашь автоматом, и к концу недели диплом у тебя будет на руках.
Почему-то сейчас перед глазами стоит образ Клима, и он, с упреком, смотрит на меня. Я не могу. Только не сейчас.
— Пап, прости, но это невозможно.
— Это не обсуждается, Дана, я все сказал. Теперь иди, тебе нужно все переварить в своей голове, завтра ещё раз обсудим.
Я медленно поднимаюсь с кресла и выхожу. Понимаю, что сейчас спорить с отцом бесполезно, прекрасно знаю его нрав. Он скоро успокоится, и я его отговорю. Какое Чикаго, когда у меня только жизнь налаживается.