Чтение онлайн

— А где Настя? — Спрашиваю я, забираясь на ближайший лежак с бокалом в руках и смотря на плюхающуюся рядом со мной Еву.

— Настя с Козловским, походу дела, ей удалось его зацепить.

— Козловский?

— Только не говори, что ты не слышала? Два метра сплошного тестостерона и груда мышц. А еще он напарник Клима.

От упоминания его имени, я мельком кидаю взгляд в сторону. Клим поднимает бокал и говорит тост, все также прижимая к себе Белоснежку. Пожалуй, это идеальное прозвище для нее.

— Все не можешь выкинуть его из своей головы? — Голос Евы немного встревожен,

— Дана, он не так прост, как кажется, и я даже рада, что пока тебя не было, он обзавелся постоянной девушкой. Говорят, что после твоего отъезда он менял девчонок каждую неделю. Я, конечно, понимаю, что тут есть на что посмотреть, тем более что он сейчас с увесистым кошельком, но ты достойна большего.

— Интересно, кого?

— Значит, не забыла, что и требовалось доказать.

— Ева, давай сменим тему.

Три или четыре? Я потеряла счет, сколько я опустошила бокалов, пока пыталась не смотреть на него.

«Клим танцует с Белоснежкой. Клим ныряет в бассейн. Клим прижимает ее к своему мокрому телу. Его руки обнимают ее.»

Занимаюсь садомазохизмом и боюсь, что все это видят. Ева ушла плавать, а я чувствую на своих глазах шершавые ладони и испускаю разочарованный полувздох.

— Антон?

— Угадала, — он смеется.

Подскакиваю с места и подмигиваю ему.

— Потанцуем?

Вижу, что он не прочь, его глаза жадно исследуют мое тело. То ли это хмель, то ли желание отомстить. Понимаю, что веду себя неразумно, но мои руки уже на его плечах. Я слишком громко смеюсь, буквально висну на нем, прижимаясь всем телом. Концерт для одного зрителя, но он и не думает на меня смотреть. Неужели ошиблась? Неужели я ничего не значу для него?

— Дана, телефон — Диана подает мне его в руки и я, извинившись перед Антоном, отхожу в сторону.

— Тебе уже хватит пить, — шепчет мне Диана, — он уже буквально раздел тебя взглядом и уложил на ближайший лежак.

В моей руке вибрирует телефон, но я не обращаю внимания.

— Может быть и стоит попробовать?

— Ты серьёзно? Возьми уже трубку.

На немного шатающихся ногах, я отхожу в сторону, и провожу пальцами по экрану, смахивая вверх. Я даже не слышу, что мне говорят, лишь вибрацию голоса. Клим неотрывно смотрит на меня. Морщинка между его бровей заламывается, он хмурится. Секунда и контакт разорван. Он смахивает мокрые пряди с лица и слишком резко отворачивает голову.

— Дана, ты слышишь меня?

Только сейчас осознаю, что я все это время молчала. Прочистив горло, выдыхаю:

— Да, Петр Андреевич, что-то срочное?

— Я бы не стал попусту беспокоить, мы нашли его.

— Кого? — Мой голос осип.

— Того, кто практически выкопал нам яму. Мы одной ногой банкроты, ваш отец будет в бешенстве.

— Имя, Петр Андреевич, назовите его имя.

— Радов Клим. Хотя, вряд ли, тебе его имя о чем — нибудь говорит.

Наблюдаю, как мой телефон медленно падает на холодную плитку и, с грохотом, разлетается по запчастям.

Клим Радов …

Глупая Дана! Он опять решил поиграть ….

ГЛАВА 21

Ветер раздувает мои волосы, и неяркий свет от фонаря освещает ветхое здание. В темноте оно кажется еще более зловещим. Карканье птиц усугубляет и без того критическую ситуацию. Я не понимаю, почему я приехала сюда… Выхожу из машины и смотрю на мрачную девятиэтажку, пытаясь унять нервную дрожь. Рой мурашек прокатывается по моему телу от кончиков пальцев до кожи головы. Поднимает волосы, как будто у меня температура под сорок. Мне страшно, но я двигаюсь вперед. Делаю маленькие шаги, сокращая расстояние и захожу в подъезд. Запах сырости моментально вбивается в ноздри. Что, черт возьми, происходит? И зачем я здесь? Лестница ведет вверх, кое где отсутствуют ступеньки, и я переступаю через них, стараясь не упасть.

— Клим, — шепчу в темноту.

Берусь руками за покосившуюся дверь и захожу в темное, сырое пространство.

Резкий крик и карканье птиц практически сносит меня с ног. Хватаюсь за косяк и чувствую, как сердце уходит в пятки.

— Клим, ты здесь?

Темная фигура надвигается на меня так стремительно, что я не понимаю, как оказываюсь впечатана в ближайшую стену. Взвываю от боли, и мой рот накрывает его рука. Мне жутко неудобно, слезы брызгаю из глаз. Пытаюсь вырваться и застываю, встречаясь с его бешеным взглядом. Он зол, настолько, что я вижу огонь в его глазах. В них горит бешенство.

— Ты думала, что я тебя отпущу? — Произносит он, наклоняясь, и обдавая меня своим дыханием.

Отшатываюсь назад, роняя слезы, и судорожно хватаю ртом кислород.

— Выпусти меня, я никому не скажу, возьму этот грех себе на душу, — шепчу ему прямо в губы.

Он проводит рукой по моей шее, я чувствую кожей его шершавые пальцы. Сглатываю, и задерживаю дыхание, пытаясь унять нервную дрожь. Все тщетно, в его руках я безвольная кукла, которую запросто можно сломать.

— Сейчас мой ход, Дана, — хрипит он, не отрывая от меня своего черного, как ночь взгляда, — время пришло, ты же не думала, что я спущу тебе все это с рук?

Я снова кричу и дёргаясь всем телом, распахиваю глаза. Смахиваю мокрые пряди с лица и резко сажусь на кровати.

Снова кошмар… Господи, когда же это все закончится? Целую неделю я занималась тем, что пыталась сохранить отцовский бизнес, но видимо не судьба. Документы, которые предоставил Петр Андреевич, навели на меня панику. Я не понимала, как быть. Клим занимался тем, что скупал обанкротившиеся фирмы, и его имя в первых списках фигурировало на торгах. Сомнений быть не могло, он все подстроил, пользуясь отсутствием отца, и придумав хитроумный план, в котором мне предстояло еще разобраться. Отец умчался в Чикаго спасать филиал, он оставался нашей последней надеждой на то, что все наладится.

Сегодня свадьба моей сестры и я ужасно нервничаю. Злюсь на то, что отца не будет на таком важном мероприятии. Диану мы решили не беспокоить и рассказать все позже, так как не хочется омрачать ее приподнятое настроение. Она привыкла к тому, что проблемы семьи ее никогда не касались, и живет в своем мирке, наполненном розовыми мыслями. Пусть все так и будет. Кто я такая, чтобы отравлять ее жизнь?

— Дана, ты проснулась, — доносится голос сестры, и я вскакиваю с кровати. Через секунду сестра, как ураган, врывается в комнату.