Чтение онлайн

Пришлось Юйлянь снова оплачивать лечение. Но Бога она после этого невзлюбила ещё сильнее.

Однажды Бог сказал Юйлянь:

— Не переживай так. Люди умные и учатся очень быстро. Какие-нибудь сто лет, и простейшие из наших технологий уже можно будет применить на практике. И тогда ваша жизнь улучшится.

— Чёрт побери! Какие-нибудь сто лет? Вы сами понимаете, что говорите? — Юйлянь мыла посуду и даже не взглянула на Бога.

– Это очень короткий отрезок времени.

— Для вас! Вы забываете, что мы живём гораздо меньше. Через сто лет вы даже моих костей уже не найдёте! А вы-то сами сколько ещё собираетесь прожить?

— Ох, моя жизнь уже как свеча на ветру. Если я проживу ещё триста или четыреста лет, я буду счастлив.

Юйлянь уронила целую стопку мисок.

— Так вот как работает эта «поддержка»! То есть не только я потрачу свою жизнь, заботясь о Боге, но мои дети, внуки и потомки до десятого колена и далее будут вас опекать? Почему бы вам не умереть пораньше?

Что касается отца Цюшэна, он был уверен, что Бог — мошенник. Такая точка зрения была довольно распространённой. Учёные не могли проверить информацию, полученную от Богов, а значит, Боги могли просто-напросто сыграть над человечеством грандиозную шутку. Отец Цюшэна вскоре нашёл весомое подтверждение своим взглядам.

— Ты, старый пройдоха, ходишь по тонкому льду, — заявил он однажды Богу. — Я мог бы легко вывести вас на чистую воду. Да что там, с этим бы справился и мой внук.

Бог поинтересовался, что же он имеет в виду.

— Начну с самого простого: наши учёные говорят, что мы произошли от обезьян, так?

Бог кивнул:

— Если точнее, вы произошли от примитивных приматов.

— Как же вы тогда могли нас создать? Если вы собирались создавать людей, почему вы не сделали нас сразу? Зачем было нужно создавать примитивных приматов, а потом превращать их в людей? Никакого смысла!

— Любой человек вначале ребёнок и только потом превращается во взрослого. То же и с цивилизацией, которая начинает с самого примитивного уровня и постепенно растёт, набираясь опыта. Это очень долгий процесс, которого невозможно избежать. На самом деле первыми предками людей были куда более примитивные создания. Приматы — это уже довольно высокая ступень эволюции.

–  Не верю я твоим выдумкам. Ну да ладно. Есть кое-что более очевидное. Мой внук это первым заметил. Наши учёные говорят, что жизнь на Земле появилась три миллиарда лет назад. Так?

Бог кивнул:

–  Эти подсчёты в целом верны.

–  Получается, вам три миллиарда лет?

–  Если брать вашу систему отсчёта, да. Но в соответствии с временем на космолётах мне всего три с половиной тысячи лет. Они летели со скоростью, близкой к скорости света, и время на борту текло гораздо медленнее, чем у вас. Конечно, время от времени несколько кораблей прерывали полёт на субсветовой скорости, чтобы проконтролировать процесс эволюции на Земле. Но это занимало немного времени, и вскоре они возвращались к прежней скорости.

–  Брехня! — презрительно заметил отец Цюшэна.

–  Папа, это теория относительности, — прервал его Цюшэн. — Наши учёные её уже доказали.

— Относительность-заднотносительность! Ты меня тоже дуришь. Это невозможно! Время не кунжутное масло, которое течёт с разной скоростью. Может, я и старик, но мозги не растерял. А вот ты весь разум утратил! Это всё твои книги!

–  Я могу доказать, что время действительно может течь по-разному, — сказал Бог с очень таинственным видом. Он достал фотографию девушки, которую любил две тысячи лет назад, и протянул Цюшэну. — Посмотрите на неё внимательно и запомните каждую мелочь.

Как только Цюшэн взглянул на фотографию, он понял, что запомнить её во всех деталях будет нетрудно. Девушку было невозможно забыть. Как и у других Богов, в её лице смешались черты всех этносов. Кожа у неё была цвета слоновой кости, а глаза так и искрились. Девушка околдовала Цюшэна. Она была настоящей богиней. Её красота сияла как солнце, и человеческому глазу было трудно её вынести.

— Посмотри на себя! Чуть слюни не пустил! — Юйлянь выхватила фотографию из рук замершего Цюшэна, но прежде чем она успела взглянуть на изображение, карточку забрал свёкр.

— Дай-ка посмотрю, — сказал он. Он поднёс фото почти вплотную к глазам. Довольно долго отец Цюшэна стоял неподвижно, как будто всё, кроме фотографии, для него вдруг исчезло.

–  Почему ты держишь её так близко? — ехидно спросила Юйлянь.

–  Помолчи. У меня нет с собой очков, — ответил отец Цюшэна, приставив фотографию к самому носу.

Юйлянь несколько секунд насмешливо смотрела на свёкра, затем презрительно поджала губы и пошла на кухню.

Бог забрал фотографию у отца Цюшэна, который держал её так крепко, будто не хотел отпускать.

–  Запомните все детали. Завтра, в это же время, я вам снова её покажу.

Весь следующий день отец и сын почти не разговаривали друг с другом. Все их мысли занимала та самая молодая женщина. А Юйлянь была ещё злее, чем обычно.

Наконец пробил час. Казалось, Бог обо всём забыл. Но отец Цюшэна напомнил ему об обещании. Бог достал фотографию, о которой оба мужчины думали весь день, и протянул её вначале Цюшэну.

–  Смотри внимательно. Что-нибудь изменилось?

— Вроде ничего, — ответил Цюшэн, вглядываясь в карточку. Спустя некоторое время он наконец что-то заметил. — Ага! Расстояние между её губами стало поменьше. Совсем чуть-чуть. Вот тут, в уголке рта…

–  Ты совсем стыд потерял? Так рассматривать постороннюю женщину! — Юйлянь выхватила у мужа фотографию, но свёкр мигом отнял у неё карточку.

— Дай-ка сюда.. — Отец Цюшэна надел очки и стал внимательно изучать фото. — Да, действительно, расстояние между губами уменьшилось. Но ты не заметил более очевидную вещь. Посмотри на этот завиток. По сравнению со вчерашним днём он теперь сильнее сдвинут вправо.

Бог забрал карточку.

–  На самом деле это не фотография, а приёмник телесигнала.

–  Э… то есть телевизор?

– Да. Прямо сейчас он получает сигнал от исследовательского космического корабля, который направляется к краю Вселенной.

– Это, ну, как трансляция футбольных матчей?

– Да.

— Так значит… эта женщина до сих пор жива? — Цюшэн был так шокирован этим фактом, что от удивления раскрыл рот. Даже Юйлянь вытаращила глаза.

— Да, она жива. Но, в отличие от земных прямых трансляций, сигнал передаётся с задержкой. Исследовательский космолёт сейчас примерно в восьми миллионах световых годах от Земли, и сигнал приходит с запозданием на восемь миллионов лет. Поэтому сейчас мы видим её такой, какой она была восемь миллионов лет назад.