Чтение онлайн

— Какой сегодня чудесный день, — сказала Юйлянь.

Она говорила не только о своих чувствах. За ночь все космические корабли исчезли, и небосвод снова был чист. Никому из людей так и не удалось посетить звездолёты. Боги были не против, но корабли отказались пропустить людей. Звездолёты не распознали примитивные зонды, запущенные человечеством, и шлюзы остались наглухо закрытыми. Когда последняя группа Богов прыгнула в атмосферу, все корабли одновременно сошли с орбиты и отправились прочь. Правда, далеко они не улетели и теперь дрейфовали в поясе астероидов.

Несмотря на почтенный возраст, корабли продолжали функционировать. У них была одна задача — служить Богам, и звездолёты не стали далеко улетать, чтобы быстро вернуться, если понадобятся хозяевам.

Два автобуса привезли в Сицэнь из областного центра сто шесть Богов. Наконец Цюшэн и Юйлянь встретили Бога, который был предназначен их семье. Они встали по бокам и, бережно поддерживая Бога под руки, повели его в дом. Сзади, улыбаясь, шли Бинбин и отец Цюшэна.

— Дедушка Бог, дедушка Бог, — Юйлянь склонилась к плечу Бога, и её улыбка сияла как солнце. — Я слышала, что благодаря технологиям, которые вы нам подарили, скоро наступит настоящий коммунизм! И когда это случится, каждый будет получать по потребностям. Больше не будет денег. Мы сможем просто приходить в магазин и брать любые вещи.

Бог улыбнулся и кивнул. С сильным акцентом он сказал по-китайски:

— Да. На самом деле «каждому по потребностям» касается только базовых потребностей цивилизации. Наши технологии принесут вам изобилие и комфорт, превосходящие все ваши самые смелые мечты.

Юйлянь засмеялась, и её лицо затрепетало, как распустившийся цветок:

— Нет, нет! Мне более чем достаточно «каждому по потребностям!»

— Угум, — поддержал её отец Цюшэна.

Мы сможем, как вы, жить вечно и не стареть? — спросил Цюшэн.

— Мы не можем жить, не старея. Мы просто живём дольше, чем вы. Посмотрите, как я стар! По мне так любой, кто прожил больше трёх тысяч лет, всё равно что мертвец. Такая продолжительность жизни — это очень плохо для цивилизации.

— О, три тысячи — это для меня слишком. Хватит и трёхсот. — И отец Цюшэна расхохотался, как Юйлянь минутой раньше.

Деревня праздновала тот день так, как будто это был китайский Новый год. В каждом доме накрыли праздничный стол, и семья Цюшэна не была исключением. Отец Цюшэна чашку за чашкой пил марочное жёлтое вино и довольно быстро захмелел. Он одобряюще показал Богу большой палец.

— Вы, ребята, просто молодцы! Создать столько живого — это настоящее чудо.

Бог тоже много выпил, но его голова оставалась ясной. Он отмахнулся:

— Нет, это не чудо. Это просто наука. Когда биология достигает определённого уровня, создавать живую материю не сложнее, чем собирать механизмы.

— Вы можете говорить что угодно. Но для нас вы всё равно что бессмертные, которые сошли с небес и стали жить среди обычных людей.

Бог покачал головой.

– Если бы мы умели творить чудеса, мы бы никогда не ошибались. Но, когда мы вас создавали, мы делали ошибку за ошибкой.

— Вы делали ошибки, когда нас создавали? — глаза Юйлянь широко распахнулись от удивления. В её представлении Боги создавали жизнь примерно так же, как она восемь лет назад рожала Бинбина. Как тут можно ошибиться?

— Множество. Вот одна из последних. Наша программа дала сбой, когда анализировала окружающую среду Земли, и это привело к появлению динозавров. Огромные тела и низкая приспособляемость. Их пришлось уничтожить, чтобы облегчить вам эволюцию. А если говорить о совсем недавних ошибках, которые случились после угасания эгейской цивилизации… После возникновения древнегреческих государств наша программа ошибочно посчитала, что на Земле наконец-то появилась цивилизация, способная стабильно существовать, как заведённые вовремя часы, и прекратила отслеживать обстановку и вмешиваться в происходящее. Это привело к ещё большим нарушениям. Программа должна была не дать Македонии, а потом и Римской империи захватить Грецию. В итоге, хотя и Македония, и Рим стали наследниками греческой цивилизации, линия развития Греции оказалась изменена…

Никто из семьи Цюшэна не понимал, о чём говорит Бог, но все слушали с глубочайшим вниманием.

— Затем на Земле возникли два величайших государства: Римская империя и Ханьский Китай [3] . Они развивались независимо друг от друга и так не соприкоснулись. А наши программы должны были дать им такую возможность…

— О каком Ханьском Китае Вы говорите? Лю Бан и Сян Юй [4] — это династия Хань, — наконец-то отец Цюшэна услышал что-то знакомое. — А что такое Римская империя?

— Кажется, в то время была такая страна, — попытался объяснить Цюшэн. — Она была очень большая.

Его отец нахмурился.

— Зачем им было встречаться? Когда во времена империи Цин иностранцы пришли в Китай, они нас победили. Неужели вы хотели, чтобы они это сделали ещё раньше, во времена династии Хань?

Бог засмеялся:

— Нет, нет. В те времена Китай был почти таким же сильным, как Римская империя.

— Всё равно это плохо. Если два сильных государства встречаются, начинается большая война. Пролилось бы море крови.

Бог кивнул и ухватил палочками кусочек говядины в соевом соусе.

— Может быть. Но если бы две великих цивилизации Запада и Востока столкнулись, появились бы искры, от которых зажглось бы пламя прогресса. Если бы не эти ошибки, сейчас человечество, возможно, колонизировало бы Марс, а ваши межзвёздные зонды уже пролетали бы мимо Сириуса.

Отец Цюшэна поднял рюмку с жёлтым вином и восхищённо произнёс:

— Все говорят, что Боги растеряли знания в своей «люльке», но вы всё равно такой учёный!

— Чтобы в «люльке» было удобно, надо знать немного о философии, искусстве, истории и тому подобном — только общие места, это не требует изучения. Многие учёные на Земле уже сейчас рассуждают гораздо глубже.

Первые несколько месяцев после того, как Боги официально пришли на Землю, были для них золотым временем. Они жили в гармонии с людьми, став членами их семей. Всё было как в далёкие времена, когда цивилизация Богов переживала своё детство. И казалось, что лучшего способа провести последние годы их крайне продолжительной жизни и быть не могло.

Бог в семье Цюшэна наслаждался мирной жизнью в южно-китайской деревне. Каждый день он ходил на пруд, окружённый зарослями бамбука, удил рыбу, болтал с другими стариками, играл в шахматы. Но больше всего Бог любил слушать народные оперы. Когда в деревню или в близлежащий город приезжал театр, он ходил на каждое представление.

Больше всего он обожал «Бабочек-любовников» [5] . Эту оперу Бог мог слушать бесконечно. Одного представления ему было мало — однажды он проехал вслед за труппой более полусотни километров, чтобы услышать её несколько раз. Наконец Цюшэн съездил в город и купил Богу видеокассету с записью. Бог смотрел её снова и снова и уже мог довольно музыкально промурлыкать себе под нос несколько строчек из оперы хуанмень.