Заброшенная деревня
Шрифт:
– Нет, – откликнулся спереди серый силуэт. Неужели здесь такая слышимость? – Нет. Я не маньяк. Ну, вот мы и пришли.
Силуэт остановился у ворот. Семён с Полиной подошли ближе, и плоская фигура их нового знакомца, и ворота, и ограда приобрели объёмность. Бородач оперся локтем на ржавый металлический забор. Ворота тоже были покрыты ржавчиной, краска давно с них сошла, кое-где она свисала мелкими лоскутами неопределенного цвета.
– Я выбрал этот дом, – сказал мужчина, – поскольку он был не таким старым, как все остальные. Ну что же… войдём.
Они прошли по дорожке до крыльца и увидели рукомойник, прибитый к веранде. Бородач взял из блюдца в руки небольшой брусок, намочил его и потёр руки. Потом протянул брусок Семёну.
– Это мыло. Магазинов, как вы видите, здесь нет. Приходится делать мыло из мыльнянки. Она растет у меня в огороде.
– Зачем нам мыть руки? – спросила Полина.
– Мы будем обедать.
Они вошли в темную избу, и бородач зажег несколько свечей. Изба была натопленной, на печи стояла мятая кастрюля.
Семен и Полина осматривали комнату. На подоконнике стояла ваза с засохшим букетиком цветов. Сколько он здесь простоял – неизвестно, но, видимо, давно. Цветы потеряли цвет, казались серыми, как и всё здесь вокруг.
– О, господи! – вдруг воскликнула Полина! – Что это?
Семён шагнул к ней и побледнел. На полочке с редкими книгами стояла потрёпанная и выцветшая фотография. Это был портрет Полины.
– Он маньяк, – зашептала Полина. – Я же говорила тебе. Маньяк. Зачем ему моя фотка? И откуда он её взял?
Семён молча полез во внутренний карман куртки, вынул блокнот. Раскрыв блокнот, он показал Полине фотографию – точь-в-точь такую же, как и та, что стояла на полке, только не потрёпанная.
– Это моя фотография, – сказал Семён. Он уже начал догадываться, что происходит, но упорно гнал свою догадку вон, как безумную. – Помнишь я снял тебя перед защитой курсовика? А потом распечатал снимок.
Полина посмотрела на него, и в её взгляде было столько ласки, что Семён снова ощутил тепло в груди.
– Он её украл? – спросила Полина. – Всё, что хранишь в смартфоне легко может сделаться общественным достоянием.
Конец ознакомительного фрагмента.