Чтение онлайн

И снова я промолчал. Слова мураков обрекали меня на одиночество. Вечное одиночество в мире людей и эльфов, где каждый галашский пьяница мог рассчитывать на друга, но только не я.

Я встал и прошелся по комнате. С тихими щелчками экраны поворачивались за мной. Вдруг мигнула стена, серый цвет стал светлеть и постепенно стена будто растаяла. Я увидел небо, солнце поднималось к зениту, в его лучах город сверкал своими стеклами, а за ним зеленела долина.

— Всё это твое, но тебе нужно сохранить и возродить это, — сказали голоса.

Я повернулся и упер руки в боки:

— Как?! Как я восстановлю город?! Чтобы очистить один дом мне понадобиться вся жизнь! А возродить?! Конечно, я могу с чудовищами напасть на Галаш, набрать себе десяток жен из людей и эльфов и целыми днями трудиться над потомством, но…

— Ничего этого не нужно, — перебили меня и тогда я взревел:

— А что вообще нужно?! Говорите, если знаете!

И они сказали:

— Нужно запустить сердце города.

— Сердце? — переспросил я.

— Да, сердце. Реактор. Весь город работает на энергии реактора. В дни восстания реактор заглушили и осталось лишь несколько аварийных генераторов, но они не способны дать силу всему городу, кроме того, они подходят к концу и если не запустить реактор, скоро мы исчезнем, ловушки, роботы, всё превратиться в бесполезный хлам и эльфы войдут сюда и заберут себе всё.

— Сколько ещё времени осталось? — спросил я.

— Может быть несколько месяцев, а может быть год. Но не больше.

Я кивнул:

— Хорошо. Тогда я сделаю это, но сперва мне нужно съездить в Галаш. Нужно прогнать эльфов и выручить дядю. И не отговаривайте меня — дядя вырастил меня с младенчества. Он кормил меня, заботился и никогда не делал мне зла. А теперь из-за меня его держат в темнице. Я должен его выручить и привезти сюда. Мы найдем ему дело. И я не доверю ему важных тайн. Я и сам уже не верю ему.

— Эльфийская армия на подступах к Зеленой долине — угроза нашей безопасности, сказал голос. — Её необходимо устранить, в этом ты прав.

— И в чем же её угроза городу? — удивился я. — Людям — да, но тут ловушки, чудовища…

— Эльфы многочисленны и владеют магией. Когда мы прибыли сюда, эльфы оказали сильное сопротивление, их магия успешно справлялась с нашим вооружением и мы едва не потерпели поражение. Их магия алогична, но сильна, это следует помнить. Если эльфы одолеют людей и придут сюда всей своей армией, город может пасть.

— Понятно, — сказал я. — Что же делать?

— Включать реактор. Затем пробудить город и его солдат. Направить их против эльфов.

Я снова сказал:

— Хорошо. Что мне для этого сделать?

Остаток дня я бродил по башне, разглядывая её убранство. Здесь было на что посмотреть — необычные материалы всюду, то, что казалось с виду деревом, оказывалось чем-то другим. Ничего не напоминало здесь богатого убранства дома старосты, но в каждом предмете была своя, особая красота. Затем я заметил, что зеленые листья мертвых растений покрыты пылью, в углах клоками висела паутина. Башня была пуста и мертва, как весь город. Я тяжело вздохнул — смогу ли я вернуть сюда жизнь? И как я один сделаю это? Я даже не мурак, наполовину человек.

Потом я поискал еды, но её нигде не было, воды не было тоже. Темнело и скоро уже надо было бы ложиться спать, если уж завтра я пойду включать этот самый реактор. Я решил выйти из города, напиться у ручья и пусть Сомо принесет мне кролика.

Я перешел на магическое зрение и вышел на площадь, замечая, что теперь в городе появилось очень много зеленых точек. Видимо железные чудища теперь стали мне не опасны. Ну хорошо. Я миновал улицу, на которой чуть не угодил в ловушку. Теперь она снова горела алым.

Когда я подошёл к окраине, небо уже налилось темно-синим, только край горел последними отблесками заката. Ко мне рванулся мой крошечный секретарь, вспорхнул на плечо:

— Хозяин! Хозяин! Человек! Я-а дядя… дядя, дядя! Киприан! Где мой Сэмми! — передразнил он чей-то голос и я застыл, как вкопанный, а потом бросился бежать со всех ног туда, где едва различимы во тьме были силуэты волколаков.

— Дядя?! Дядя Киприан?!

— Сэмми! — донесся до меня слабый вскрик и я, растолкав волколаков увидел его перед собой, моего бедного дядю, бледного, измученного.

Увидев меня, он хотел вскочить на ноги, но не смог, лишь протяну руки:

— Сэмми, мальчик мой! Ты жив!

И крупные слезы потекли по его морщинистым щекам. Я подхватил его и крепко обнял, поражаясь тому, как сильно он похудел, как мало в нем осталось от моего упитанного дяди. А он, обнимая меня, все твердил:

— Сэмми, Сэмми, я же думал, что ты умер и никогда уж мне не увидеть тебя!

Сомо принес кроликов и я ловко нарубил их и нанизал на ветку. Ни дать ни взять, как дома, в нашем трактире. Огонь весело горел, а я установил на камни жестяную плошку, прихваченную из города и бросил в воду листья смородины — для аромата.

Дядя немного успокоился и теперь с любопытством и страхом поглядывал на чудовищ.

— Я уж думал, сожрут они меня, — проговорил он.

— Дядя, — вздохнув, начал я, — Расскажи мне, пожалуйста, обо всем, что случилось с тобой после того, как мы расстались. Только ничего не скрывай, пожалуйста!

Он посмотрел на меня внимательно, тоже вздохнул:

— Что ж теперь! И расскажу.

— Так вот, Сэмми, ты приболел и спал у себя, как вдруг пришел слуга и зашептал что-то эльфийскому послу. Тот как вскочит: пропала, говорит, племянница и ваш паренек её умыкнул!

Дядя сверкнул глазами:

— Этого я не потерпел! Что еще за новости, говорю им, — чтобы мой Сэмми умыкнул девицу? Да он сосватан! Кто угодно вам скажет, что Сэмми мальчик умный и рассудительный!

Я вздрогнул так и представив себе, как мой дядя стоял против герцога и эльфийского посла уперев руки в боки и не уступал им до самого конца…

— А потом они пошли к тебе, Сэмми… — тут его голос дрогнул, — И тебя не оказалось в комнате. А у девицы нашли записку, мол сбегаю с вашим Сэмомо потому, что люблю-не могу.

— Чертова девка! — выругался я.

— Так ты её не крал? А, Сэмми? Теперь уж, между нами?

— Она навела на меня морок. Чтобы выманить из города. Она хотела заставить меня уйти сюда, в Пустошь.

— Вот стерва! — выругался дядя. — Надо было отравить мерзавку! Как вспомню, как нашел твою комнату пустой, так и сердце обрывается.

— Что было потом, дядя? — подтолкнул его я.

— А ничего. Увели меня в тюрьму, там маг принялся вопрошать кто ты, да что ты, да говорил ли, что хочешь девку умыкнуть. И так по шажочку, по кусочку, выманил из меня всё о тебе слово за слово. На четвертый день я всё как есть рассказал!