Чтение онлайн

— Ладно, — согласился Виктор и поинтересовался: — Без проблем хоть все прошло?

— Да, в общем-то. Если не считать того, что капитан «Вектора» не хочет даже разговаривать, цитирую, «с золотарями из ОЗ».

— Это чего так? — удивился Виктор.

— Да, вишь, пассажиры ему грязноваты, — хмыкнул Костя. — Говорит, фрахт не предусматривал того, что сервикам год каюты отмывать придется, а потом еще год — выветривать. Что он все понимает, что людей надо спасать, но, мол, мытье, в данном конкретном случае, тоже относится к спасательной операции, и пусть доблестные работники ОЗ по прибытии на Землю засучат рукава и не побрезгуют помочь сервикам. Я, конечно, как мог объяснил ему различие в подходах. Вот теперь он сидит у себя в рубке и дуется. Ему бы спасибо нам сказать, что мы всю тухлятину и все грязные предметы у колонистов конфисковали. Только одежду и оставили. Слушай, а может, еще Горыныча на него натравить?

— Да ничего, оттает. Дела житейские, в сущности, — махнул рукой Виктор. — А сейчас я б с удовольствием попил хорошего кофе и помылся. Или наоборот. Или все сразу. На этой посудине вообще варят хороший кофе?

Чтобы не трогать несчастного капитана «Вектора», «пресс-конференция» прошла на «Кузнечике». Помимо бээровцев пришли и строители, меркурианцы и почти весь экипаж лайнера. Места в кают-компании было не много, так что пришлось создать невесомость, чтобы уместились все желающие.

Не обо всем Виктор рассказывал ребятам. Тему каннибализма он сумел аккуратно обойти. Слушателей заинтересовала стычка с гигантскими хищными кошками.

— А, попадалась такая инфа. Хорошие зверюги были, — вклинился Фредди. — Их называли мокэтами. — Но больше сотни лет назад всех биотехов запретили по экологическим причинам. А раньше много разных наделали. Больше для помощи по хозяйству, но мокэты стали у многих домашним любимцами. Да, нынче таких только в фильмах и можно увидеть.

На Фредди зашикали и он смущенно замолк. Виктор продолжил свой рассказ. В полтора десятка минут он не уложился, хотя и рассказал намного больше, чем рассчитывал. Пришлось обойтись без вопросов из «зала»: осталось слишком мало времени. Но Виктор все же успел заскочить к Сереге Швецову. Парализатор, запасные энергоблоки, резак, синтезатор аптечки и даже куртку выложил Виктор перед ответственным за экипировку БР. В обмен получил от сумрачного парня сверток.

— Пистолет Барина, — пояснил Сергей и добавил с неодобрением: — Вечно везде его забывает.

— Я отдам, — кивнул Виктор, запихивая старинное пулевое оружие в рюкзак, и отправился к шлюзу.

Там уже толпились провожатые. Виктор пожал всем руки, забрался в бот «Вектора» и ступил на борт лайнера за пять минут до отбытия, из-за чего пришлось до каюты добираться уже бегом.

Виктор блаженствовал. Все же старт пассажирского судна — самый мягкий среди всех посудин Межфлота. Виктор и не понял бы, что они начали движение, не окажись обзорного экрана на стене. Просто окружающее пространство стало вдруг сдвигаться, по диагонали проплыл мутно-желтый диск Венеры, мелькнула сверкающая на солнце «Аврора»… А затем все очень быстро удалилось, остались только яркие немигающие звезды. Перегрузку при этом Виктор не ощущал совсем. Он подумал, что, наверное, только из соображений возможной аварии пассажиров лайнера просят сесть в кресла и застегнуть ремни.

Едва предупреждающий сигнал погас, как заговорил интерком:

— Инспектор Кудрявцев, просьба пройти в медицинский отсек.

Виктор вышел в коридор и нос к носу столкнулся с той женщиной-врачом, которая уводила из эвакобота Юлию. Женщина выглядела взволнованной.

— Быстрее идемте со мной, у нас возникла проблема.

— Идемте, — ответил Виктор, воздерживаясь от вопросов.

Они прошли по коридору. В одной из кают дверь была открыта, внутри никого, а на полу грудой свалены плащи из шкур и влажно поблескивало темное мокрое пятно. Женщина прошла мимо, не обращая на творящееся внутри помещения безобразие никакого внимания. Видимо, она уже все тут видела. Они дошли до медотсека.

— Входите, — произнесла врач, открывая дверь.

Виктор шагнул через порог и пораженно замер: на койке лежал окровавленный труп. Судя по всему, человеку перерезали горло. Лицо мертвеца показалось знакомым.

— Вы знаете, кто это? — резко спросила женщина.

— Скорее всего, знаю. Точнее, не знаю имени, но кто он — в курсе. Это главный жрец поселения на «Дилосе», — сообщил Виктор и поправился: — Был им.

— Понятно, — сказала врач и накрыла тело простыней.

— Давно его?.. — инспектор кивнул на койку.

— Час-полтора назад. Точно смогу ответить только после сканирования.

— А спутники где? Там ведь кто-то еще был, судя по всему.

— Помощник капитана увидел только одно тело, когда шел по коридору.

— Значит, трое сбежали, — пробормотал Виктор.

— Так, — ледяным тоном сказала женщина. — Лучше подскажите, сколько еще таких… сюрпризов меня ожидает в этом полете?

— Не знаю. Эти люди… Они долго жили в страшных условиях и привыкли к таким… вещам, — сказал Виктор и с трудом проглотил вставший в горле комок. — Знать бы, как они выбрались из запертых кают.

Навалилась какая-то тоска, безысходность. Мрачные предчувствия захлестнули инспектора. Приближалась беда, только неизвестно, откуда ее надо ждать.

— Так, мне надо срочно отыскать эту троицу.

Однако организовывать поиски не потребовалось. Внезапно ожила корабельная связь, на экране возникло чье-то хмурое лицо.

— Говорит капитан, — представился человек. — Инспектор Кудрявцев, четыре пассажира находятся в отсеке т-привода. Судя по данным компьютера, этих людей туда провела некто инженер-энергетик Юлия Романенко. Я связался с ней. Она говорит, что отключит машину, если вы откажетесь прийти. У двери дежурят два человека из моей команды, по другую сторону находятся трое других… хм… пассажиров, вооруженные ножами. У моих людей нет оружия, и мне не хочется, чтобы они рисковали. К тому же Романенко говорит, что если попытается войти кто-то кроме вас — она тут же нажмет кнопку. Действительно нажмет?

Виктор вздрогнул. Он вдруг понял, что сделал ошибку, принимая Юлию за несчастную дикарку.

— Да, — уверенно кивнул инспектор.

— Возможно, она не очень понимает, что делает. Пройдите, пожалуйста, в отсек и объясните Романенко, что в случае отключения погибнут все.

— Конечно! Я попробую договориться, капитан.

— Добро, — кивнул капитан. — Держите меня в курсе.

— Безусловно.

Экран отключился. Виктора пробила испарина. Это ведь по его вине «Вектор» может распасться на мелкие части. Как же он, инспектор ОЗ, мог упустить из виду, что браслеты работают на Земле и по сю пору! «Дилос» же синхронизировал базы, а значит, все данные оказались в общей сети. Вот и получилось, что Юлия не только обрела фамилию, но и превратилась в инженера-энергетика. А бортовой компьютер «Вектора» согласно правилам автоматически занес ее в список специалистов, способных помочь в экстренной ситуации, и прописал браслет в качестве ключа. С помощью браслета же Юлия вышла из каюты и нашла хранителей. Непонятно только, как же она смогла добраться до отсека. Вот так и случается, когда недооцениваешь людей.

Виктор выбежал было в коридор, но остановился, вернулся к себе в каюту и достал из свертка пистолет Барина и обойму с патронами. Тяжелый, пахнущий смазкой кусок металла лег в руку. Виктор вставил обойму в рукоятку и задвинул до щелчка. Он умел обращаться с этим доисторическим изделием. Когда-то все пробовали, как работает пулевое оружие — это входило в обязательную программу подготовки ОЗ. Да и с линеметом каждый не раз упражнялся, причем отнюдь не в учебных классах. Стрелял инспектор очень неплохо. Клал мишени даже с одной руки. Да вот только стрелять из пистолета в человека еще не приходилось ни ему, ни другим работникам ОЗ. Даже Барину.

Держа пистолет в руке, Виктор повернулся и вдруг увидел на стене в рамке план эвакуации. Там были обозначены все закоулки «Вектора». И значки помещений проставлены. В частности, энергоотсек был обозначен тем же самым символом, что и на «Дилосе». Вот и разгадка, откуда Юлия узнала в какую сторону идти. И снова то, что делалось для вящей безопасности людей, обратилось против них. Но и винить тут некого. Компьютер же не рассчитывал на злую волю, внося инженера в аварийный список, позволявший взять управление многими важными узлами на себя. И план эвакуации висел не для того, чтобы помочь злоумышленнику пробраться к двигателям, а чтобы указать спасающимся путь к шлюпочной палубе.