Чтение онлайн

Она бросила на него испепеляющий взгляд и быстро зашагала к ресторану.

— Никогда не пытайся навредить тому, кто может тебя убить за одну секунду! Я попрошу Михаила, чтобы Сабина в этой гостинице не появлялась, — сказал мне Константин серьёзным взглядом.

— Я не намерена постоянно терпеть всё и молчать, пусть эта стерва моет пол, только тогда до неё может что-то дойдёт! — со злостью произнесла я.

Константин ухмыльнулся.

— Хорошая идея, я посмотрел бы на Сабину со шваброй, — комично сказал он.

Я улыбнулась, а потом вздохнула:

— Вот и передай это Михаилу, а мне надо вытереть всю воду.

Константин не стал меня задерживать и исчез. Я заново перемыла пол в первом коридоре первого этажа, а затем взялась за другой. Только в начале восьмого пошла мыть посуду, а когда увидела целую гору, то стало как-то не по себе.

Но я всё помыла, и только без двадцати девять была свободна. Пока мыла посуду, разговорилась с одним поваром, он оказался очень весёлым и поднял мне настроение, ещё и накормил вкусно. Мне так понравилось в его обществе, что я теперь готова каждый день посуду мыть. Ему на вид лет пятьдесят, а зовут его Аркадий Семёнович.

У него большие синие глаза, сам он небольшого роста и с очень хорошим чувством юмора. Когда я стояла с угрюмым лицом и мыла посуду, он подошёл, взял одну тарелку и нарисовал пеной на ней улыбающуюся рожицу и протянул мне со словами:

— Любую работу нужно выполнять с хорошим настроением. Если настроение хорошее, то тарелки будут радоваться, что они чистые.

Я улыбнулась ему, а дальше мы уже разговаривали и даже смеялись. Ещё он мне порекомендовал сходить погулять перед сном хотя бы минут пятнадцать, на улице хорошая погода и нужно подышать свежим воздухом. Поблагодарив его за хорошо проведённое время и запечённую картошку с котлетой и овощным салатом, я быстренько переоделась и решила прогуляться. Уже шла к выходу из гостиницы, как меня остановил охранник, преградив путь.

— Вам запрещено покидать гостиницу после шести вечера, — сказал он мне басом.

— Это приказ Дмитрия Алексеевича? — спросила я.

Охранник положительно покачал головой. Как меня, мягко говоря, злят его указания, он совсем себе отчёт не отдаёт.

— Свяжитесь с ним и скажите, что мне срочно нужно в аптеку, самой.

Охранник секунд десять думал над моими словами, но в итоге велел мне сесть на диван и подождать ответа, а сам подошёл к телефону и набрал, по всей видимости, Дмитрия. Прошло несколько минут моего ожидания, как вдруг в пару метрах от меня появился Дмитрий и сразу же посмотрел на меня.

— Пойдём, — сказал он мне.

Я встала и быстро вышла из гостиницы.

— Зачем тебе в аптеку? — спросил Дмитрий.

— За тонной успокоительного, можешь идти, сама донесу, — резко ответила ему.

Дмитрий тут же остановил меня и серьёзно произнёс:

— Мне не до шуток, Лида.

— А я и не шучу, — ответила ему, кинув злой взгляд.

— Ты опять начинаешь вести себя безрассудно, — сказал он строгим голосом.

— Это я себя веду безрассудно? Это ты себе слишком многое позволяешь, чем неимоверно меня раздражаешь. И если так будет и дальше продолжаться, наши деловые отношения будут расторгнуты. Скажи, у вас есть такой закон, что после шести гулять нельзя? Я с утра и до вечера что-то делаю, а вечером мне просто охота погулять, но меня не пускают. Почему? — требовательно спросила у него я.

Он устало вздохнул и произнёс:

— Одной ты гулять не будешь. Хочешь прогуляться — пошли, только давай без лишних слов.

Я отвернулась от него и быстро зашагала к реке, чувствуя прилив невероятной злости. Оказавшись на мосту, поставила локти на его перила и облокотила голову на ладони. Я смотрела прямо в тёмную воду, вспоминая 31 августа, когда мы впервые увиделись. А сейчас мы стоим молча, нам нечего друг другу сказать.

Нет, не так, ему нечего мне сказать, а вот мне есть, но я молчу, как он и просил — без лишних слов. Простояла так минут пять, моё сердце обливалось кровью, в голове крутились воспоминания, и всё это меня мучало и разрывало на части. Резко повернулась и направилась к гостинице.

— Я нагулялась, можешь идти по своим делам, — с болью сказала Дмитрию на ходу.

Неожиданно он меня развернул к себе.

— Я больше не могу себя сдерживать, — быстро сказал он и прильнул к моим губам.

Но вместо того, чтобы ответить ему взаимностью, я отпрянула от него и с силой дала пощёчину.

— Ах, ты больше не можешь себя сдерживать? А теперь молча послушай меня. Если перебьёшь — я уйду. У меня нет сил, как у тебя, но обещаю, что уйду, как бы ты меня не останавливал, — сделала два шага назад и продолжила говорить на повышенных тонах. — Начнём с того, что ты мне говорил при прощальной встрече. Ты просил меня не винить себя за твой уход. Серьёзно, Дмитрий? Я себя винила, виню и буду винить в этом. О каком ты будущем говорил, в котором спустя какое-то время, опираясь на то, что я сильная духом, у меня всё будет хорошо и без тебя? Ты видел меня в будущем с Андреем? Ты, как и всегда, всё решил за меня. А теперь я тебе скажу свою точку зрения, — сделала глубокий вздох, посмотрев на землю, немного собралась с мыслями и продолжила говорить. — Две недели я сходила с ума, каждый день ходила на поляну и стояла там часами, неважно холодно ли, темно или под дождём, я надеялась, что ты мне пошлёшь хоть какой-то сигнал, что ты вообще жив. День и ночь я винила себя в твоём уходе, убивалась и изводила всех вокруг, пока Андрей мне, в прямом смысле, не вправил мозги и не вселил веру. Я начала приходить в себя, поставив перед собой цель — узнать о тебе всё, что возможно, не смотря ни на какие опасности. Увидеть тебя вновь — это было моей заветной мечтой.

Слёзы потекли из глаз, Дмитрий сделал шаг ко мне, но я выставила руку и произнесла:

— Не подходи! Я прошла через многое, Дмитрий, несколько раз чуть не умерла, но всё это ничто по сравнению с тем, как со мной обошёлся ты, когда я увидела тебя в экзаменационном зале. Вот тогда для меня наступил апокалипсис, но и его я пережила, правда сама не знаю как. Я готова на всё ради тебя, Дмитрий, потому что люблю тебя, и никакое время не залечит мои раны. Я могла ожидать всего, но не такого отношения ко мне с твоей стороны. Ты сам говорил, что нужно ловить моменты, но за эти почти четыре дня нет ни одного положительного момента. Вместо того, чтобы обнять меня в пятницу и успокоить, ты меня довёл до невыносимой истерики, а все последующие дни прибавлял мне боль, с которой я еле боролась. А сейчас ты больше не можешь себя сдерживать. И что ты ожидал? Что я от счастья брошусь к тебе на шею? Ни за что! Теперь оставь меня в покое и не иди за мной! — закончила говорить я, а затем вся в слезах побежала в гостиницу.

========== Глава 13 ==========

Тепло наших тел.

Оказавшись в своём номере, почти задыхаясь, сразу же открыла холодную воду и начала умывать лицо до тех пор, пока хоть немного не успокоилась. После умывания сняла кофту и начала ходить взад-вперёд, проматывая в голове последние минут двадцать. Что мы делаем? Причиняем друг другу боль.

Вот только я не считаю, что поступила неправильно, когда не ответила взаимностью и высказала малую часть того, что хотела. Вдруг дверь моего номера открылась, и в него вошёл Дмитрий. Получается, у него есть ключ-карта от моего номера.

— ДМИТРИЙ, УХОДИ! — громко и приказным тоном сказала я.

— Нет! — твёрдо ответил он, и по моему телу побежали мурашки.

Он начал двигаться в мою сторону, я быстро забежала в комнату и закрыла дверь изнутри. Не успела даже обернуться, как он прижал меня к стене.

— Дмитрий, уйди, я попросила тебя оставить меня в покое! — начала нервно отталкивать его, но всё тщетно.

— Ты знаешь, что такое нет? Нет — это, значит, нет! — произнёс он уверенным голосом.

Когда-то я уже слышала эти слова, в тот день, когда ко мне пристали трое пьяных парней в парке, и в этот же день появилась метка. Я очень тяжело дышала, мне было нехорошо, но я продолжала стоять на своём.

— УХОДИ!

— Не в этот раз, Каштанка, — сказал Дмитрий и крепко меня обнял.

— Дмитрий! Не пытайся меня задобрить, — сопротивлялась я.

— Я хочу тебя успокоить, — произнёс он и провёл рукой по моим волосам.

— Ты меня только нервируешь, — солгала ему я.

— Не правда, — спокойно ответил он.

На пару секунд я прикрыла глаза, ни руками, ни ногами пошевелить не могла. Я бы могла сейчас кричать на него, биться изо всех сил, чтобы он отпустил меня, но мне уже этого не хотелось, как ни странно, даже в таких моментах только он в силах меня успокоить. Почему он этого раньше не сделал?