Чтение онлайн

– Тебя никто не просит сейчас, – резко выдохнула я, уголком сознания понимая, что мой голос в этот момент жужжит, как десятки растревоженных ос. – Если тебе так не хочется мной заниматься, то не стоит себя утруждать. Особенно если я так тебе надоела.

– Ты… ребенок, которому не хватает хорошей порки, – тихо, но яростно прошипел Бес, отпуская мои плечи.

– Но ты не мой отец, чтобы устраивать ее, – промолвила я с долей иронии, чувствуя, как возникает желание рассмеяться, повернувшись к Бесу. Как же это сложно – встретить его взгляд, в котором нет ничего из того, что мне хотелось бы увидеть, и все равно остаться перед ним открытой, как книга, где каждая точка, каждая буковка болит и истекает кровью.

Мне не хотелось столкнуться с демоном в момент своего ухода. Лучше бы это выглядело позорным бегством.

– В тебе есть немного от меня, – вдруг спокойно заметил Бестелион.

– Это «немного» не дает тебе никаких прав и обязанностей, – промолвил мой страх. – Я не должна слушать тебя и не хочу. Там мой отец.

– Ты совсем не знаешь Леониса.

– Знаю, десять лет он был рядом со мной! В другом обличье, но рядом. Я чувствовала его любовь всегда, – ответила я, боясь, что голос сорвется на визг. – У меня почти никого не осталось! Мамы нет, отца тоже может не стать. А ты мне никто и не смей решать, что и как должно быть! Я из другого мира. Не отсюда. Там люди живут по иным понятиям. Там мои бабушка и дедушка. Они до сих пор не знают, что я жива.

– Но ты ведь принадлежишь и этому миру тоже, – невесело хмыкнул демон.

– Вовсе нет! Я не родилась здесь и не жила. Я знаю, где хочу быть и с кем. Если останусь жива, то вернусь домой. Потому что мой дом там. Во мне больше человека, чем всего остального, хотя порой начинаю чувствовать себя компотом.

– И тебе есть к кому вернуться? – усомнился Бес.

– Есть! Там люди, которые меня любят больше, чем неизвестно кто в этих ваших мирах, похожих на липкий заплесневелый бутерброд.

– Любят… – сам себе под нос повторил демон. – Значит, тот уговор, о котором шла речь, все еще в силе?

– Конечно! – с жаром отозвалась я, чувствуя, как что-то поменялось. Обдумывая свои слова, я обнаружила целую кучу мелких колкостей.

– Понятно. Ну что же… Ты сделала выбор.

Больше демон ничего не сказал, просто растаял в облаке белого дыма и отблесках мельтешащих зеркальных брызг. В одночасье стало так холодно и обидно, что не удержавшись, я горько заплакала, не пытаясь вытереть щеки или унять дрожь в руках. Слезы мелкими капельками скатывались к подбородку, хрупкими кристаллами отрываясь от кожи и зависая перед моим лицом блестящими искрами.

Я довольно долго простояла неподвижно, не пробуя как-то собраться. Осознание собственной вины захлестнуло меня, делая рассуждения полной глупостью и ненужной шелухой.

«Нельзя стоять на одном месте долго», – суматошной птицей пронеслась в голове мысль.

Я очнулась от оплакивания своей тупости, чувствуя покалывание в пальцах ног. Смотреть было страшно, но увиденное испугало куда больше.

Еще ни разу мне не доводилось не видеть своих ног. Их не скрывал туман или зеркальная пыль. Ног просто не было!

Перепуганно запричитав, я побежала вперед, считая про себя шаги. Пространство изменилось и обрело новые очертания. Зеркала пропали, белый туман – тоже. Меня окружал огонь. Холодный и не опасный, но огонь, окрашенный в цвета зимней вьюги.

«Этого места вообще нет. Фактически ты не двигаешься. Происходящее лишь плод чужой фантазии!»

Словно проверяя, твердо ли я это запомнила, из пламени выскользнула огромная желто-зеленая змея, которую можно было бы назвать старшей сестрой земного питона. Змея медленно двигалась в мою сторону, шипя и наводя ужас необъятными чешуйчатыми кольцами.

– Ты не существуешь! – взвизгнула я, шагнув пресмыкающемуся навстречу, даже не представляя, что будет дальше. Но ничего не произошло. На моем пути не встретилось никакого препятствия, словно, показывая невероятного питона, мои глаза и уши лгали. Посмотрев вниз, я увидела только свои вновь появившиеся ноги. Змея пропала, будто ее и не было.

Вокруг меня все опять изменилось. Огонь потух, обнажив что-то вроде круглой пещеры со множеством совершенно одинаковых выходов.

«Это самое простое, – призналась Мереша, рассказывая об этом. – Тут не важно, в какой проход ты идешь. Они одинаковые. Важно то, куда ты хочешь попасть. Только это».

В очередной раз вздохнув и приказав себе не раскисать, хотя это было сложно, я закрыла глаза, представив лицо отца, а потом сделала шаг. По ушам хлестнуло ветром, как кнутом.

И вдруг стало понятно, что именно теперь у меня нет пути назад. А секунду назад еще был. Еще можно было все переиграть.

– Ну что же, – хмуро пробормотала я, – белые начинают и выигрывают!

– И ты просто ее отпустил? – сухо спросила Идерна, рассматривая полустертые руны под увеличительным стеклом. Затем демонесса устало откинулась на кожаную спинку широкого кресла и прикрыла глаза, о чем-то задумавшись.

– Было бы чревато пытаться там повлиять на Лену, – пожал плечами Бестелион, облокотившись на каминную полку.

– Девочка делает глупость, сам знаешь, – печально пробормотала Повелительница, с сочувствием глянув на сына. – Не говори пока никому. Особенно Амадеусу.

– Как он?

– Не желает со мной разговаривать, – хмыкнула Идерна и поиграла бровями. – Не ожидал от своих подданных такой подлости. Это ведь предательство, представляешь?

– Почему? – спросил демон. – К суду высших обращались и раньше…

– Нет, Бес. Здесь другое, – расхохоталась довольная Идерна. – Это придумали темные. Их право всегда считалось высшим. И во времена темных Повелителей никто не смел противиться такому решению. А Амадеусу указали… на его не слишком высокую родовитость. Но все было бы ничего, если бы весть не распространилась за пределы замка. Уверена, это Алесия постаралась. Умная девочка. Она сообщила отцу. Тот оповестил других. Теперь главные семьи хотят, чтобы я села на трон.

– Знаю, я читал одно из посланий, – согласно кивнул Бестелион. – Оказывается, все ждали, что, приняв в мужья нетемного, ты сама будешь править.

– Не очень мне этого хочется, – сказала Идерна. – Но что делать? Кто-то должен сейчас принять власть. Тем более Верхние ведут странную игру. То они пытаются напасть, то… Вот ты знаешь, что означает это затишье?

Бес ничего не ответил, только неопределенно пожал плечами, глядя в глубину раскаленных углей, где играли в искристые снежки крохотные белоснежные саламандры-стихиалы.