Чтение онлайн

– Все шло прекрасно, пока на сцене не появилась "Сьерра риверз". Ты едва мне все не испортил.

– Но у тебя дела и без того были неплохи.

– Нет. Не будь тебя, я стал бы мэром. И женился бы на Хлое.

Окончательно выйдя из себя, Хлоя нервно заерзала. Томас и сам едва удержался, чтобы не броситься на негодяя.

– Но между вами никогда ничего не было.

– Ошибаешься! – Конраду изменило спокойствие, и он заговорил взволнованно и громко. – С самого детства мы были неразлучны и с каждым годом становились все ближе. Еще немного – и Хлоя ответила бы на мои чувства! Но тут явился ты!

Рука Конрада, державшая револьвер, дрогнула и затряслась.

– Убери эту штуку, пока не случилось непоправимое, – посоветовал Томас. Он понимал, что не стоит раздражать Конрада, и надеялся, что тот придет в себя.

– Какое хладнокровие! – издевательски бросил Конрад. – Вижу, ты вполне уверен в себе. Каково это, Томас, всегда чувствовать себя правым? И при этом неизменно оставаться боссом? Иметь возможность бросаться деньгами налево и направо?

– Да ты шутишь, – коротко рассмеялся Томас. – Ты прекрасно знаешь, откуда я вышел и как жил.

Конрад сжал челюсти, плечи его безвольно опустились.

– И все же добрался до самого верха.

Да еще отбил у тебя девушку, подумал Томас, прекрасно понимая, что Конраду пришла на ум та же мысль.

– А я считал, что мы друзья.

Теперь засмеялся Конрад, зло, издевательски, с холодным прищуром сверкающих ненавистью глаз.

– Ты всегда был одиноким волком и не нуждался в друзьях. Собственно говоря, я делаю тебе одолжение. Тебе всегда нравилось быть одному – вот я и засадил твоего папочку в кутузку. Ах, тебе еще ничего не известно? Да, да, он снова за решеткой. И, похоже, мог бы добиться смягчения приговора, согласившись дать показания против тебя, но увы… – Конрад сочувственно развел руками. – Боюсь, этого недостаточно. Он останется в тюрьме хотя бы потому, что слишком напоминает мне тебя. И заруби себе на носу – Хлоя будет моей. Мы созданы друг для друга.

Внезапно Конрад нахмурился и попытался заглянуть через плечо соперника, чтобы увидеть Хлою, но та уткнулась лицом в спину Томаса.

– Хлоя, немедленно подойди ко мне, – приказным тоном потребовал Конрад.

– Нет!

– Она останется со мной, – спокойно сказал Томас и стиснул руку Хлои.

Конрад направил дуло пистолета прямо в сердце Томаса.

– Советую хорошенько подумать.

– Она останется со мной, – твердо повторил Томас.

– По-моему, ты не совсем понимаешь… Вот и хорошо, молодец!

Конрад одобрительно улыбнулся при виде Хлои, решившейся выступить вперед. Томас попытался было схватить ее, но Хлоя ловко увернулась.

– Он застрелит тебя, – прошептала она, умоляюще глядя на Томаса блестящими от слез глазами. – Я не вынесу этого.

– Как это ни трогательно, – сухо заметил Конрад, слегка взмахнув пистолетом, – ваши желания не имеют для меня особого значения. Хлоя! Быстро иди сюда!

Не веря собственным глазам, Томас увидел, как Хлоя высоко подняла голову и послушно подошла к Конраду.

– Не трогай его, – дрожащим голосом попросила она. – Пожалуйста, Конрад, оставь Томаса в покое. Если ты убьешь его, значит и я умру.

Она старается спасти его жизнь. Любой ценой!

В душе Томаса что-то перевернулось. Страх ушел, он почувствовал себя пугающе жестоким, неумолимым и безжалостным.

– Нет, – прохрипел Томас, – не выйдет! Это еще не конец!

Словно в кино Томас наблюдал, как Конрад, вцепившись одной рукой в Хлою, стиснул зубы и злобно прищурился. Противники в упор смотрели друг на друга. Какое-то мгновение ни один не шевелился, только в глазах Конрада сверкнуло торжество победы. Томас проигрывал и сознавал, что у Конрада не осталось иного выбора, кроме как прикончить его, причем как можно быстрее – прежде, чем сюда явится кто-то посторонний. А это означало, что опасность грозит не только ему. Жизнь Хлои тоже висит на волоске.

Мысленно пообещав себе, что не сдастся без борьбы, Томас молниеносным рывком метнулся вперед. Хлоя вскрикнула и тоже бросилась на Конрада, явно намереваясь не дать ему выстрелить. Но дверь кабинета вдруг бесшумно открылась, что-то просвистело в воздухе, раздался глухой стук, происхождение которого Томас не сумел определить.

Время, казалось, остановилось. Томас, еще в прыжке, мысленно успел проститься с жизнью и помолиться за Хлою, не побоявшуюся рискнуть ради него своей жизнью. Оглушительный выстрел словно на миг погасил жизнь в Томасе и вдруг вернул его назад к мрачному, полному ужасов и кошмаров наяву прошлому. Но никогда и ни за кого он не испытывал такого страха, как сейчас.

Только не Хлоя! Прошу тебя, Господи, только не Хлоя!

Он сильно ударился коленями о бетонный пол, но ничего не почувствовал. Хлоя и Конрад, повалившийся на нее, очевидно, были без сознания – их руки и ноги бессильно переплелись.

Неужели пуля не пощадила ее? Томас трясущимися руками сбросил с Хлои обмякшее тело Конрада и, несмотря на владевшую им панику, с бесконечной осторожностью перевернул девушку.

– О Господи, она ранена?

И Томас только сейчас заметил стоявшую на пороге Огастину.

– Не знаю, – угрюмо бросил он, глотая непрошеные слезы.

Но тут Хлоя распахнула прозрачно-зеленые глаза и несколько раз моргнула, чтобы прийти в себя.

– Томас… – прошептала она, прежде чем вскочить и припасть к его груди.

– Ты… – Томас осекся и старательно откашлялся. Его душило волнение. – Ты не ранена?

– Нет. И ты, кажется, тоже. Слава Богу!

И тут Хлоя громко зарыдала. Поверх ее трясущихся плеч Томас успел разглядеть все еще неподвижно лежащего Конрада, и сердце почему-то сжалось от тоски. Но тут его внимание привлек громкий кудахтающий смешок. Подняв голову, Томас ошеломленно уставился на Огастину, которая, хитро улыбаясь, взмахнула сковородой с тяжелым стальным дном.

– Он был слишком занят собой и своим вероломством. Поэтому так и не понял, откуда гром прогремел! – торжествующе объявила она. – А рука у меня тяжелая. Уж поверьте.

– Метко целишься, – с трудом улыбнувшись, сказала Огастине Хлоя. – Только в следующий раз будь попроворнее. Чем проворнее, тем лучше.

Томас рывком притянул ее к себе и стиснул так сильно, что она поморщилась от боли. Но Томас не мог отпустить ее. Ни за что! И никогда!

– Я немедленно звоню шерифу, – хмуро объявила Огастина. – Настоящему шерифу.

Решительно набрав номер, она принялась отрывисто раздавать приказания, пока Томас прижимал к груди обессилевшую Хлою, пытаясь поверить, что все в порядке и кошмар закончился.

Неожиданно Огастина жалостно шмыгнула носом и покачала головой.

– Я всегда любила Конрада… Правда, любила. Но когда я пришла, чтобы поговорить с тобой, и услыхала все, что он тут плел, дорогая, то просто обезумела от злости. Я кинулась на кухню, поискать, чем ловчее двинуть его по башке, но ничего, кроме сковородки не подвернулось под руку. Правда, сказать по справедливости, и это оружие сработало совсем неплохо. Жаль только, что я слишком медлительна.