Чтение онлайн

Освободив замок от упаковки, Слава сказал:

– Пожалуй, самое время вставить ключ в замок...

Они неторопливо соединили перстни в нужном порядке. Толстая составная трубка, в которую превратились семь перстней, приятно утяжеляла руку. Все трое по очереди подержали ее в ладонях. Потом Багдасаров перевернул ее камнями вниз и решительно вставил в замок.

Трубка уверенно встала на место, тихо щелкнув.

Минута тянулась за минутой, в комнате повисло напряженное молчание. Они ждали, но ничего не происходило.

Наконец Ромка не выдержал:

– Где же дорога?

Его вопрос прозвучал на удивление жалобно.

– Я ничего не вижу...

Багдасаров внимательно взглянул на Ромку и отрешенно прошептал:

– Дорогу не обязательно видеть. По ней нужно просто идти. Где-то я это читал...

Шаг к столу они сделали одновременно, к столу, где покоился вставленный в замок ключ.

– Откуда я знаю?
– сердито сказал Багдасаров, словно огрызнулся.
– Не сработала, и все.

Ромка требовательно таращился на него и отставать не собирался. Перстни уже рассовали по ячейкам, замок, завернутый в замшу и целлофан, остался в центре пыльного стола.

– Может, мы не учли чего-нибудь. Не выполнили некое условие. Или, наоборот, сделали что-нибудь лишнее. Или выбрали неудачное время. Да мало ли? Что мы в сущности знаем? Почти ничего - собери ключ и вставь в замок. А вдруг это нужно делать лишь в полночь с четверга на пятницу, убив предварительно летучую мышь и сориентировав замок по компасу? Да чтобы в радиусе десяти метров не было ничего железного? А?

– Ерунда, - отрезал Дима.

Ромку распирала досада.

– Ерунда, конечно, - уныло согласился Багдасаров.
– Но ведь не сработала эта штуковина?

Федоренко поморщился.

– Погоди, Слава, не пыли. Во-первых, с чего ты взял, что не сработала? Вдруг это мы, олухи, попросту ничего не рассмотрели? Думал над этим?

Багдасаров сел на диван.

– Иносказание?
– неуверенно предположил он.

– Необязательно, хотя и не исключено.

– А что еще? Не отпирайся, старший, я вижу, что у тебя есть теория.

Багдасаров оттаял и вновь превратился в прежнего Багдасарова пытливого, цепкого, расчетливого и спокойного. Ромке, как всегда, досталась роль слушателя.

Дима помедлил, словно взвешивал в последний раз свои мысли и доводы.

– Ты не задумывался, почему практически все восточные философские системы так или иначе называются "Путь"? Путь длинного кулака, путь дракона, звенящий путь? Даже каратэ - это "Путь пустой руки", а не просто "пустая рука", как все привыкли переводить. Каратэ-до!

– Своеобразный метод самоуглубления?
– вдумался Багдасаров, подхватив мысль и развивая ее.
– А что? Сколько мы документов переворошили, сколько информации впитали и перелопатили... Это ведь тоже способ самосовершенствования, путь к себе, грубо говоря. Хм, забавно!

– Другой вариант, - продолжил Дима.
– Экзамен. Дорога открывается только со второго раза. Или с третьего. Цель - проверить, насколько ты в ней нуждаешься. Если один раз попробовал и охладел от неудачи - гуляй, такие не требуются. А если ищешь, пробуешь снова и снова...

– Да ты просто кладезь мудрости, - усмехнулся Багдасаров.
– Только у тебя чересчур уж... астральный подход.

– Предложи материальный, - парировал Дима.

– Я уже предлагал: невыполнение какого-либо условия-фактора.

Дима покивал.

– Знаешь, - досадливо сказал Багдасаров, - поспешили мы с тобой в Киев. Зря не стали копаться в дневниках Филиппа-ключника. Откуда у него такое странное прозвище?

Федоренко пожал плечами:

– Еще не поздно!

Багдасаров вздохнул и глянул на Ромку.

– Вот так-то, Ромочка!

Улыбка его была азартной и чуть-чуть грустной. Ромка улыбнулся в ответ.

– Знаете, ребята... Мне кажется, вы уже давным-давно в дороге. Один я на обочине застрял. Возьмите меня с собой, а?

– То есть?
– не понял Дима.

– Можно с вами в архив? Ни разу ведь не был. Авось, помогу что-нибудь раскопать.

– Эк хватил!
– покачал головой Славик и обратился к Диме: - Ну, что, берем его?

– Но учти, - честно предупредил Федоренко, - архив Филиппа в Ярославле, а куда нас потом занесет...

– Ну и ладно, - не смутился Ромка.
– Дорога есть дорога!

– Вот и отлично.

Багдасаров любовно уложил футляр с перстнями и замок в дипломат и направился к выходу. Только теперь Ромка вдруг увидел на внутренней стороне двери полустертую надпись: "Via est vita" - гласила она.
– "Дорога - это жизнь."

И Ромка понял, что согласен.