Чтение онлайн

— Джимми здесь славно все устроил.

— Да, он очень милый человек.

— Все Киты такие, — сказал он. — Даже Стюарт, несмотря на все его недостатки. Вижу, он довез вас в целости и сохранности.

— Да.

— Стюарт — парень хороший, но… — Доктор на миг замолчал, как будто подбирая слова. — Во многом он все еще парень. — Что, по моему разумению, было чем-то вроде отцовского предупреждения.

Я улыбнулась, давая понять, что в этом нет необходимости.

— Да, я заметила, — сказала я, а потом как бы между прочим спросила: — А второй брат? Тот, который преподает?

— Грэм? О, Грэм — птица совсем другого полета. Он не похож на Стюарта. Совсем не похож. — Доктор задумчиво сдвинул брови. — Пожалуй, вам следовало бы с ним поговорить. У него замечательная память, и он может помочь вам. К тому же, — добавил он, — юный Грэм сам отчасти якобит. Он знает, наверное, все, что связано с 1708 годом. Сейчас он живет в Абердине, но приезжает почти каждую неделю. Его иногда можно встретить на берегу. Он гуляет там с собакой. У него небольшой спаниель. — Тут он постучал пальцем по своим часам. — Мне пора. Фотографии пусть у вас остаются, пока они вам нужны. Планы тоже. Надеюсь, они вам пригодятся.

Я не сомневалась, что пригодятся, и сказала об этом.

Когда он ушел, я напомнила себе, что эти планы превратили мою утреннюю работу в напрасную трату времени. Подойдя к столу, я отодвинула в сторону самодельный план, чтобы освободить место для настоящего.

Сверток плавно выскользнул из тубуса, и я развернула его на столе, прижав непослушные края линейкой и длинной стороной моей папки. Передо мной лежал масштабный план замка Слэйнс в его первоначальном виде с аккуратными надписями.

Изучив его, я нахмурилась, недоверчиво потянулась за планом, нарисованным мною этим утром, и положила его рядом для сравнения.

«Это просто не может быть», — подумала я, и тем не менее это произошло.

Они совпадали. Полностью.

Не просто напоминали друг друга. Они были идентичны. Кухня, гостиная, комната Софии, маленькая угловая комнатка для шитья — все они были в тех местах, где расположила их я на страницах своей рукописи, где я представляла их в уме.

Но как такое могло произойти? Как человек может столь точно изобразить то, чего никогда не видел?

Где-то в глубинах подсознания я снова ощутила волнение, и женский голос у меня в голове произнес: «Ты же видишь, что мое сердце отдано этому месту навсегда…»

Только на этот раз то был голос не Софии.

Я услышала собственный голос.

— Да уж, довольно необычно, — успокаивающим тоном произнесла по телефону Джейн.

Я ответила ей:

— Необычно — не то слово. Это в голове не укладывается.

— Кэрри, дорогая, у тебя фотографическая память. Ты можешь дословно пересказать наши разговоры трехлетней давности. Говорю же тебе, ты просто где-то уже видела план замка, вот и все. Ты просто забыла.

— Если у меня такая замечательная память, как я могла забыть?

Она вздохнула.

— Слушай, не спорь со своим агентом. Просто прими как факт, что я права.

Это заставило меня улыбнуться. Я никогда даже не пыталась спорить с Джейн, потому что знала: мне ни за что ее не переубедить. Если она была уверена в своей правоте, легче было передвинуть горы, чем заставить ее изменить мнение.

— Ты не думаешь, что я тут в ясновидца превращаюсь?

— Когда начнешь выигрывать в лотерею, — пообещала она, — вот тогда я поверю, что ты стала ясновидящей. Если хочешь знать правду, я думаю, ты просто настолько втянулась в свою новую книгу, что тебе уже пора отдохнуть. Ты вымоталась. Устрой себе выходной. Посиди, задрав ноги, поплюй в потолок.

На это я заметила, что, если не работать, здесь попросту нечем заняться — в коттедже нет телевизора.

— Ну так найди паб. Выпей пива.

— Нет, это тоже не то. Утром я пойду гулять по берегу. Не могу просто сидеть и ничего не делать.

В голосе Джейн послышался упрек.

— Ты обещала, что не будешь ходить на скалы одна.

— Я буду не одна, — сказала я и тут же пожалела. Джейн обладала прямо-таки нечеловеческим чутьем, и надежды утаить от нее такую величину, как Грэм Кит, у меня не было.

— Да? Кто с тобой идет? — прямо спросила она.

— Один знакомый моего хозяина, — ответила я и, пытаясь замутить воду, начала рассказывать о том, как Джимми пришел ко мне из своего любимого заведения со списком полезных людей. — Он взялся помогать мне.

— Очень любезно с его стороны. — У меня отлегло от сердца, но, как оказалось, преждевременно. — И какой он, этот его друг? Молодой? Старый? Симпатичный?

Я сказала:

— Он преподает историю в Абердинском университете.

— Я не об этом спрашивала.

— Слушай, ну как, по-твоему, выглядят университетские профессора?

Она позволила мне на этом закончить объяснения, но я достаточно давно и хорошо ее знала, чтобы понимать: продолжение разговора не заставит себя долго ждать. Это было только начало.

— В любом случае, не пиши сегодня. Твоему бедному мозгу явно нужен отдых.

— Наверное, ты права.

— Разумеется, я права. Позвони мне завтра после своей прогулки, ладно? Чтобы я знала, что ты там не свалилась с обрыва.

— Хорошо, мамочка.

Но к ее совету не работать сегодня я прислушалась. Я даже не стала ничего читать, хотя документы, которые доктор Уэйр дал мне вчера вечером, — статьи, имеющие отношение к замку Слэйнс, и копии воспоминаний Джонсона и Босуэла о пребывании там, — заманчиво лежали в папке рядом с моим креслом. Но я специально не смотрела в ту сторону. Я заварила чай, включила электрообогреватель, села в кресло и через какое- то время заснула.

III

Садовник не понравился ей. Он был не такой, как Кирсти, или Рори, или стряпуха миссис Грант. Не был он похож и на солодильщика, который не отходил от темного, источающего ароматные пивные запахи домика, и на молочниц, которые только и делали, что посмеивались да шушукались каждый раз, когда она выходила из дома. Нет, садовник был совсем не таким.

Он не был старым, но порой выглядел глубоким старцем, когда склонял над садовыми инструментами свое угловатое лицо с угрюмыми глазами, взгляд которых, казалось, устремлялся на Софию всякий раз, когда она оборачивалась.

Теперь, когда пришла весна, он весь день крутился у Слэйнса, хотя и не жил здесь.

— О да, — понимающе произнесла Кирсти, — Билли Уик. Я сама его терпеть не могу. Когда он на меня смотрит, я чувствую себя так, будто в одном нижнем платье перед ним стою. Покойный граф любил его отца, который тоже здесь был садовником, потому ее светлость графиня и держит его, — рассказала она, разжигая огонь, а затем направилась по коридору в сторону кухни.