Забытая история любви
Шрифт:
Вдруг ребенок внутри нее с силой толкнулся, словно давая знать, что нападение Уика не причинило ему никакого вреда. И, вобрав в себя эту силу, София сказала:
— Сейчас мое единственное желание — чтобы с ребенком ничего не случилось.
— С ним ничего не случится, — заверила ее графиня. — Но сама ты не справишься. — По строгому выражению ее лица было видно, что она много об этом думала и знала, что делать. — Тебе понадобится помощь.
Глава 16
Джейн опустила листы бумаги и сказала:
— Ну и?
Оторвав взгляд от тарелки с тортом, я спросила:
— Что «ну и»?
— Я заинтригована. Что было дальше?
Я призналась, что сама еще не знаю этого.
— Но в те времена, конечно же, нельзя было завести ребенка так, чтобы никто ничего не заметил. А поскольку они хотят сохранить брак Софии и Мори в тайне, я думаю, графиня отправит ее куда-нибудь в безопасное место.
— Куда же это, позволь узнать?
— Не знаю. Нужно будет подумать.
— Но если ей рожать… — она подсчитала в уме месяцы, — в марте, это же означает, что ее не будет в Слэйнсе как раз тогда, когда начнется вторжение, разве нет?
— Не знаю. — Я слизала с вилки крем.
Джейн покачала головой.
— Как ты можешь писать книгу без плана, а?
— Я всегда так пишу.
— Так, да не так, — поправила меня Джейн, выравнивая стопку бумаг. — Я еще не видела, чтобы ты писала так быстро.
— Наверное, это из-за шотландского морского ветра. Он меня вдохновляет.
Я специально говорила легкомысленным тоном. Из всего, что происходило со мной странного, Джейн знала только о случае с планировкой Слэйнса, и то она объясняла это тем, что я переработалась. В остальное я решила ее не посвящать. Удивительно, но мне было намного проще говорить об этом с теми, кого я почти не знала, с доктором Уэйром например, чем с теми, кто был мне намного ближе, как Джейн. Или Грэм. Может быть, мне просто не хотелось, чтобы они считали меня сумасшедшей.
С Джейн я была знакома достаточно давно, чтобы знать: в ее упорядоченной жизни нет места необъяснимому.
Она сказала мне:
— Если тебя здесь все так вдохновляет, тебе нужно переехать в Шотландию. Купи себе домик. Как раз тут рядом, на соседней улице, один продается.
Алан, муж Джейн, убирал со стола, но сейчас почувствовал потребность вмешаться.
— Она не захочет жить на соседней улице, Джейн.
— Почему?
— Потому что ты не сможешь стать невидимкой. Ты будешь постоянно торчать у нее под боком и зудеть: «Как там книга?» да «Когда закончишь?»
— Не стану я этого делать. — Джейн комично выпучила глаза, изображая негодование.
— А кроме того, Кэрри нужно уединение.
— Она получит его.
— Неужели? — Алан с сомнением посмотрел на жену. — И ты хочешь, чтобы она в это поверила после всех твоих стенаний сегодня утром?
— Я всего лишь сказала, что ей не стоит брать такси и что мы сами ее привезем.
— Конечно, тут же ехать целых десять минут! — с улыбкой подхватила я.
— Дело не в этом, — сказала она.
— Дело в том, — вставил Алан, — что ты думала, она привезет мужчину. — Он повернулся ко мне и пояснил: — Вот почему она испекла торт. Нам она торт никогда не печет.
Тут Джейн попыталась сделать вид, будто на этот раз по- настоящему обиделась на Алана, но у нее не получилось.
— Если такая у тебя благодарность, в следующий раз вообще обойдешься. — Она гордо вскинула голову и одарила мужа таким взглядом, какой, наверное, бросала на докучливых издателей. — Между прочим, когда мы с Кэрри разговаривали в последний раз, она сама сказала, что, возможно, приедет с мужчиной.
— Я так сказала?
— Ты сказала, что сообщишь мне. — Она пожала плечами, мол, какая разница? — Это одно и то же. Я просто хотела проявить гостеприимство, если бы он пришел.
Ее муж покосился на меня и страдальчески закатил глаза, а я улыбнулась. Джейн не заметила этого, потому что в этот самый миг малыш Джек наверху истошным ревом оповестил нас о своем пробуждении, а когда она спустилась с ним, все ее внимание уже было сосредоточено на ребенке.
Это был чудесный малыш, яркий и живой, с такими же, как у Джейн, рыжеватыми волосами и голубыми глазами, которыми он смотрел на все вокруг с ненасытным интересом. Веселым и бесстрашным нравом он тоже удался в маму.
— Детки — удивительная штука, — сказала мне Джейн. — Казалось бы, такие крохотные существа, а вот появляются на свет, и твоя жизнь меняется полностью. Ты начинаешь жить только ими.
Что вернуло нас к разговору о моем персонаже, Софии, и к тому, как изменится ее жизнь с рождением ребенка.
— Я не уверена, что буду описывать сами роды, — сказала я. — Я ведь через это не проходила.
— Умная ты девушка, — произнесла Джейн, впрочем, без особой теплоты в голосе. — От себя могу сказать, что те, кто через это прошли, вряд ли захотят читать об этом. — Она чмокнула Джека в щечку. — Конечный результат — другое дело, но о самом процессе лучше не напоминай.
Все же мне удалось ее разговорить, чтобы на всякий случай получить представление о том, как это происходит.
Беседу мы закончили почти в два часа, когда мне уже было пора уходить.
Несмотря на протесты Джейн, я снова вызвала такси.
— Я могу тебя отвезти, — сказала она, когда мы подошли к двери и я принялась укладывать бумаги в портфель. Правда, портфель этот больше напоминал чемодан, потому что был рассчитан на то, чтобы вместить ноутбук и пару смен одежды. Понимая, что Джейн обратит на это внимание, я заранее приготовила объяснение.
Лгать Джейн было делом тонким и требующим особого подхода, потому что она обладала прямо-таки невероятным чутьем. Для меня всегда было проще начинать с правды.
— Но я еду не домой, а в Абердин. Мне нужно кое-что там проверить для книги. Я могу задержаться на день — смотря как пойдет.
Похоже, она ничего не заподозрила. Мы подождали такси в прихожей, а когда машина приехала, Джейн сказала мне:
— Подожди минуту, я сейчас, — и ушла на кухню, откуда вернулась с квадратной пластиковой коробочкой. — На вот, возьми.