Чтение онлайн

И снова юноша вспомнил записку, которую нашёл в погребе: «Не ищи кем ты был раньше, а строй свою новую жизнь». А если он действительно злодей?

Но Иван так хотел узнать, кто он такой, что наплевал на это послание, несмотря на то, что его форма постановки очень сильно останавливала. И парень поклялся перед самим собой, что во что бы то ни стало узнает, кем он был до апреля прошлого года…

* * *

Вскоре наступил июль, и Ваня с Вовой отправились сдавать вступительные экзамены в Институт Магии. Это было белокаменное здание с колоннами на длинном крыльце и широким приплюснутым куполом. Вова сдал сразу же, а вот Ивану пришлось пересдавать. Написал он второй раз вроде бы хорошо, и уже одиннадцатого июля ему надо было прийти в институт за результатами.

Он очень спешил, потому что Володя попросил его вернуться к шести часам и обещал познакомить с каким-то «интересным человеком». Абитуриент вновь вошёл в просторный зал при входе с мраморными колоннами, прошёл через антипреступную арку, узнававшую намерения входящего, и начал искать место выдачи работ по пересдаче. В кабинете, где они с другом в первый раз получали результаты, было закрыто. Отойдя от него, Иван увидел девушку его возраста с чёрными волосами, скромно стоящую у стены, — первого человека, попавшегося ему сегодня в этом здании. Он подошёл ближе.

— Прости, ты не знаешь, где выдаются результаты по пересдаче вступительных экзаменов? Кстати, я Иван.

— Очень приятно, Катя. Я тоже за ними стою, результаты выдаются здесь, только секретарь, кажется, ушёл на обед, — девушка волновалась. Она вообще всегда была скованна при новых знакомствах, но сейчас ей очень хотелось пообщаться с этим человеком.

— Ты тоже за пересдачей пришла? — спрашивал он. — Или только первый раз?

— Да нет, — она улыбнулась. — Просто я первый раз писала на следующий день после дня рождения. Ну сам понимаешь…

— С днюхой тогда, а сколько тебе исполнилось?

— Спасибо. Восемнадцать. А ты почему не сдал?

— Да меня накануне дружок достал, вернее его подружки, — и Иван рассказал новой знакомой свою «трагическую» историю со звонками бывших пассий своего сожителя на тилис в их номере. — А в тот раз, — заканчивал он, — они как с цепи сорвались!

Катя рассмеялась.

— Что самое главное, Вова безупречно сдал с первого раза! Ты кстати на какой факультет поступаешь? Если поступаешь…

— На водный, — смеясь, проговорила Катя, — а ты?

— На огонь. Как думаешь, из-за преобразования института качество обучения не ухудшится?

— Мне так не кажется. Я читала, что в Войланске это самая распространённая стихия. Не поедут же войланцы в Доброград, скажем…

— Да, это вряд ли.

Тут вдали показался секретарь.

— И секунды не прошло, — очень тихо произнёс Иван.

— Так, кто тут у нас остался? — проговорил секретарь и, подходя, взглянул на лист в своих руках. — Тишков и Мулина? — оба кивнули. Он протянул им талоны о поступлении. — Последние из пересдавших остались, — и секретарь засеменил от них.

— «Поскорее бы с работы умотать, за парочкой пирожков», — передразнил его Ваня, сильно насмешив Катю. — Ладно, я пойду, а то этот бабник хочет меня с кем-то познакомить: видно, одному уже не справиться. Приятно было пообщаться!

— Мне тоже, очень, — попрощалась она, помахав ему рукой вслед, и вышла из здания.

Когда девушка шла на квартиру отчима Фёдора, у неё на душе было хорошо, и она хотела, чтобы поскорее настало первое августа, начало обучения. «Может, и не все кериланцы такие плохие», — думала патриотка. Дойдя до дома матери и отчима, которые жили в престижной Войланской многоэтажке, на тридцать пятом этаже, она нажала на пару кнопок и перед ней открылась дверь лифта. Пока девушка проходила два метра поперёк лифта, он поднялся и в противоположной стороне открылся нужный этаж. Вскоре она оказалась в четырёхкомнатной квартире. Место было просторное, обставленное очень нескромно и без вкуса.

— Ну как? Сдала? — поинтересовался отчим, крупный мужчина средних лет с беспечным, самоуверенным лицом.

— Да! Теперь с первого августа учиться буду, — радостно произнесла студентка.

— Поздравляю. Хочешь чего-нибудь?

— Да нет. А где все?

— Виолетта с Оксаной гуляют, Маша спит, а меня пораньше с работы отпустили.

— Ясно. Я зайду к сестре.

Катя преодолела длинный коридор и бесшумно зашла в комнату Маши. На розовой кровати лежала худенькая девочка-подросток с кукольным личиком и чернющими волосами. Она внезапно потянулась и зевнула.

— Ой, прости, — проговорила Катя. — Я тебя разбудила…

— Да нет, — отвечала Маша спросонок. — Просто сон дурацкий приснился. Как результаты?

— Сдала. Теперь буду учиться с замечательными людьми… — Девушка вспомнила молодого человека, с которым познакомилась сегодня.

— Классно! А ты знаешь, когда папа приедет?

— Он писал, что король наш обещал ему большой отпуск в сентябре. А ты очень хочешь увидеть папу?

— Да, очень хочу! Он же сидел в этом поганом месте целый год! Я так соскучилась! — не без эгоизма проговорила младшая сестра.

«Да, год, — думала с обидой Катя. — А мама уехала сюда, в Керилан, год назад к этому Фёдору от папы!»

— Кстати, как он там?

— Оброс чуть-чуть. Им там редко разрешают бриться. И папа давно не ел нормальной еды. А что тебе такое снилось?

— Да, ерунда! — абсолютно искренне махнула рукой Маша. — Я плохо помню. Пошли на кухню.

Девочки отправились туда и застали там отчима. Вскоре пришли мать и Оксана. Обе смуглые, темноволосые и кареглазые. Отец Виолетты приехал в Борсию с юга, поэтому в его потомках угадывались тамошние черты. Оксана и Виолетта порадовались за Катю и затеяли праздник.

— Слушай, Оксана, а где же твой Игнас? — спросила виновница торжества старшую сестру.

— Он урод моральный, мы разводимся.

— А что случилось? Ты ж от него была без ума.

— А теперь с умом, но без него. К счастью. Вот узнаешь человека поближе — всё ясно становится. Он такой пакостью оказался… Но если приходит любовь, то всё — пиши пропало, а если ответная, не пиши — радуйся. А этот Игнас — скользкая и подлая личность.

Вскоре их небольшой пирочек закончился. Средняя сестра отправилась в свою комнату. Ей вдруг представилось, как сейчас некий дикий Вова заставляет Ваню поцеловать какую-то девчонку, которую тот привёл домой, а Иван с ним борется. Девушку бросило в очередную порцию смеха. Затем она пошла в гостиную за войланским лимонадом.

В гостиной Катя увидела расстроенную мать свою, уставившуюся на портрет отца. Из головы тут же вылетели все прочие мысли. Дочь, немного поражённая этой картиной, подошла и села напротив грустившей женщины, взглянула в её большие печальные глаза.

— Это то, о чём я думаю? — спросила с оттенком злости Катя. — Ты до сих пор…

— Люблю твоего отца, — проговорила та, закончив фразу дочери.

— Тогда зачем надо было уезжать во враждебную страну к человеку, которого не любишь?!

— Пойми, нам нужны были деньги, хотелось жить в свободной и богатой стране. Пойми…