Забытое царство Согд
Шрифт:
– Надеюсь, скоро вы окажитесь дома. Я очень этого желаю. Жаль, что такие юноши, как вы, у нас встречаются крайне редко. Вы начитанны, умны, благородны… А сейчас я проведу последний урок, на котором мы прочтем отрывок из Корана и затем переведем его. Фарход начнет, а продолжит Рустам.
Весть о завершении занятий так поразила Фаридуна, что во время урока его голова была словно в тумане с одной лишь пульсирующей мыслью: «Как мы теперь будем видеться? Неужели нашим встречам пришел конец?» Он сидел, печально склонив голову. Шерзод, бросая время от времени взгляды на друга, понимал, что происходило у того в душе. Он молча обнял его за плечо, а тот даже не заметил этого дружеского участия. Иногда Фаридун поднимал голову и встречался взглядом с Фатимой. Глаза обоих были полны невыразимой грусти. Когда завершился урок, все встали. Каждый подходил к Фатиме со словами благодарности. В ответ она слегка кивала, приложив руку к сердцу. Последними были Шерзод и Фаридун. Когда влюбленные остались наедине, юноша с уверенностью сказал Фатиме:– Я решил: теперь мы будем видеться по ночам.
– Но где? Во дворе стражники.
– Они сидят у ворот и ночью всегда спят. А мы можем встречаться вон за тем сараем. Там нас не заметят.
– Мне страшно! Если нас кто-нибудь увидит, тотчас передаст все отцу, и тогда…
– Скажи, может быть, твои чувства ко мне ослабли? Не скрывай.
– Не обижай меня такими словами. Я живу только тобой.
– Прости, милая, но другого пути у нас нет.
– Пойми, как всякой девушке, мне страшно, а еще стыдно за то, что приходится обманывать родителей.
– Что же тогда делать? – в отчаяньи прошептал Фаридун.
Фатима на мгновение отвела глаза от любимого и кивнула:– Хорошо, я приду туда этой ночью.
– Только будь осторожна, смотри по сторонам.
– Хорошо. Мне пора, потому что одна из жен отца следит за мной. Возьми незаметно письмо из моей книги. – Девушка будто нечаянно раскрыла Коран.
Юноша взял письмо, и на этом они расстались. Уже в своей комнате Фаридун рассказал Шерзоду о своем замысле.– Я помогу тебе, – поддержал его друг. – но смотри, это опасно, особенно рискует девушка.
В ту ночь луна была неполной. Фаридун глянул через решетку окошка и обрадовался – сарай стоял в кромешной тьме. Он толкнул в бок друга, прошептав: «Пора». Шерзод тут же поднялся с постели и достал из-под одеяла веревку. Он еще с вечера приготовил ее, связав воедино длинные лоскуты от старой одежды. Далее Фаридун бесшумно снял деревянную узорчатую решетку и бросил в окно конец веревки, другой же крепко держал в руках Шерзод.– Ты точно удержишь меня? – засомневался было Фаридун.
– Верь, у меня достаточно сил.
Внезапно в комнате кто-то забормотал. Оба застыли на месте и обернулись – это Хуршид заговорил во сне. Через полминуты Фаридун уже стоял на земле. Он осторожно посмотрел за угол и увидел, вернее услышал храпящих стражников: двое сидели у входа в дом заложников, еще двое прислонились к главным воротам. Прижимаясь к забору, Фаридун дошел до длинного сарая и свернул за угол. Со двора их никто не мог заметить. В это время Фатима также готовилась к встрече. Прежде чем выйти во двор, она глянула вниз, где дремали стражники. Девичье сердце забилось с невероятной силой, а ноги стали ватными. Фатима приложила руку к груди, пытаясь успокоить себя. Мгновение спустя она уже шла по двору к сараю, озираясь вокруг.– Ты пришла! Какое счастье опять быть вместе.
– Ты не представляешь, каких сил стоило мне, мусульманке, прийти сюда. Наши женщины не столь свободны, как ваши.
– Я ценю твою смелость. Это говорит о силе твоей любви.
В первое свидание, словно вольные птицы, они не могли наговориться, любуясь друг другом. Но едва Фаридун коснулся ее руки, как девушка вмиг одернула ее. Она еще стыдилась своих чувств.– Мне надо идти, – сказала Фатима некоторое время спустя.
– Отныне я буду жить лишь мыслью о новой встрече, – прошептал юноша.
– Я тоже, – улыбнулась Фатима.
Фатима вошла в дом, и Фаридун облегченно вздохнул. Затем он по веревке влез в окно. Его лицо сияло от счастья.– Ну, как прошло свидание? – с нетерпением в голосе спросил Шерзод, все это время ждавший своего друга.
В ответ Фаридун крепко обнял его, а когда они легли на свои места, Фаридун во всех подробностях поведал о встрече с любимой. Влюбленные стали видеться два раза в неделю. Лучшего места, чем за сараем, им было не найти. Минуло еще какое-то время, пока Фатима позволила Фаридуну держать ее за руку. Они сидели на каменном выступе и, мечтательно глядя на звездное небо, подолгу говорили обо всем на свете, перескакивая с арабского языка на персидский. Как-то раз Фаридун попросил у Фатимы шерстяные нитки разных цветов, объяснив просьбу тем, что заложники желают совершить обряд седре-пуши – посвящение в религию пророка Заратуштры. Самому младшему из них – Авлоду – нынче исполнилось пятнадцать, и по обычаю он должен пройти этот обряд.– А зачем нитки?
– Мы сплетем 72 нитки и сделаем из них пояс кушти. Каждый зороастриец должен его иметь.
– В следующий раз я принесу. У меня много всяких ниток, но почему 72?
– Во время литургии мы читаем 72 ясны из священной Авесты. Еще просьба. Из хлопковой ткани нужно сшить Авлоду белую рубашку с большим карманом спереди для «заслуг».
– Карман «заслуг»? – улыбнулась Фатима, которую развеселили эти слова.
– Эти заслуги будут сопровождать его и после смерти. А белизна рубашки, ее чистота должны отпугивать злые силы, которые всячески хотят сбить нас с праведного пути.
– Интересно. Хотелось бы увидеть этот обряд.
– Мне жаль, но это невозможно: иноверцы не могут присутствовать на нем. Иначе обряд теряет силу.
– Скажите Авлоду, что я сошью ему рубаху из лучшего ситца.
Три дня спустя глубокой ночью в комнате Фаридуна и в коридоре заложники собрались на обряд седре-пуши. Настал день, когда юный согдиец должен стать равным членом общины – истинным зороастрийцем. Все общались шепотом, а двое юношей в начале коридора поглядывали за дремавшими у входа охранниками. Авлод стоял в плотном окружении друзей. Шерзод держал светильник – символ священного огня. Друзья велели Фаридуну исполнить роль мобеда. Он был смущен, и голос его слегка дрожал:– Авлод, прежде чем ты станешь одним из нас, я хочу спросить: готов ли ты принять великую веру Заратуштры?
– Я готов принять ее душою и разумом и хранить верность до конца своих дней.
– Тогда отвечай на мои вопросы, – и Фаридун, облаченный в белую накидку до земли, раскрыл книгу с заветами пророка Заратуштры. – Скажи, кто ты есть? Кому ты принадлежишь? Из какого рода и племени? Каковы твой роль и долг на земле? Отвечай!
От волнения на лбу у Авлода выступили капельки пота, хотя ответы были ему знакомы.– Я пришел из невидимого мира. Я был сотворен, а не существовал вечно. Я принадлежу верховному богу Ормузду, а не Ахриману. Я принадлежу добрым богам, а не демонам-нечестивцам. Свой род и племя я веду от Гайомарда*, моя мать – Спендармат*, а отец – создатель всего Ормузд.
Фаридун задал Авлоду еще десять вопросов и опять получил верные ответы. Последний был таков:– Сколько путей ведут к спасению?
– Единственно верный путь для зороастрийца – добрые мысли, добрые слова и добрые дела.