Чтение онлайн

— Чем угодно, главное не лежать посреди улицы понапрасну, — без обиняков ответил старый надзиратель.

— Так кто сказал, что я понапрасну? — Я хотел было обернуться, но малец снова ткнул мне в спину копьём. Дождётся у меня, переломаю и копьё, и его самого. — Я, между прочим, раздумывал над принципом работы одной вещицы, очень занимательной.

— Кому какое дело, — раздражённо заявил юнец. — Хватит с ним разговаривать, Бул, он только рад позубоскалить.

— Это вы зря, господин надзиратель. Я человек честный, зубоскалить не обучен.

Я уже ждал очередной выпад мальца, но внезапно вокруг резко потемнело, словно солнце кто-то прикрыл гигантской ладонью. Тут же вскинул голову, но тень уже отступила, и мне в глаза ударил яркий блеск огненного светила.

— Чудеса какие! — ошеломлённо воскликнул Бул. — Неужто боги в чём-то прогневались на нас? Неужто хотят погасить солнце?

— Не совсем, — тихо отрезал я, внимательно вглядываясь в ясное, голубое небо.

— А это что? Смотрите! — вскрикнул юнец, вскинув руку к небу. Я проследил за его удивлённым взглядом и заметил огненную точку, которая стремительно приближалась к нам. — Там летит! От солнца отвалился кусок!

М-да, влипли, ничего не скажешь. Надо действовать быстро, пока не стало слишком поздно.

— Солнце падает! — громко закричал я, словно безумный. Через пару минут эта штука сожжёт здесь всё дотла, если деревенские не поторопятся — превратятся в угольки. — Бегите, спасайтесь! Боги разгневались на нас! Они сожгут нас дотла!

Надзиратели поначалу хотели было заткнуть мне рот, но страх неизвестности всё же пересилил, и они, вторя моему звонкому, но слегка писклявому голосу, принялись с криками метаться по главной деревенской улице, пробуждая оставшихся в домах жителей.

Вокруг меня заметались беспокойные деревенские: женщины, старики и дети, которые с животной паникой и страхом оглядывались на огненный шар, спотыкались и неслись в разные стороны. Успеют, надеюсь, добраться до безопасного места.

— Беги, дурак, чего стоишь! — дёрнул меня за полу рубахи юнец-надзиратель. — Ты же сам сказал, что солнце падает! Тебе жизнь не дорога?

— С него станется, упадёт, — недоверчиво хмыкнул я себе под нос. — Ты беги давай, а то придавит ещё. Мне, дураку, ничего не будет, а вот ты пострадать можешь.

— Ну тебя, тупоголовый! — рыжеволосый покачал лохматой головой, подхватил громко ревущего ребёнка на руки и стремительно помчался подальше отсюда.

Нет, всё-таки кого-то он мне сильно напоминает, а особенно глаза его, золотисто-карие, но я точно знаю, что раньше никогда его не видел.

Эх, ладно. Если он выживет, потом с ним разберусь.

Посреди безумного потока человеческих тел я стоял и с интересом наблюдал за огненным сгустком солнечного света, который сулил мне в будущем незабываемые десятки лет, если не столетия.

Огненный шар стремительно приближался, угрожающе нависнув над рисовыми полями, где должны были в данный момент без устали трудиться местные работяги.

Как там говорится: сгорел прямо на работе?

Я почувствовал жар, исходящий от сгустка, слегка зажмурился, и в тот же миг огромная стена огня накрыла волной поля изумрудной травы. Вода с рисовых полей зашипела, паром поднимаясь в небеса, густой обжигающий туман стремительно заволакивал деревенскую долину.

— Ну что, добро пожаловать, собрат, — хмыкнул я. — И какого же счастливчика, позвольте спросить, свергли на этот раз?

— Эй, ты чего? Заснула, что ли? — светловолосый мальчик, лет десяти, нагнулся над девушкой, которая сидела прямо посреди дороги, обняв тощие коленки, и бессмысленным взглядом взирала на немногочисленных прохожих. — Заболеешь же!

Мальчуган взял девицу за рукав простой холщовой рубахи и потянул вверх. И она на удивление мальчишки поддалась, легко встав, но дальше этого дело не двинулось.

— Ты слепая, что ли? — мальчик помахал ладонью перед сиреневыми глазами незнакомки, та, неосознанно проводив руку взглядом, снова уставилась в пустоту. — Да вроде не слепая. Одержимая, значит?

Мальчишка, не получив никакого ответа, самостоятельно сделал вывод и тут же с ним согласился.

— Это ничего, мой батюшка и не такое лечит, он у меня великий целитель! Все люди в округе так говорят. Идём со мной, мы тебя быстро приведём в порядок.

Взяв девушку за холодную руку, мальчик повёл её за собой по пыльной дороге на заросший полевыми цветами холм. Мимо них проходили путники всех видов и размеров: торговцы с телегами, забитыми всякой всячиной, бедняки с полными карманами «ничего», дети с корзинками ягод, взрослые с косами через плечо — никто не обращал на парочку никакого внимания, ибо мысли прохожих занимали предметы куда более важного, внутреннего характера.

Незнакомка немного оживилась и принялась с лёгким интересом оглядываться по сторонам, но это было похоже, скорее, на обмен любезностями с новым, ранее не виданным местом, чем на искреннее стремление узнать больше об окружающем мире.

— И откуда ты только такая взялась? Я тебя раньше здесь не видел, а я, между прочим, тут всех знаю! — мальчик на ходу звонко щебетал о всякой незначительной для незнакомца ерунде: рассказывал о соседях; своём учителе словесности; о кошке, родившей двенадцать котят; о солнце, что на днях свалилось с небес в соседней стране; и о сестре, которая недавно удачно вышла замуж.

— Мы с отцом очень рады, что она замуж вышла за хорошего парня, за Пирта, — звонко отчеканил мальчишка, из-за плеча поглядывая на свою «находку». — Пускай он не местный, но мужчина — хоть куда! Пирт у нас кузнец, суровая у него работа, конечно, но заказов целая куча и денег много, ведь Пирт такие мечи делает — загляденье! Если останешься у нас подольше, я тебе покажу.

Поднявшись на холм, путники оказались в большом поселении, раскинувшемся во все стороны на многие мили. Здесь было столько домов и людей, сновавших по своим делам между небольшими бревенчатыми постройками, которые словно грибы торчали из земли, что девушка резко затормозила, растерянно озираясь вокруг.

— Ты чего? — мальчишка обернулся и заинтересованно, с частичкой покровительственного сочувствия проговорил: — Ты не бойся, тут все хорошие, никто тебя не обидит. Идём, я покажу тебе свой дом.

Мальчик вёл свою новую знакомую по широким улицам, заполненным селянами в лёгких хлопковых рубашках цвета свежевскопанной земли. Все вокруг были светловолосыми, краснощёкими и улыбчивыми до приторности. Парнишка здоровался со всеми, кого видел, а ему в ответ приветливо махали руками, совершенно не обращая внимания на особу, которая явно не вписывалась в местный антураж.