Забытые хроники: судьба
Шрифт:
— Чушь, — махнул рукой Икс.
— Это артефакт, — шепнула Леайа. — Разве он не красивый?
Икс ещё раз глянул на эту глыбу. Она очень сильно напоминала пламя, которое внезапно превратилось в лёд. Красиво, но ничего заслуживающего внимания парень не углядел.
Днарцы, узнав о празднике, с охотой принялись помогать в подготовке. С этим закончили быстро, а уже вечером стали зажигаться фонарики. Заиграла музыка, народ пустился в пляс. Откуда-то достали несколько больших столов, которые теперь пестрели разнообразными блюдами вроде рагу из птицы, пирога с цыпленком, тушеных кур, приправленных травами, и других яств. Икс сидел на скамейке и наблюдал за небом. Танцевать он не умел, да и всё равно бы не стал этого делать. Думая над тем, почему он пошёл на поводу эльфийки и просто не бросил её тут, парень медленно закрыл глаза и представил, что он сейчас находится далеко-далеко, в месте, где нет этого радостного шума и визгливого смеха.
— Пошли веселиться!
Это была Леайа. И она уже успела немного выпить. Наёмник открыл глаза, разочарованный тем, что его оторвали от мыслей.
— Я далёк от веселья, — голос Икса прозвучал как из гроба. Он опустил голову и уставился на траву.
Эльфийка обречённо вздохнула и присела рядом, пододвинувшись поближе. К её удивлению, Икс не отодвинулся, как он обычно делал. Она посмотрела на его лицо.
— Что-то случилось? — спросила она с нескрываемым беспокойством.
Икс поднял затуманенный взгляд на веселящуюся толпу.
— Праздник, ха.
Эльфийка улыбнулась, поняв, что беспокойству нет места:
— Вот именно из-за такого лица тебя никто и не приглашает на танец.
Взгляд Икса изменился. Он отодвинулся от Леайи.
— Меня интересуют только деньги, а не эта ерунда.
Эльфийка засмеялась. Тут к ним подошёл один из днарцев. Он улыбнулся, показывая своё дружелюбие.
— Иднаитк Лвдек, — представился днарец. — Но для вас трудно — можешь звать меня просто Ид, — усмехнулся он, глядя на Икса.
Тот на него даже не посмотрел.
— Его зовут Икс, — ответила эльфийка, так же улыбаясь.
Ид присел рядом с ней. Икс заметил, что Леайа не представилась. Надо же, успели познакомиться.
— Вы, я так понимаю, тоже не местные? — спросил он.
— Не-а, — Леайа отрицательно помотала головой. — Так, проездом. — Она посмотрела на Икса. — Они возят свой артефакт по Долрану и показывают его людям, — пояснила она.
— Ну, не совсем, — сказал Ид. — Это правда, но в то же время мы его, как бы это сказать, заряжаем.
— Заряжаете? — спросил Икс.
Заметив его реакцию, днарец обрадовался.
— Видите ли, у этого артефакта две особенности. Вроде бы обычная глыба льда. Да, мы этого не отрицаем, да и как отрицать очевидное? Но разве вы не заметили, что она не тает? Это отнюдь не значит, что артефакт не тает вообще. И если его в руки возьмёт человек с тёмными, так сказать, мыслями, то лёд начнёт истаивать, и от артефакта не останется и следа. Но если такое случится и артефакт пострадает, то его можно зарядить, омыв в здешних озерах. Тогда душа восстановит свою форму. Почему именно здесь, я не знаю.
— Душа? — нахмурился Икс.
— Так мы его называем. Душа Кольд.
— Немного странное название. — Леайа покрутила пальцами локон своих светлых волос. Причёсок она не признавала и всегда носила их распущенными, говоря, что ей так больше идёт. — Как будто он был назван в честь кого-то.
— Так и есть, — снова кивнул Ид. — Это старая история, известная почти всем днарцам, которая могла бы сойти за очередную легенду, если бы не артефакт.
— А что за история? — поинтересовалась Леайа.
Ид устроился поудобнее. Было видно, что он с удовольствием готов поделиться историей.
— Это история о днарской девушке, которую звали Дра Кольд, — начал днарец.
IV
Сказать, что Дра Кольд чем-то отличалась от других, значит соврать. Талантами она не обладала. За что бы ни бралась, у неё ничего не получалось. Но тем не менее у днарки было доброе сердце. Каждый день она улыбалась и верила, что однажды у неё всё получится. Но чем больше проходило времени, тем чаще она замечала, что все её поделки обращались в тлен, приготовленная ею пища становилась пылью, а если она пыталась помочь раненому животному, то умирало, едва она прикасалась к нему. Решив, что на неё наложили проклятие, днарка покинула свой дом, не сказав никому ни слова. Дра Кольд шла и шла, день перетекал в другой, и ей стало казаться, будто она попала в бесконечный цикл. Чувство голода не наступало, даже ветер избегал её.
Наконец она вышла к небольшому старому домику, в котором проживал молодой днарец по имени Стледж. Когда они увидели друг друга, Дра вдруг упала без чувств. Легенда гласит, что Стледж заботился о ней три года, пока она не проснулась. И первыми её словами были:
— Я счастлива?
Стледж взял её за руку и заговорил с ней. Их разговор длился очень долго, он затянулся на месяцы, но для них время уже давно остановилось. Стледж, как и Дра, был потерян для всех и, решив уйти, поселился в этом домике, кем-то давным-давно брошенном. Можно сказать, два одиночества встретили друг друга. Дра осталась жить вместе с ним и постепенно очень сильно к нему привязалась. Настолько сильно, что даже забыла о своём проклятии.
Но однажды Стледж заболел. Болезнь оказалась тяжёлой, жизнь парня стремительно угасала. Дра места себе не находила, боясь к нему прикоснуться. Она даже на помощь не могла позвать, ведь их домик находился слишком далеко от любого города или деревни. Как же она обрадовалась, когда в дверь кто-то постучался!
Это была человеческая старушка в одежде из чёрных вороньих перьев. Сказав, что она ведьма, старуха предложила Дра взамен на кое-что спасти человека. Однако для этого потребуется вечное заточение самой Кольд. Разумеется, девушка была на всё согласна, только бы спасти Стледжа от неминуемой гибели.
Закончив колдовать, ведьма дала Дра небольшой флакончик со странной белой жидкостью. После чего покинула их дом. Днарка выпила жидкость. Её тело обратилось в лёд, который тут же стал покрываться трещинами, осыпаясь в мелкие осколки. Изнутри выпала глыба, похожая на замороженное пламя. Ведьма не обманула: Стледж вдруг исцелился и первым делом бросился к тому, что осталось от Кольд. Он не хотел, чтобы она жертвовала собой, но, прикованный к постели и лишённый возможности даже пошевелиться, он не смог ей помешать. А через два дня болезнь вернулась, окончательно погубив Стледжа. Его нашли на полу.
Скрючившись, он, даже мёртвый, не отпускал то, что осталось от Дра. А рядом была надпись, которую он сделал: «Это душа Кольд».
V
— Как романтично, — восхитилась Леайа.
— Что за бред? — поморщился Икс. — Взамен на кое-что? И что это?
— История об этом умалчивает, — пожал плечами Ид.
— Твою историю ковал неумелый кузнец, — заявил парень.
Почти все уже сидели за столами. Музыка стихла, и лишь немногие продолжали танцевать под только им слышимые трели. Где-то вдалеке раздался стрёкот сверчков.