Чтение онлайн

— Ваше Высочество! — палач, как и любой смертный, хоть и был карающей дланью правителя, встал на колено перед представителем Аурона. Сам мальчик занимался верховой ездой, и Форест посчитал, что отвлекать его нет никакой необходимости.

— Встань. Что-то случилось, Кайрус?

— В городе объявились фанатики, Ваше Высочество, — Кайрус не разводил никому не нужных долгих бесед ни о чем, прежде чем переходить к делу, — Те, кто верят в возвращение Первых. Я встретил одного из них — бастарда лорда Голдрэта, он представился как Ивтад. Боюсь огорчать вас, но, судя по всему, они планируют совершать свои злодеяния и в дальнейшем. И просили меня о помощи.

— Культ Первых…, — Клейсу не нравилось, что кроме уже проявившихся проблем, стала назревать еще одна, — Только этого здесь не хватало. В самом деле, они просили тебя о помощи? Палача? Зачем им это?

— Они хотели, чтобы я помогал им освобождать их людей, Ваше Высочество. Они сказали, что я смог бы устраивать побеги тем, про кого они скажут или убивать раньше тех, кто слишком слаб волей.

— Но ты отказался, Кайрус. Я очень рад, что не ошибался в тебе и ты мой верный союзник.

— Благодарю за доверие, Ваше Высочество, — палач вновь опустился на колено перед регентом и Клейс улыбнулся.

Он подошел к мастеру пыток и убийств, обнял его за плечи и поднял.

— Вставай. Мое доверие — это лишь малая часть, которой я могу отплатить своим подданным. Но скажи мне, почему они решили, что смогут заставить тебя пойти против короля и меня? Всем в городе известно, что ты предан Его Величеству и вся твоя семья служила образцом для любого.

— Они окружили нас, Ваше Высочество, когда мы возвращались с казни милорда Пилха Хэйтхарта. Они забрали Рисса и хотят управлять моей волей при помощи сына.

— Рисса? Рисс… Это твой, — Клейс перебирал в голове имена сыновей палача, — Средний сын? Он уже начал помогать тебе, кажется, я видел его — он носил тебе розги.

— Да, — Кайрус выглядел гордым, что Клейс помнил его детей. Хорошо, что он не знал, что регент не помнит имен его дочерей, — Он уже вступил на наш путь.

— Они забрали Рисса, но ты пришел сюда. Пошел против них.

Палач кивнул.

На какое-то время воцарилось молчание. Оба прекрасно понимали, что может означать этот поступок Кайруса для Рисса. И они оба понимали, что шансов вернуть мальчишку мало — фанатики не отличались благоразумием и добродушием, и убить ребенка, выставив его тело на всеобщем обозрении, если палач не станет сотрудничать с ними, чтобы показать всю серьезность своих намерений, для них вполне обычное дело.

Преданный союзник и верный слуга Его Величества и лорда Фореста заслуживал уважения и достойной награды. Но что поможет человеку пережить потерю собственного ребенка, ставшего жертвой интриг и войны могущественных людей? Клейс не знал.

Он подумал о своих бастардах. Теперь он тоже уязвим. Его тоже могут шантажировать детьми, брать их в заложники и требовать идти против совести. Сможет ли он поступить так же, как Кайрус? Неизвестно.

Наверное, на лице регента отразилось нечто, что взволновало палача.

— Ваше Высочество, я давно уже привык к этому миру и его несовершенству. Я не хотел огорчить вас своими новостями.

Клейс вздохнул. Если бы Кайрус не был палачом, регент сделал бы все, чтобы этот верный как пес человек продвинулся вверх по службе и вошел в Совет Его Величества. Такими разбрасываться нельзя.

Жаль, но для потомственного мастера пыток и казней другие пути уже закрыты. Но, если его отпрыски хоть вполовину похожи на своего отца, то дорога открыта для младших сыновей и дочерей палача.

— Я отправлю к твоему дому Серых рыцарей, Кайрус. Теперь тебя и членов твоей семьи будут сопровождать мои люди и вам не причинят вреда.

— Моя благодарность не знает границ, Ваше Высочество, но, наверное, пока не стоит.

— Почему? Ах, да. Я понимаю. Ты не хочешь прощаться с сыном раньше времени. Ты прав, при одном взгляде на твою охрану, слуги Первых поймут, что ты не послушал их. Хорошо, я прикажу им следить за вашей семьей, они переоденутся в одежды простолюдинов и не станут привлекать к себе лишнего внимания. Я отправлю людей на поиски фанатиков и твоего сына. Как твой старший, Ларс, верно?

— Да. Ларс напуган и винит себя — он был рядом с Риссом и уверен, что не сделал всего, что требовалось. Ларс считает, что должен был занять место своего брата, если уж не смог защитить его. Он сумел ударить нескольких и одного убить — тело и раненных забрали ваши люди — но этого оказалось недостаточно.

— Ларс — отличный брат, у него доброе сердце и благие намерения, и это прекрасно, но слишком мало, чтобы противостоять стаям слуг Первых. Его вины в произошедшем нет, он сделал даже более, чем мог бы сделать любой юноша в его возрасте. Передай ему мои слова.

— Всенепременно, Ваше Высочество.

— Кайрус, не теряй надежды. Я верю, мы найдем Рисса и очень скоро.

Кайрус кивнул и выдавил из себя благодарную улыбку.

И палач, и регент врали и знали это. Они оба понимали, что Рисса уже вряд ли получится вернуть живым, и если вдруг произойдет чудо и мальчика найдут, то совершенно точно не целого и невредимого.

Хуже всего, что они понимали и то, что лгут друг другу. И все же, говорить правду не получалось.

Прошёл сезон и два цикла, прежде чем она смогла отправить письмо. Её возлюбленный лорд Вайткроу сейчас мог быть где угодно, а отправлять воребов в Новые земли не получалось.

Поначалу она злилась на своего бывшего жениха, ругала его всеми известными юной леди словами, некоторые даже были грубыми, а за из них мать могла бы и наказать Фейг. Но Вихт заслуживал этого — лорд Вайткроу отправил ее к родителям, чтобы она могла готовиться к свадьбе, а сам ринулся навстречу путешествиям слишком невовремя. Но ему показалось этого мало, он обещал, что его путешествие пройдет за полтора, потом — за два сезона, а после прислал послание, что задержится.

Рогор Холдбист не стал терять времени даром и договорился с ее отцом, Райаном Форестом, чтобы тот выдал дочку за сына Рогора — Ротра Холдбиста. Фейг не испытывала неприязни к молодому лорду, она видела его один или два раза, на празднике Лета в замке Вихта, и он показался ей весьма сдержанным, неконфликтным и приятным лордом, но сейчас, когда он стал ее мужем, все приятные черты разом испарились и Ротр виделся ей чудовищем.

С их первого совместного дня наследник Рогора относился к ней с уважением и старался быть щедрым. Перед первой брачной ночью он подарил ей щенка, чтобы ее дни на севере не были столь грустными и однообразными, а после попросил удалиться жрецов и придворных, чтобы не смущать леди.