Чтение онлайн

– У фрау Рихтер в городе Норчёпинг, что в ста шестидесяти километрах от Стокгольма находится ее пекарня. Управляющий уличен в воровстве. Рихтер предлагает нам с тобой возобновить работу пекарни, в портфеле у меня доверенность на продолжение работ, письмо к смотрительнице и деньги в виде аванса.

– Как туда добраться? – устало молвил Андрей.

– Ты что уже не рад? – удивилась Марфа.

– Я очень рад, но сил на радость у меня не осталось. Как ехать в этот твой Норчёпинг?

– Может сил прибавится, если я тебе скажу, что этот город наполовину заселен немцами.

– И что?

– Мы с тобой не будем выделяться из общей массы. Конечно, если ты не станешь распускать свой французский язык. Ты же знаешь, как немцы к французам относятся!

– Скажи еще чего-нибудь, чтобы я порадовался.

– Скажу. При пекарне имеется квартира, она в нашем распоряжении. Если мы запустим производство, как того хочет фрау Рихтер, мы сможем там дождаться окончания войны.

В Норчёпинг добрались только к вечеру. Клара отворила дверь, запустила в помещение и долго читала письмо фрау Рихтер. Ужинали холодной телятиной и сыром двух сортов. Каждому досталось по бутылке пива. В разговоре не скрывали, что бежали из Франции, что отец Мари на фронте, что Андре француз и ни намека на их русское происхождение. Разговоры о делах перенесли на следующее утро.

Ночь провели так комфортно, будто в номере первоклассного отеля. Двухспальная кровать. Комплекты свежего и нового белья, пуховые подушки и одеяло. За окнами тишина, виден парк с декоративными насаждениями и дальше набережная.

В гостиной завтрак уже дымился на столе, излучая запахи кофе и свежей выпечки. После еды благоденствие завершилось. В рабочем кабинете, который имел отдельный вход с улицы, Клара перечислила первостепенные проблемы. Марфа добросовестно записала в тетрадь. Пункты заняли два листа. От заготовки угля для печей одного вида, подключения к электросети печей другого назначения, до инвентаризации оставшейся муки, соли, сахара, кунжута, семечек, зерен ржи и овса. Марфа и Андрей со всей, имеющейся у них молодецкой прытью, включились в работу. Им очень не хотелось потерять привалившее к ним счастье.

Через месяц пекарня выдала первую партию бамбергеров – плоских темных булочек с пряным привкусом; партию берцелей – подсоленных кренделей из дрожжевого теста. Продукция моментально разошлась по торговым точкам, а благодаря спросу на берцели увеличилась продажа пива. По немецкой традиции именно эти крендели считались классической закуской к пиву. Через месяц пекарня вышла на полную мощь, еще через месяц пожаловала с проверкой фрау Рихтер. Хозяйка проверила документацию и определила зарплату для нее и работников пекарни в виде десяти процентов от прибыли. Марфа попыталась объяснить, что нанятые ею пекари профессионалы и имеют право на более высокое вознаграждение. Но фрау глянула на нее поверх своих очков и предложила Мари оставлять себе поменьше денег.

После отъезда Рихтер пришлось собирать работников пекарни и ставить их в известность о ситуации.

– Таким образом, – заявила в конце своего выступления Марфа, – если останусь верна своему слову и выплачу всем обещанную зарплату, то мы с Андреем останемся без денег. Точнее наш доход составит две кроны в месяц.

– Что хочу добавить к сказанному, – встал герр Зидлер, – прежний управляющий не проворовался, как хозяйка пытается всем нам внушить. Герр Бергер просто сбежал. Рихтер потребовала от него ремонт печей за его же счет. Мое предложение такое, доработаем муку, получим зарплату и объявим об уходе. Может наша выходка изменит хозяйку. Если нет, тогда так, как я сказал – уйдем.

– Как ты умеешь выбивать бамбергеры, так никто из нас не умеет. Ты себе работу всегда найдешь, а нам, что прикажешь делать? – спросил Юнас, по кличке Мукомол.

– Как это выбивать бамбергеры? – не удержалась от вопроса Марфа.

– Вы же пробовали плоские булочки. Мятный вкус почувствовали? – спросил Юнас.

– Очень вкусные, – ответила Марфа, – но до сих пор не могу понять, какую пряность туда добавляют.

– Никакую, – слово взял Зидлер, – тесто для бамбергеров не месят, его бьют. Требуется из перемолотых злаков выбить все их вкусовые качества. По сути – вывернуть наизнанку.

– Как интересно, – молвили Марфа, но тут же вернулась на землю, – так как мы поступим?

– Дня за три до окончания работы пекарни вам Мари придется поехать в Стокгольм и сообщить фрау о нашем решении. Если не прогнем ее, тогда бисбальд, лауфижерзейн!

Собравшиеся согласились и стали расходиться кто куда. Герр Зидлер замешкался, стало понятно, что у него имеется приватный разговор к Марфе и ее помощнику.

– Вы мне оба симпатичны, – начал Дитмар свой секретный разговор, – конечно, я хороший ремесленник, но образования у меня нет. Если мы втроем объединимся, то может получиться толк.

– Я за совместную работу, – Выдал Андрей, – но у меня плохой немецкий и никакого шведского.

– Мари компенсирует. Нам с вами нужна идея, остальное уже в наличии, – распылялся пекарь.

– Говори же наконец, – не выдержал Андрей.

– На юге Швеции расположен древний город Мальме. В нашем случае его привлекательность в том, что от него до Дании подать рукой, а там до Копенгагена чуть больше двадцати километров.

– Мне пока ничего не понятно, – заметила Марфа.

– И что тут непонятного? Дания под Гитлером, а граница условная…, – подсказал Дитмар.

– То есть, – перехватил инициативу Андрей, – мы налаживаем производство берцелей к пиву и у нас нескончаемый поток покупателей из числа оккупантов, с того Датского берега.

– Скажу больше, – кинул в знак одобрения Дитмар, – в Дании только малая часть населения живет в городе. Остальные заняты сельским хозяйством. Ну там куры, овцы, свиньи и, конечно, зерно. И в итоге дешевая мука. Немцы нам будут поставлять муку, а мы им готовые берцели.

– Великолепно! – воскликнула Марфа.

– Это еще не все, – продолжил Дитмар, – берцель берцелю рознь, а секрет классических знаю я и еще человек десять. Так, что если в Дании имеются конкуренты, то они нам помехой не станут.

– Нужны хоть какие-то средства, чтобы начинать выпечку, – заявил Андрей.

– Нужно меня на три дня отпустить с работы. До Мальмы по железной дороге около четырехсот километров.

– Ты уже, наверное, все просчитал? – заметил Андрей.

Он лукавил. Ничего он не просчитал, он надеялся только на удачу. Пекарь кивнул. За отпущенные три дня Дитмар обошел все четыре работающие пекарни города, провел с их владельцами переговоры и, в конце концов, добрался до хозяина пятой заброшенной пекарни. Хозяин из-за собственной лени не выставлял ее на продажу и еще был в должниках за арендную плату. Поговорили, посчитали и выкатилась сумма восемьсот крон. Всю дорогу до Норчёпинга Дитмар думал о способах добывания нужной суммы. Уже утром за час до прибытия в город на ум пришел полубандитский вариант.

При озвучивании своей идеи Дитмар не скупился на словечки из вольного жаргона:

– Ты, Мари, обозначает нашей шмаре Рихтер недогон в размере нужной суммы. Чтобы шмара не ушла в несознанку в погашении нашей задолженности, делаем почтовый перевод. Почта работает без проволочек. Если в полдень отправляем деньги, то в полдень следующего дня курьер относит их по адресу. Мы с Андреем обходимся без бимберов и вертелей. Перед входом в подъезд, где кустарник, поджидаем почтаря, запихиваем кляп, надеваем мешок, связываем руки и ноги, деньги забираем. По сути мы возвращаем свои заработанные деньги.