Чтение онлайн

– Я тебя не знаю, - прошептал Джио тихим и потерянным голосом. Он почти любовно прижимал осколок к груди. Зазубренный край был всего в нескольких дюймах от его горла. Я был так напуган, что не мог ни пошевелиться, ни вздохнуть.

– Лука, - услышал я голос Реми. Я не мог отвести глаз от своего сына.
– Расскажи мне о том, как ты получил этот брелок от своего сына.
– Мне не понравилось, как дрогнул голос Реми. Я не сомневался, что он, каким-то образом, винил себя за этот момент, но я ничего не мог сделать, чтобы утешить его.

Я почувствовал движение позади нас, но проигнорировал его.

– Это было через несколько дней после того, как я отвез Джио в Центральный парк на его восьмой день рождения. Мы провели день, играя в футбол, только вдвоем. Мы играли мячом, которым я и мои братья играли, когда были детьми. Я отдал мяч Джио на хранение и пообещал, что в дальнейшем мы будем играть как минимум раз в неделю. Он хотел, чтобы Кинг, Кон, Лекс и Вон присоединились к нам, чтобы мы могли играть командами. Я, он и Лекс против Кинга, Кона и Вона. Призом должен был стать трофей, который мы назвали Кубком Ковелло, но когда пришло время найти что-то, что можно было бы использовать в качестве трофея, мы ничего не смогли найти. Поэтому мы купили три брелока с этими маленькими футбольными мячиками.

Я не мог не взглянуть на брелок в руке Реми. Я почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза. Продолжая, я рискнул взглянуть на своего сына. Он смотрел в пол, так что я не был уверен, слушает ли он вообще.

– Мы играли в следующие выходные. Турнир длился целый день. Мама Джио была нашим судьей.
– Я невесело усмехнулся и добавил: - Вон, Кинг и Кон были не слишком довольны этим.

Я замолчал, вспоминая тот день. Это был последний раз, когда мы были вместе всей семьей.

– Это был прекрасный день, - пробормотал я.
– После того, как мы выиграли, Джио написал свое имя на брелоке. Он... он подарил его мне, потому что хотел быть уверенным, что я никогда не забуду его и этот день. Я подписал свой своим именем и отдал ему, потому что не хотел, чтобы он сомневался в том, как сильно я его люблю и что он всегда будет на первом месте в моей жизни, несмотря ни на что.

Затуманенным взором я увидел, что Джио обхватил ноги руками и начал раскачиваться, мотая головой. Осколок стакана все еще был у него в руке, но я мог только беспомощно наблюдать, как кровь капает на пол.

Я осмелился приблизиться к нему на шаг.

– Это не по-настоящему, это не по-настоящему, - услышал я его шепот.

Я старался двигаться медленно, и подчеркнуто медленно присел на корточки всего в паре футов от него. Мое сердце словно раскололось надвое, когда я наблюдал, как мой сын переживает свои личные мучения.

– Я потерял его два дня спустя, - прошептал я.
– Это был худший день в моей жизни.

Я готов был поклясться, что слышал, как Джио сдавленно всхлипнул, но в тот момент я не доверял собственному разуму.

– Ты искал его?
– спросил он так тихо, что я просто чудом его услышал.

На этот раз всхлипнул я. Я вытер мокрые глаза, потому что это было похоже на самую странную из побед - то, что он хоть как-то отреагировал на меня.

Я не смог удержаться и бросил быстрый взгляд на Реми, который совершенно неподвижно стоял возле смятой больничной койки.

– Каждый день, - прохрипел я. Я снова обратил свое внимание на Джио.

Джио стал раскачиваться еще быстрее. Он провел рукой по своим светло-русым волосам, пачкая их кровью.

– Нет, нет, нет, - продолжал бормотать он. Его агония терзала меня, и я ничего так сильно не хотел, как заключить его в свои объятия. Я бы сделал все, чтобы положить конец его страданиям.

– Ник, - сказал я, хотя мне казалось неправильным называть его так.
– Доктор Тейлор здесь.
– Я бросил быстрый взгляд на мужчину, стоящего в дверях. В какой-то момент ему или кому-то другому удалось очистить комнату.
– Я пойду, чтобы ты мог поговорить с ним, хорошо? Ты не мог бы просто... сначала отдать мне осколок стекла, который у тебя в руке? Или просто бросить его на пол. Пожалуйста, просто...

Я больше не мог вымолвить ни слова, потому что у меня перехватило горло от переполнявших меня эмоций. Меньше всего мне хотелось оставлять своего сына, но я знал, что мое присутствие причиняет ему только большую боль. Когда Джио никак не отреагировал на мою просьбу опустить стакан, я взглянул на доктора Тейлора. Он кивнул и медленно направился в мою сторону.

– Ник, если ты не против, я просто посижу здесь с тобой несколько минут, чтобы мы могли поговорить. Только ты и я, - сказал доктор мягким голосом.

Я знал, что этот человек был достаточно близко, чтобы вмешаться, если Джио попытается пораниться о стекло, но каждая косточка и мускул в моем теле сопротивлялись моему приказу отойти от него. Казалось, мне потребовались часы, чтобы подняться на ноги. Я заставил себя отступить на несколько шагов. Мне хотелось свернуться калачиком на полу и снова оплакивать потерю сына. В глубине души я знал, что, возможно, никогда не верну его... что извращенец, укравший его невинность, украл и это. Как я мог когда-либо думать, что все, что потребуется, это найти моего сына, и все будет хорошо?

Отчаяние захватывало душу, отупляло разум. Если бы Реми не выбрал этот момент, чтобы переплести свои пальцы с моими, я бы точно так же потерял связь с реальностью, как и мой сын.

Другая рука Реми накрыла наши соединенные ладони, и его присутствие рядом со мной было своего рода бальзамом. Это дало мне возможность отодвинуться, отвернуться от моего ребенка, потому что именно этого он от меня и хотел.

– Они забрали его, - услышал я позади себя, как только сделал первый шаг.

Я застыл на месте, уверенный, что голос моего сына мне только почудился. Я приготовился сделать еще один шаг вперед, когда пальцы Реми сжались на моих, останавливая.

Он ведь этого не слышал, не так ли?

Но когда я посмотрел на Реми, его глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем он медленно повернул голову к Джио.

Я боялся пошевелиться.

Реми снова сжал мою руку, и я сосредоточился на этом, заставив себя обернуться. Джио сидел в той же позе, все еще раскачиваясь, с разбитым стаканом в руке.

– Я умолял их позволить мне оставить его, - выдавил из себя мой сын. Он стал качать головой.
– Для них он ничего не значил… это был просто… это был просто мяч с именем моего отца... с именем на нем.

Я почувствовал, как мой желудок сжался от его слов. О Боже, неужели он... вспоминает?

Джио стал издавать один гортанный вопль за другим, прижимая руки к голове.

– Нет, пожалуйста, пожалуйста, - закричал он.

Я понятия не имел, с кем он говорит и что он пытается отрицать, но мне было все равно. Я видел только, как моего ребенка разрывает изнутри на части. В три больших шага я оказался перед ним и упал на колени. Я схватил его за кулаки как раз в тот момент, когда он начал колотить ими себя по голове. Я обхватил его голову руками, чтобы защитить, и наклонился, чтобы зарыться лицом в его волосы.