Чтение онлайн

Закрыв за ведьмой дверь, я обошла вокруг кровати. Тони удобно лежал на пушистом меховом ковре, заложив руки за голову, мечтательно устремив взор к потолку.

– И все-таки я ей не безразличен, – произнес он.

– Угу, – сказала я, – Раз так – вставай и шлепай к ней, разбирайтесь дальше, выясняйте отношения сколько угодно. А я спать буду!

Тони нехотя поднялся, направился к двери. Но обернулся на полпути:

– Венера?

– Что?

– Не сердись на меня?

– Я и не сердюсь… тьфу, не сержусь. С чего бы мне?

– Не знаю, просто показалось…

Энтони задумчиво опустил голову, взялся за ручки двери. Но снова далеко не ушел.

– Венер?

– Ну?

– Это дежа вю?

– Чего?

– Месяц назад все было точно так, как сейчас. Помнишь? Ночь. Точно так горел огонь в камине. И ты стояла на том же месте. У тебя даже полотенце так же сползало с мокрых волос…

– Конечно, помню, – сказал я, поспешно сдернув полотенце с головы. – Еще бы не помнить.

– Странно. Такое чувство, будто этого месяца и не было.

– О нет, еще как был! Чего только не было. Ведь тогда, месяц назад, я тебя совсем не знала.

– А теперь?

– Ну теперь-то я тебя не боюсь.

– А тогда напугал?

– Немножко.

– Прости, не хотел. Просто раньше я не знал, что девушки пугаются не так, как все нормальные люди.

– На что намекаешь?

– Любопытства в тебе было больше, чем страха.

– Ну разумеется. Я ж не такая, как все.

– Я знаю. Ты особенная, Венера. Ты богиня.

Ох, говори, говори еще! Век бы слушала…

В красноватом свете огня его зеленые глаза казались золотистыми. Наверное, танцующее пламя одно было насмешливо-молчаливым свидетелем тихого разговора. Громко говорить незачем: он так близко, что слышно дыхание. Я чувствую, как осторожно, кончиками пальцев он касается моих волос. Ужас. С мокрой головой я обычно выгляжу как Медуза Горгона… Он почти обнимает меня. Руки чуть дрожат. Неужели не поцелует? Какой же он робкий. Или я сама боюсь и он это чувствует? Но прилично ли, если первый шаг сделаю я? Или мешает именно то, что я слишком много думаю?… А так хочется улететь! Потерять твердую землю под ногами – и воспарить в облака!…

– Венера, это у тебя голова кружится или у меня? – прошептал он.

– У меня, кажется, – прошептала я. – За ужином я выпила немного вина. Потом с Джеймсом бокал шампанского… Не смейся! Не на брудершафт… брутершарф… в общем, просто за компанию. А сердце так громко стучит у тебя или у меня?

– Не знаю. Какая разница…

Ну давай же. Смелей. Еще чуть-чуть… Я зажмурилась, и губы сами собой сложились бантиком… Энтони вздрогнул. Отвел глаза.

– Что? Что-то не так?

– Нет, ничего. Ты очень красивая.

Он быстро, как-то неловко поцеловал меня в щеку (правда, попал в ухо) и со словами:

– Прости, я не должен был… – стремительно вышел.

В тишине был отчетливо слышен каждый шаг. Я мысленно проводила его до конца коридора.

«Сколько можно тебя звать? Прекрати смущать девочку, оставь ее в покое».

«В чем дело, шеф? Зачем я вам понадобился?»

Дальше не слышно…

Рухнув на кровать, напрочь раздосадованная, я погрузилась в невеселые размышления на темы: «Легкомысленная ли я особа?» и «Если это любовь, что мне предпринять, чтоб предмет моей страсти не сгинул в грядущее полнолуние?»

Я беспокойно и безрезультатно проворочалась в постели почти до самого рассвета. И только когда в голову пришла (как показалось) ослепительно удачная идея – я немедленно провалилась в серую паутину сна и тут же ее забыла.

10 августа. Полнолуние близится

…Солнце садилось. Последнее зарево рассыпалось нс горизонту горстью золотого песка. Суматошно, наперебой кричали птицы. Тени вокруг сгущались. С каждой секундой мрак забирал себе кусок планеты.

Я бросилась вперед, вслед за солнцем, к узкой полоске золотисто-розового неба. Ноги оторвались от земли. Я летела. Все быстрей и быстрей – будто хотела заглянуть за горизонт, дотянуться до уходящего дня. Как будто нависшая куполом туча, фиолетовая, с кроваво-лиловым острым краем, вот-вот должна меня раздавить. Я летела, хватаясь за последний луч, как за протянутую руку… Но планета вращалась быстрей. Я гналась за звездой, которой не было до меня дела. Свет уходил, покидал город, оставляя всех на милость ночи. Во власти холодной темноты, уже завоевавшей весь космос…

Проснулась я от того, что по мне кто-то прошелся. Туда и обратно. Я с трудом оторвала голову от подушки и, прогнувшись, обернулась назад. На мягком одеяле, прикрывающем мое мягкое место, отпечатались следы мягких лап.

Бессовестный рыжий зверь сидел на подоконнике и наслаждался солнцем и щебетом пташек. Как будто пройти к окну мимо кровати он не мог!…

Ладно. Не дали поспать всласть – понежусь подольше поваляюсь… Помечтаю…

Пришла горничная. Принесла завтрак в постель. Пришлось вставать – нельзя же есть неумытой! Я не из тех средневековых барышень, которых похищали драконы, потому что принимали за родных.

Энтони нашелся в библиотеке. Он что-то выискивал на самой верхней полке, непринужденно балансируя на последней ступени стремянки. Стелла оказалась там же, наблюдала с позиции на диванчике.

– Доброе утро, Венера! – донеслось сверху.

– Добе-о-е! – ответила я, не найдя в себе сил перестать зевать.

– Привидения спать не давали?

– Не-а, они больше не приставали. Это все Князь…

– Ох уж эти привидения! – перебила меня Стелла. – Похоже, они тут у вас хоровым пением занимаются. Как будто только и ждали, когда я спать лягу! Собрались у меня под дверью – и давай выть на все лады! Репетировали так до утра. Я по голосам штук двадцать насчитала, не меньше.

– Скажи спасибо, что не все сорок. У остальных, видимо, другие интересы.

Выудив старинный атлас, Энтони слезать не стал и, усевшись там же, в вышине, углубился в чтение – в прямом смысле слова. За полутораметровым переплетом из потертой кожи с металлическими застежками его почти не было видно.

– Спасибо! – ответила обиженная Стелла. – У тебя в замке, господин граф, все под стать хозяину – кто что хочет, то и делает! Что в голову взбредет.

Появившаяся с чаем горничная еще больше подогрела недовольство Стеллы. Едва успев поставить поднос на столик, нимфа получила выговор: