Забывший
Шрифт:
По пути быстро оглянувшись, я увидел, как несколько полукровок забросили на крышу высокого пятиэтажного дома 'кошки' и тут же начали подниматься вверх.
Прохожих в этот поздний час почти не было: лишь в конце улицы на несколько секунд показался большой отряд стражи, усиленной солдатами.
Мягко перепрыгнув врата я, ожидая остальных, посмотрел на безвольно лежащего у моих ног охранника.
Отрадно, что за прошедшие столетия Эльмайр не утратила определенной мягкости к случайным жертвам. К примеру, я бы, как и значительно большая часть ветеранов, без колебаний прикончили всех причастных в этом доме, включая слуг и даже случайных прохожих.
Рядом, перескочив забор, мягко приземлились обе эльфийки и трое полукровок.
Эльмайр знаком указала следовать за ней и мы, пригнувшись, бесшумно оббежали дом, оказавшись у черного входа.
Дверь была заперта. Эльмайр приложила к замку ладонь. Я почувствовал легкое магическое возмущение и тут же с треском дверь раскрылась.
Когда мы зашли вовнутрь, эльфийка повела нас дальше сначала по коридору с рядом дверей, а потом по лестнице на второй этаж. По пути нам попалось лежащее на полу спящее тело седого мужчины, одетого в пижаму. Возле большой двустворчатой двери Эльмайр остановилась и тихо прошептала:
– Он спит тут. Я его не погружала в 'сон разума'. Он и так дрых.
Я прислушался и действительно расслышал храп.
Повернув ручку, открываю дверь.
Спальня была с высоким потолком и довольно богато обставлена. Здесь было почти полностью темно, так как из источников света была лишь узенькая щелочка между штор, сквозь которую проникал бледный свет уличных магических фонарей.
Я с Эльмайр подошли с двух сторон к широкой кровати.
На ней лежал на спине немолодой мужчина плотного телосложения. Его руки были поверх толстого одеяла.
– Стаскивайте его...
– негромко произнес я.
Сон у мужчины оказался чутким и он, проснувшись, открыл глаза.
В следующую секунду темная эльфийка ухватила его за правую ногу, а один из полукровок за левую.
– Помогите! На помощь! Тревога!..
– закричал он, но его уже поволокли и сбросили с кровати на шикарный ковер.
Я прервал его крики, несильно ударив кулаком в челюсть и сказал:
– Тебе уже никто не поможет...
Он оглянулся и выдохнул:
– Полукровки?
Сказав это, он подозрительно замолчал.
– На колени его...
– резко бросаю приказ.
Полукровки вздернули мужчину вверх и подбили ему ноги, выполнив мой приказ.
Я же схватил его за лицо и, парализовав мышцы челюсти, раскрыл ему рот.
Как я и предполагал, один из его зубов был не родным и даже уже расшатанным. Явно мужчина уже начал пытаться его раскусить. Не обращая внимание на вялые попытки мне помешать, я вырвал его и, сделав шаг назад, с интересом раздавил. Внутри оказался желтоватый порошок. Что-то незнакомое...
Эльмайр бросила взгляд на него и произнесла:
– 'Поцелуй гадюки'. Быстродействующий нервнопаралитический...
– она достала из внутреннего кармана своего плаща небольшую колбочку, в которой было насыпано что-то сыпучее, и сказала полукровкам, удерживающим зыркающего на нас мужика: - Держите его крепко и постарайтесь не надышаться этой пыли.
Эльфийка открыла колбочку и высыпала немного его содержимого на ладонь перчатки. Поднеся руку к лицу задергавшегося мужика, она сдула пыль ему прямо ему в лицо. Тот задержал дыхание и закрутил головой, но Эльмайр тут же быстро ударила его кулаком в живот и тот все-таки сделал судорожный вдох. Сразу после этого он надсадно закашлялся и безвольно обвис в руках полукровок.
Довольно фыркнув, Эльмайр спрятала колбочку обратно и достала из кармана уже небольшую бутылочку. Только в этой была прозрачная коричневая жидкость. Раскупорив ее, эльфийка вылила ее содержимое мужчине в рот.
– В принципе уже можно приступать к допросу.
– произнесла она: - Пустоцвет действует почти мгновенно и будет работать около часа. Если что - я обновлю его действие. Второе зелье - это выварка Черновсполоха на спирту. Должна способствовать говорливости и правдивости. Если действие будет слабым я дам ему сок Тарнвиля...
– она скосила на меня взгляд и закончила: - ...А вы должны знать, что это за гадость.
Мрачно киваю:
– Да... Я помню.
– я шагнул к человеку ближе и сел перед ним на корточки. Замечаю, что Эсви достал из кармана узкий деревянный футляр. Когда он его раскрыл, то я увидел внутри вытянутый прозрачный кристалл размером с ладонь. Интересуюсь у него: - Что это?
– Называется 'Слеза Памяти'. Способен записать в себя все, происходящее вокруг него, в течении определенного промежутка времени, а потом многократно воспроизводить...
– ответил он.
Я посмотрел на засветившийся у него в руках кристалл и повернулся к мужчине:
– Имя и должность?
Глядя в пол, он сипло ответил:
– Аритан Луфри, начальник стражи Изрина.
– С кем контактируешь из Гильдии?
– С Тароном Ксенским.
– Как?
– Магический талисман связи...
– Где он?
– На столе...
– дернулся мужчина.
Я подошел к столу и, пошевелив указательным пальцем разложенные на нем безделушки и драгоценности, взял за цепочку небольшой медальон.
– Это он?
– Да...
– Эльмайр, продолжай допрос...
– произношу вслух, а сам начинаю осматривать добычу, параллельно вслушиваясь в информацию, которую изливал из себя начальник стражи.
Знал он, кстати, о Гильдии довольно немного. Фактически, этот Аритан Луфри оказался обычным мздоимцем, плотно сидящем на крючке у человека, называвшемся ему Тароном Ксенским.
Шантаж и деньги. Безотказные средства вербовки. Когда Эльмайр поинтересовалась чем все-таки его держали, он выдал такое...
Оказывается начальник стражи был серийным убийцей и Гильдия подвязалась поставлять ему жертв в обмен на лояльность.
Даже я почувствовал омерзение и сказал Эльмайр:
– Внуши ему, чтоб он написал прощальную записку, а потом засунь ему в рот обломки его же зуба и убей.
Она кивнула.
Полукровки зажгли свет и начальник стражи написал на бумаге пару строчек. Вроде как он устал, чувствует вину за загубленные невинные жизни и так далее.
После этого Эльмайр остановила ему сердце точечным импульсом магии. Мы постояли над его телом еще минуту (однажды был случай, что после такого магического воздействия жертва ожила и хорошо, что я тогда уходил последним и не поленился проверить подозрительный звук...)
Мы вышли так же, как и вошли. И даже сопящего в коридоре мужика в пижаме затянули в его комнату и бросили на кровать.