Чтение онлайн

Но фотографиях в газете она выглядела просто изумительно в своем платье от Валентино кремового цвета и прелестной шляпке. Ее новый муж в элегантном костюме казался настоящим франтом, а Николь и Мадди, стоявшие рядом, счастливо улыбались перед объективом.

– Кто говорит, что фотографии никогда не лгут? – пробормотала Мадди, застилая газетной страницей со свадебным фото корзинку, в которой собиралась перевозить Шехерезаду и ее семейство.

Счастливые молодожены уехали проводить медовый месяц на Сейшельские острова. Мадди решила, что пока они путешествуют, она будет жить в их старом доме в Хэмстеде и сделает последние приготовления к переезду. Дом был уже продан, новые хозяева должны были вступить во владение через неделю. Кристофер сказал дочери, чтобы она дала объявление в газетах и продала всю мебель, какую только возможно, так как для нее нет места в Челси.

Примерно час назад к Мадди приходила юная балерина, которая унесла в коробке двух малышей Шехерезады. Новая хозяйка, по крайней мере, будет нежно обращаться со своими питомцами, и Мадди может быть спокойна за их судьбу. Прощание с этими крохотными существами не прибавило ей настроения. Боль и гнев последних дней скопились в сердце, но она не могла позволить им вырваться наружу. Это было бы несправедливо. У отца появилась возможность стать счастливым, и она не имела права помешать этому.

Кейт равнодушно пожала плечами, когда Мадди стала рассказывать ей о свадьбе отца и предстоящем переезде в Челси.

– Ха! Если бы мои родители решили переехать на Карлейл Сквер, я была бы на седьмом небе. Господи, да это же так повысит твой престиж, Мадди!

Мадди тщетно попыталась объяснить подруге, что она боится однажды быть зарезанной в собственной постели или отравленной сводной сестрой, но Кейт абсолютно не понимала, в чем тут проблема.

– Ну, ладно, отлично! Тебе семнадцать, в следующем году будет восемнадцать. Скажи своему папочке, что ты с ним жить не хочешь, и сними квартиру.

Мысль о квартире стала единственным утешением для Мадди в самые мрачные минуты ее жизни. Она пришла к выводу, что ей необходимо переехать в Челси с отцом. В противном случае она причинит ему смертельную боль. Если уж дела пойдут совсем худо, она все-таки сможет найти себе какое-нибудь жилье. Вот только как ей удастся найти столько денег, она не знала. Ее стипендии хватало только на транспорт и скромное прожитье. Можно, конечно, обратиться к отцу. Он должен получить деньги от продажи дома, но Мадди знала, что он задолжал изрядную сумму за свадебную церемонию и много потратит во время медового месяца, поэтому сейчас вряд ли стоит просить у него взаймы.

Мадди сидела на кровати. Это был единственный предмет мебели, который еще оставался в доме, и от этого опустевший дом казался гулким и заброшенным. Внезапно от этой заброшенности и тишины ей стало душно. Она почувствовала себя ужасно одинокой и глубоко несчастной. Она встала, вытерла испарину со лба, схватила пальто, перчатки и торопливо выбежала из дома, решив направиться в Хэмпстед Хиз.

Уже темнело, когда ей удалось отыскать скамейку в дальнем уголке парка. Не обращая внимания на пьяниц, бродивших вокруг в поисках подходящих для ночлега кустов, она села и задумалась о том, как быстро все встало с ног на голову. Отец, человек, которому она бесконечно доверяла и которого боготворила, сейчас совершенно потерял от любви рассудок и пребывает в таком состоянии, что едва находит время, чтобы заметить ее, свою дочь. Его закружил вихрь светских приемов, куда их с Иветтой постоянно приглашали, и Мадди его теперь практически не видела. Себастиан, хотя и забегал к ней пару раз, тоже отдалился и стал совсем чужим. Кейт все свое время посвящала тому, чтобы превратиться во вторую принцессу Диану. Что касается Саши, ей вообще не удавалось увидеть его и поговорить с той самой ночи, когда он с таким презрением ее отверг.

Мадди посмотрела в ночное небо. Никогда прежде ей не приходилось чувствовать себя такой одинокой, заброшенной и никому не нужной. Может быть, хоть занятия в училище смогут отвлечь от мыслей о ее несчастной жизни. Но и там придется видеть Сашу, день и ночь быть с Николь Делиз.

– Тьфу, тьфу, тьфу! – Мадди в отчаянии стукнула кулаком по скамейке.

Что же тут поделаешь? Ей придется быть сдержанной и сильной. Сейчас она все равно не может ничего изменить, поэтому остается только надеяться, что время все расставит по своим местам. Тяжело вздохнув, Мадди направилась по хрустящей жесткой траве в сторону огней города. Засунув руки глубоко в карманы, она почти вышла из парка и вдруг заметила знакомую фигуру, быстро идущую с кем-то впереди нее.

– Саша! – позвала она. – Саша!

Казалось, он ее не слышит, хотя находится всего в двадцати ярдах. Мадди остановилась в растерянности, не зная, что и подумать, а две фигуры, между тем, исчезли в зарослях кустов.

У девушки комок подступил к горлу. Ей стало ясно, что Саша принял решение игнорировать ее. Возвращаясь назад в опустевший дом, она печально думала, что его нежелание встречаться с ней – еще одна строчка в длинном списке ее несчастий.

В последний раз Мадди окинула взглядом знакомые стены, проходя по комнатам, вспомнила все хорошее, что было здесь. У нее возникло чувство, что она прощается не только с домом. Его жизнь и жизнь Мадди были связаны неразрывно, и сегодня она говорила «прощай» своей прежней жизни.

Она вошла в оранжерею и столкнулась с отцом.

– Я все понимаю, дорогая, но уверен, в нашем новом доме мы будем очень счастливы.

Мадди оглянулась и улыбнулась Кристоферу.

– Ну, конечно, папа.

– Когда ты будешь готова, выходи, такси уже ждет.

Она кивнула, слишком потрясенная, чтобы говорить, и направилась вслед за отцом.

Когда она взяла корзинку с Шехерезадой и котятами, животные замяукали. Мадди, не оглядываясь, пошла по тропинке и села в машину. Слезы стояли у нее в глазах, и девушка практически не видела, как Кристофер захлопнул дверцу и сел в машину.

Такси остановилось перед новым домом на Карлейл Сквер, и Мадди с отцом пошли к дверям. Навстречу им по ступенькам сбежала Иветта и радостно поздоровалась с мужем.

– Дорогой! Я так по тебе скучаю! – Она подхватила Кристофера под руку и, нежно воркуя что-то, повела его в дом, оставив Мадди расплачиваться с таксистом.

Заплатив, Мадди с трудом поднялась по ступенькам с тяжелой ношей в руках. Она поставила корзинку с обеспокоенными животными на пол в холле и растерянно посмотрела по сторонам, думая, что с ними дальше делать. Неожиданно в дверях появилась Иветта с выражением панического ужаса на лице.

– Что это? – драматическим шепотом спросила она, указывая на три мордочки, прижавшиеся к прутьям корзинки.

– Ах, это! Иветта, познакомься, это моя Шехерезада и два ее котенка.

– Но… но… – позади жены появился Кристофер. Иветта повернулась к нему и с упреком воскликнула:

– Кристофер, ты мне не говорил, что у тебя есть животные! У меня же аллергия на кошек! Им тут просто невозможно оставаться. Аа-п-чхи! – она искусно чихнула с выражением муки на лице. – Пожалуйста, унеси их прочь! Аа-п-чхи!

Кристофер смущенно и растерянно смотрел, как его жена, непрерывно чихая, побежала наверх, и повернулся к дочери.

– Папа, пожалуйста, – Мадди умоляюще сжала руки. – Что же нам делать? Я не могу расстаться с Шехерезадой.

– Послушай, родная моя, это моя вина. Я не подумал об этом. Может быть, твоя подруга Кейт сможет приютить Шехерезаду и двух ее детишек, пока мы не подыщем ей что-нибудь подходящее.

– Нет, папа! Она не сможет. Кроме того, Шехерезада моя, и я не желаю с ней расставаться.