Чтение онлайн

Так что собор в Палм-Бич смог вызвать у него чисто исторический интерес. Он не затронул самых глубинных чувств Роберта Тьерни. Слишком давно он покинул свой дом и восточное побережье; потом расстался с Полли, и вот теперь вынужден заниматься этим расследованием. Куда теперь ехать искать Льюиса? Куда угодно — выбор не ограничен.

Осмотрев постройки старой католической миссии, Тьерни вновь присоединился к Раймонду и Бобу, поджидавшим его. Эти законопослушные граждане хотели видеть Льюиса пойманным, как говорится, «живым или мертвым». Больше всего этих людей тронуло не убийство Марши, а то обстоятельство, что убийца воспользовался собраниями их общества в своих целях.

— Нет сомнений, — сказал Раймонд, — этот ублюдок явился на наше собрание лишь для того, чтобы залезть Марше в трусики, вот что я вам скажу.

— Его ничего не интересовало, — добавил Боб, — кроме баб, он подцепил Маршу на первой же встрече. Уверен, он уже ранее проделывал такие эксперименты. На собраниях общества легко найти одинокую слабую женщину, чья жизнь давно порушена, и прибрать ее к рукам. Я об этом уже говорил следователю Роуни, но мне показалось, он меня неправильно понял. Я хотел сказать, что это возможно: посещать собрания анонимных алкоголиков и быть Джеком-Потрошителем. Вы можете сохранять свою анонимность, и никто, черт побери, даже не спросит вашу фамилию, ведь мы с уважением относимся к частной жизни наших членов. Вы можете приходить и свободно общаться с разными людьми, в том числе и с одинокими женщинами. Это естественно. Вот ублюдок Льюис этим и воспользовался.

Тьерни снова показал им фоторобот портрета Льюиса, оба согласились, что очень похоже, только нос художник изобразил слишком коротким. У Льюиса был длинный нос, нависавший над верхней губой, как у актера Джорджа Скотта, так они сказали. Похоже, нос Льюису в свое время перебили. А в остальном рисунок очень похож на оригинал.

— Он относится к тому типу парней, которых мужчины недолюбливают, а женщины стремятся опекать.

Тьерни прошелся по Пойнсиана-вэй, нашел свою припаркованную «чеви-малибу», уселся в машину и задумался. Совершенно очевидно, что они правы: Льюис использовал собрания анонимных алкоголиков в своих целях. По тому, как он себя вел, можно сделать вывод, что он пользовался этим способом и раньше, и не только в Палм-Бич. Он в этих местах пробыл не один день прежде, чем нашел Маршу.

Льюис, похоже, сторонился людей, точнее — общества, тех, кто презрительно не замечал его существования. Безопаснее для него было найти подходящую кандидатуру на собраниях в Уэст-Палм-Бич или на Ривьере, возможно, он появлялся еще где-то, от Майями до Стюарта. Везде можно найти отделения общества анонимных алкоголиков, Тьерни это знал. В одной только прибрежной части Флориды, сказал Рут, не менее сотни отделений. Черт возьми, сколько же это займет времени — объехать все, чтобы больше узнать о Льюисе? Он согласен с Роуни: после убийства Льюис постарался убраться отсюда подальше, слишком для него опасно снова появляться где-то поблизости.

Конечно, у него может быть семья где-нибудь, но скорее всего он одинок, такие типы обычно не женятся. Бобби предполагал, что Льюис двинулся на север. У него есть деньги, хотя их немного, и он постарается затеряться в каком-нибудь другом штате. Там, где не смогут прочитать в газетах полицейское объявление о его розыске и где никто не заподозрит ничего более того, что это очередной бродяга, странствующий в поисках удачи. Удобнее всего ему устроиться где-то на побережье, там он всегда найдет работу и пристанище. Однако территория для поисков слишком велика от Сент-Симонса в Джорджии до Веселой Головы в Массачусетсе.

Тьерни с удовольствием бы сам поселился на острове у Виноградников Марты. Его мысли переключились на те места, где он мог бы спокойно и беззаботно жить. Когда-то он вместе с отцом был на острове в Массачусетсе, где их знакомый держал спортивную яхту, они плавали на ней порыбачить. Отец поймал тогда меч-рыбу, и они отпраздновали это событие за обедом в Менешме.

Тьерни очень понравилась там гавань и спокойная жизнь на острове. Вот здорово было бы купить в той деревне удобный небольшой домик. Бобби было четырнадцать, и это была чудесная поездка. С тех пор он всегда мечтал провести в тех местах остаток жизни. Он бы поселился там с какой-нибудь красивой ирландской девчонкой, которая будет страстно заниматься любовью, нашептывая ему на ухо слова любви. У нее будут розовые щеки и задорный смех, но прежде всего она должна быть сердечна и добра, они вместе будут коротать долгие зимние месяцы, а на уик-энды можно будет ездить повеселиться в Вудс-Хол или в Бостон. В любом случае, они будут просто жить и смеяться, занимаясь все время любовью.

Бобби представил себе собственную яхту, на которой можно будет плавать рыбачить к Менешме-Паунд, где он со своей девчонкой станет устраивать пикники с вкусной жратвой и хорошей выпивкой. Они даже могут жить на яхте, путешествуя по побережью.

Об этом он мечтал и раньше, еще во времена учебы в Бостонском университете, так ему хотелось устроиться после женитьбы на Полли. Но его супружеская жизнь сложилась иначе. Это был печальный опыт, прошлое не оставило радостных воспоминаний.

Бобби вспомнил, как его родители и четыре младших брата приехали в Колорадо-Спринг на его свадьбу. Они остановились в «Броадморе», и братья носились как угорелые по отелю, а его отец был горд за сына, что тот женился на такой красивой девчонке, которая скакала верхом, обгоняя ветер. Отцу нравился ее стиль жизни на ранчо. В его глазах это и было подлинным осуществлением американской мечты, хотя он вслух в этом никогда не признавался. Его сыну такая жена и нужна — самостоятельная, красивая, сексопильная и свежая, как воздух в Рокии-Маунтинз.

Бобби родился с серебряной ложкой во рту, считал отец, ему повезло. Если бы он знал, как сложится жизнь Бобби впоследствии, насколько она будет далека от его мечты о наполненной покоем и любовью жизни на побережье в Массачусетсе. Но это все будет позже, а тогда отец был абсолютно уверен, что у его старшего сына очень удачный брак.

Вернее всего, подумал Тьерни, Льюис не забрался в Виноградники Марты — это, пожалуй, слишком далеко. Скорее его можно найти в каком-нибудь городке типа Чарлстон в Южной Каролине. Все-таки это юг, там — вода и яхты, масса алкоголиков, которые на своих собраниях убеждают друг друга, что должны бросить пить. Льюис снова будет искать себе подружку, у которой сможет поселиться. Итак, три условия помогут его отыскать: вода, лодки и общество анонимные алкоголики. Льюис где-то рядом на побережье и с дневником Марши Фримен.

Возможно, убийство Марши было простой случайностью, но вернее предположить, что Льюис — чокнутый, а значит, будут еще жертвы, и не одна.

Нужно еще раз повидаться с Джо Роуни и получить у него данные обо всех убийствах женщин, совершенных в южной части Флориды за последнее время. Необходимо также, чтобы он разослал запросы для проверки всех отделений общества анонимных алкоголиков в этом штате.

Роуни уже это сделал, но в полученной им информации не было указаний на Льюиса. Не было сведений и о том, что убит еще кто-то из членов этого общества. Однако именно анонимность членства, принятая в обществе, мешала расследованию. Не опросишь же всех алкоголиков штата? Значит, рутинное полицейское расследование не даст быстрых результатов, нечего на это рассчитывать.

Тьерни включил зажигание своего «чеви» и поехал в направлении Оушен-Драйв и минуя мост — в Уэст-Палм-Бич. Надо закусить у Скорвина мидиями и запить их холодным пивом. От кофе, выпитого во время дискуссии, у него бурчало в животе.

Конечно, можно засесть в полицейском управлении вместе с Роуни и просмотреть информацию обо всех убийствах последнего времени, но ведь он не расследует убийство, ему нужно только найти Льюиса, а для этого он собрал уже все необходимые данные.

Утро вечера мудренее. Тьерни был уверен, что нужно ехать севернее Уэст-Палм-Бич. Черт возьми, пока во Флориде летний сезон, искать его можно в любом направлении.

Был уик-энд, четвертое июля. Несколько дней стояла страшная жара, по песку невозможно было ходить босиком. Отдыхающие старались укрыться от палящего солнца под зонтиками, устраиваясь на берегу у самой кромки воды, где ощущалось охлаждающее дыхание океана.

Вода была изумрудно-голубой и спокойной, как в Карибском море. Лучше всего было сидеть по горло в воде, а вылезать на раскаленный берег не было никакого желания.

К вечеру жара спадала, и те, кто остановился в прибрежных городках, как Эдгартаун, Оакблафс или Вайнярд-Хейвен, наслаждались береговым бризом, слушая, как волны успокаивающе бились о борта лодок, пришвартованных в бухте. Медленно тянулись скучные часы, когда отдыхающие сменяли купание, плавание на лодках и рыбалку на поглощение коктейлей, отдыхая от дневной духоты и палящего солнца.