Чтение онлайн

На лежаке сидел, задумавшись, Радим.

— О чем задумался, детина? — сказала, присаживаясь рядом. — Меня ждёшь?

— Елисей наказал, присмотреть. Ты летать будешь?

— Надо. Но сначала поговорим.

— Есть о чём поговорить?

— А ты, как думаешь?

— Вот сижу и думаю — говорить или не говорить.

— Радим, — я прислонилась к парню и положила обе ладони ему на плечо, — а ты, действительно, оказывается сундучок с двойным дном?

Парень дёрнулся.

— С чего ты взяла? Что у меня двойное?

— Для чего ты здесь? Что задумали твои драконьи родственники, когда провожали тебя сюда? Ведь в тебе нет драконьей крови. Ты Ладон. Соблазнить меня и лишить Силы?

Радим снял с плеча мои руки, повернулся ко мне и посмотрел непонимающе.

— Не смотри так на меня. Да, я всё знаю. Но ты дал две клятвы — мне и Светозару, и попал в ножницы. С одной стороны — мы, а с другой — род.

Радим понурился, опустив плечи и голову. Я видела, как ему тяжело.

— Как ты узнала? — прохрипел он.

— Ты забыл? Мне сказал Триединый. Ночью, во сне мы встретились в Ладоньих горах. Он сказал, что ваши прадеды прельстились гнездом и захотели выделиться в отдельное государство. Но Лада-Майя создала вас именно людьми. Сначала двадцать пять лет жизни человеком и только потом — оборот. Иначе вы потеряете себя, свою человеческую сущность. В Укладе нет места гнёздам. Если и дальше Ладоны будут вступать в семейные союзы с драконами, гнездоваться, начнется одичание: потеря человеческой сущности, а затем и разума. Когда ты говорил, что я ваше Сердце и Душа, был ли ты честен?

Радим поднял голову и посмотрел на меня своими чайного цвета глазами, полными боли и любви.

— Я был честен. Я уже тогда понял, что не смогу жить иначе, нежели не служить тебе.

— Триединый велел передать тебе — «Не делай этого». Значит, ты хотел позвать меня в Ладонию?

— Хотел. Но, как видишь, не решился и не успел. Ты всё узнала. Прости. Я должен был рассказать всё гораздо раньше. Ещё когда меня дурманом опоили. Но не смог. Я дал клятву Светозару, служить вам, а, значит, тебе. Я клянусь служить тебе честно, защищать тебя, охранять и любить, даже, если ты этого не желаешь.

— Но служить нужно не мне, а Роксолани. А для Роксолани нужно, чтобы Ладоны вернулись в свои горы. Об этом просит ваша Богиня Лада-Майя. Тебе придётся нести эту ношу. В этом твоё предназначение.

Радим хотел что-то возразить, но я не дала ему такой возможности.

— Это не я, это Боги возложили на тебя такой груз. Они нас не спрашивают. Помнишь, я рассказывала сон о первой встрече с Триединым? О том, как он, ткнув в меня пальцем, сказал: «Иди и служи!». Теперь в тебя ткнули пальцем. Иди, Радим, и служи! Велел передать: «Дети не отвечают за грехи родителей, но детям приходится исправлять их ошибки». И этот груз ОН возлагает на тебя. Ты вместе со всеми был на Озере и видел, сколько будет Ладонов. А ведь не у всех их есть в близком кровном родстве Ладоны. Боги идут на это, чтобы возродить Ладонов без примеси драконов. Но в Магической Академии ты должен доучиться. И знай, что мы семья. Значит, ты всегда получишь помощь и поддержку. И постарайся разобраться в своих чувствах ко мне. Что тебя влечёт во мне? Моя Сила или Женщина? Настолько ли сильна твоя любовь ко мне, чтобы не замечать не мене достойных? Я не буду «скакать на двух ногах», не на трёх, — сказала с улыбкой. — Мне хватит одной, надёжной.

Радим резко повернулся ко мне, сжал мои плечи:

— Я хотел, чтобы они увидели тебя, какая ты сильная и прекрасная, словно Сурий. Надеялся, что они поймут: ты нужна им, именно, такой.

— Триединый запретил мне отправляться в Ладонию. Там моя погибель.

— Но с чего же мне начинать? — с отчаянием произнёс Радим.

— С Академий. Сколько там учится Ладонов? Не может быть, чтобы среди вашей молодёжи не нашлось желающих сохранить в себе Ладонов? Беседуй, объясняй, приводи в Терем на медитацию к Граалю. Мне Триединый дал горсть слёз Лады-Майи.

— Как это он дал во сне?

— Не забывай, кто ОН. Дал во сне. Насыпал мне в пригоршню, а оказались в мешочке под подушкой. Их нужно вставить в оправу и носить, как кулон или как серьгу тем, кто пойдёт по Пути Лады-Майи. И первым наденешь эту серьгу ты. Нашим Ладонам дашь, будут носить в знак поддержки и мне кулон. Ты не один.

Мы посидели обнявшись.

— Полетим? — спросил Радим, поднимаясь и подавая мне руку.

— Полетим, — засмеялась я.

Радим пошёл вниз, а я расправила крылья.

Как хорошо! Вот и поговорили. И тяжесть с души свалилась. Радим честный парень, но чуть-чуть запутавшийся. Надо поискать среди пергаментов, нет ли записи об истинной причине ухода Ладонов к драконам.

Я взлетела, а со двора поднялся чёрный Ладон, с сине-зелёными переливами. Я резвилась, разминая крылья, а Ладон величественно кружил надо мной.

Во двор высыпали все наши домочадцы и наблюдали за нашим полётом.

Но потехе час, а время — работе.

Пора приниматься за дело. У каждого своё. У мальчиков — спартакиада, гостиничный терем. У девочек тоже спартакиада — концертная программа, изготовление спортивных командных костюмов, точнее, создание образцов. А ещё создание кулинарных и кондитерских шедевров для угощения высоких гостей и на продажу.

Ой-ёй-ей! Сколько ещё работы! Вот придумали себе головную боль, а Триединый твердит: «Молодцы! Молодцы!». И мы рады стараться.

День да ночь — сутки прочь. В сутках день не резиновый, а утолкать в него дел много надо. Затею затеяли, сами себе дело удумали, сами его и утрясайте.

И я пошла на кухню. Обещала девочкам научить замешивать слоёное тесто. Начнём с простых слоёных «языков». Сахара-то нет. Посмотрим, что получится. Снежа со Златой набрали команду из двенадцати девочек. Сказали: «Мы тоже Девы, меняющие мир». Придумают же!

А вечером, до ужина мы с Радимом и Ольгером сидели на башне. Рядышком, обнявшись. Я между ними. Сидели и молчали. О чём говорить, если уже всё переговорено. Я передала Радиму Слёзы Лады-Майи.

Вдруг над башней открылся портал и к нам слевитировал Елисей.

Ребята встали.

— Я дал клятву, — глядя мне в глаза, сказал Радим, развернулся и ушёл. Следом ушёл Ольгер.

А я поспешила навстречу любимому. Я соскучилась.

— Где тебя носило, любимый? — спросила, улыбаясь. — Опять по делам к Княжичу летал?

Елисей рассмеялся, обнял меня, закружил.

— Нет, моя проницательная Лебедь-Ладон. На сей раз ты не угадала. Я был в Магической Академии. Скоро занятия. Мне нужно принять дела, подготовиться. А как ты провела день?

Не дав мне ответить, начал целовать. И мы поцеловались, выпустив моё пламя — пламя Леля, чтобы я не перегорела. Покружившись безвредным костерком по крыше, успокоились и присели на лежак.