Чтение онлайн

Генерал Ахмед Закир прибыл на захваченную базу американцев сразу же за первыми десантниками. С ним явились четыре стрелковые роты национальной гвардии, двум он поручил быстро выгрузить тяжелую боевую технику, остальные солдаты рассыпались цепью и начали методическое прочесывание городка.

Остатки двух бензовозов все еще догорали, вяло горит разбитое здание диспетчерской, но, самое главное, уцелело подземное хранилище авиационного горючего, возле него уже выставлен патруль из десантников. Из разбитого здания вытащили израненного человека в военной форме, послышался выстрел.

Генерал поморщился, но, с другой стороны, сейчас в плен попадут многие, жизнь стоит сохранять только высшим чинам, они нужны для пропаганды и, может быть, понадобятся для последующего обмена на политзаключенных в американских или израильских тюрьмах.

Навстречу выбежал молодцеватый Фазир Амаль, четко отдал честь, сияющий, ликующий, с полоской крови на виске, что медленно текла, огибая скулу, по щеке.

— Все захвачено, — отрапортовал он. — Потерь даже меньше, чем мы предполагали.

— Офицеры среди пленных есть?

— Да, конечно! У этих свиней не хватает мужества умереть, как воины. Они визжали и просили оставить им жизнь, совали свои грязные доллары и кредитные карточки…

Генерал отмахнулся.

— Всех в крепкий барак и стеречь. Нет, лучше сразу в тыл, так надежнее.

— Будет сделано!

— Насколько поврежден аэродром?

— Понадобится всего два-три часа на очистку полос.

— Обломки?

— Да. И сгоревшие самолеты. Многие с обломанными крыльями прямо на взлетных полосах.

Генерал снова поморщился, хотя внутри все ликовало, такой победы, честно говоря, не ожидал. Американцы должны были сопротивляться куда решительнее. В самом деле, финансовая мощь растлила этих свиноедов. Они и раньше не умели воевать, полагались только на технику и стрельбу крылатыми ракетами издалека, но чем сложнее техника, тем сильнее и мужественнее должен быть и человек, а с этим у них всегда слабо, все американцы трусы, все цепляются за жизнь, даже в армии одни трусы, надели военную форму только ради высокого жалованья, никто из них не хочет воевать, никто не рвется в бой, не мечтает с радостью и трепетом пролить кровь… за демократию, или что у них там за дрянь, как вот шахиды готовы с ликованием отдать жизни за дело Аллаха по первому же зову.

Он взглянул вверх, на миг почудилось, что прямо из космоса его рассматривают пристально и строго, как Аллах рассматривал бы муравья, ощутил неприятнейшее чувство, ведь американцы прямо сейчас все записывают в свои бездонные емкости компьютеров, их аппаратура позволяет рассмотреть все морщинки на его лице, и сейчас вся огромная боевая машина приходит в действие. Какой будет ответ?

— Все в руке Аллаха, — сказал он громко и ощутил, как грудь наполнилась гордостью, словно и он не генерал, закончивший Военную академию в США, а неграмотный крестьянин, которого так легко привести в священный экстаз мученика за веру. — Все в руке Аллаха, а он милосерден и справедлив. Победа будет за нами. Фазир Амаль откликнулся бодро:

— Мы победим, господин генерал!

— Победим, — согласился генерал и прямо взглянул ему в лицо.

Фазир Амаль упоен победой, легкую рану даже не замечает. Царапина, впрочем, кровь уже свернулась и быстро застывает коричневой полоской. Победитель, как говорят мудрецы, не чувствует ран, в то время как побежденный страдает даже от пустяковой ссадины.

— Готовьте взлетные полосы, — повторил Закир, — сейчас же начнем переброску новых подразделений. Вызовите дополнительные отряды ремонтников.

— Есть, господин генерал!

Генерал сказал тепло, вспомнив, что это племянник правящего короля:

— Оставляю вас здесь за старшего. Вы справились блестяще! Не сомневаюсь, что по возвращении вас ждут награды. Я лично позабочусь об этом.

Фазир Амаль вытянулся, щелкнул каблуками.

— Это для меня большая честь, господин генерал!

Генерал кивнул и пошел в сопровождении охраны к ожидающему джипу. Горизонт закрыло пылевое облако, это показалась цепь тяжелых штурмовых танков «Т-180». Они целеустремленно двигались на горящий город, где обосновались американские свиньи. Самолеты сбросили бомбы, город горит, но это только начало. Город надо смести с лица земли, как был сметен на учениях фанерный городок. И пусть ни одного человека не останется в этом городе живым, ибо там все захватчики, а захватчикам нет пощады! Эти штатовские свиньи, подумал он злорадно, сумели накрыть свою страну антиракетным щитом, они его кокетливо называют ядерным зонтиком, но им не накрыть весь мир. Китайские друзья, хоть и неверные, говорят, что землю Штатов надо оставить Штатам, пусть каждый живет в своей стране и правит своей страной, только это справедливо. Но штатовцы расползлись по всему миру, как тараканы, а тараканов надо истреблять. Поодиночке, если их мало, и кучами, где их много. Здесь они обосновались целым городком, обнесенным забором, куда нельзя входить посторонним. А разве не оскорбительно арабу стать посторонним в своей стране?

Американцы должны исчезнуть, так говорил он себе с яростью все годы, как только понял положение своей многострадальной страны, а сейчас повторил то же самое уже с веселой яростью. Американцы должны исчезнуть! И они исчезнут. Сперва их уничтожим здесь, в наших странах, а потом, собравшись с силами, освободим другие страны, захваченные этим заокеанским шайтаном.

Китайцы говорят, что это главная цель — освободить мир от угнетения Америкой, но китайцы слишком недальновидны, у них нет размаха и священной ярости воинов Аллаха. Хоть китайцев два миллиарда, однако они все еще копошатся на своих желтых равнинах без цели и смысла, их не осенила милость Аллаха, и, хотя считают себя самым древним народом, у них нет будущего, править миром должны те, кто несет в своем сердце любовь и преданность Аллаху.

Потому после того, как будут освобождены все народы мира и там воссияет свет истинной веры, надо будет собрать все силы и добраться до самой Империи Зла. С помощью китайских друзей удастся взломать этот антиракетный щит, еще китайские собратья обещают тайно завести на подводных лодках и заложить атомные мины огромной мощности по всему побережью Штатов. Вот будет сюрприз америкашкам, когда одна из бомб окажется в десяти километрах от Нью-Йорка на берегу пролива! Это будет последняя битва в истории человечества. Враг будет повергнут навсегда. Известно, что куда приходил ислам, оттуда уже не уходил, как бы власти ни свирепствовали, как бы ни заставляли отказаться от истинной веры и принять прежнюю христианскую.

— Штаты должны исчезнуть, — сказал он громко. Засмеялся счастливо, представив, что еще доживет до того счастливого времени. Пусть уже не будет сидеть в пилотском кресле, как все еще случается иногда, но будут сидеть его внуки, а он дома в инвалидной коляске сможет наблюдать умиротворенно за красивым захватом последней цитадели Врага и отдаст душу Аллаху в момент, когда перед затухающим взором появится зеленое знамя пророка на Белом доме проклятой столицы. — Штаты исчезнут!.. Мы начали!

Шофер оглянулся, сказал благочестиво:

— Слава Аллаху!

Виктория гордо сообщила, что в институте поражены ее работоспособностью и удивительным умением вести переговоры сразу со всеми сотрудниками в отдельности. Тигги, получив, как и Виктория, чип, позволяющий обходиться без громоздких очков, наслаждалась свободой, да плюс еще подключение к Интернету и к телеканалам без всяких приборов и приспособлений, словом, иногда даже запаздывала с обедом.

Мрак в скоростном режиме просматривал все сообщения новостных агентств, сейчас они значительно опережают правительственные источники, хмурился, ворчал, вскидывал брови, всячески выражал неодобрение.